Небесная танцовщица. Книга четвёртая - Ната Лакомка

– Танду! – услышал он своё имя, а потом Анджали с рыданиями приникла к нему, обнимая, целуя.

Он открыл глаза и увидел не гневную ракшаси, готовую погубить всех, а красивую, смелую, сильную и одновременно такую слабую и хрупкую женщину.

– Танду!.. Танду!.. Я не хотела… Что я наделала?!. – причитала она, ощупывая его, пытаясь стереть кровь с его лба.

– Знатный переполох ты наделала, жена моя, – ответил Танду и засмеялся, потому что увидел, как над их головами растаяли чёрные тучи и чёрные молнии полетели хороводом куда-то вдаль.

Ветер вокруг утих, дождь прекратился, солнце засияло на небе, словно ничего и не произошло, и стало так тихо, что Танду посчитал бы, что оглох, если бы не слышал шипение затухающих углей вокруг.

– Ты жив?!. – выдохнула Анджали, глядя широко распахнутыми глазами, полными слёз. – Я думала, что ты умер!

– Жив, как видишь, – Танду протянул руку и вытер ладонью слёзы, текущие по грязным щекам любимой женщины.

Но и грязная она была для него прекрасной.

– А почему тогда ты лежишь? – пролепетала Анджали, которая всё ещё не могла прийти в себя от пережитого страха.

– Да вот, принёс тебе подарок и хотел, чтобы ты станцевала для меня бахаи, – сказал Танду и протянул ей кольцо-натх.

– Моё кольцо! – воскликнула она и сразу превратилась в прежнюю Анджали. – Где ты его нашёл?

– Не поверишь, само подвернулось под руку, – Танду поднялся и сел, чувствуя во всём теле усталость, боль и полную разбитость.

Но руки-ноги были целы, а рана на лбу хоть и саднила, но уже не кровоточила.

Он сам вдел кольцо в ноздрю точёного носика жены и полюбовался, как сверкают красные камни в обрамлении золота.

– А где мы находимся? – Анджали испуганно оглянулась. – Что это за развалины?!.

– Это то, что осталось от славного города Куккутармы, – пояснил Танду, вставая на ноги. – Жители уже сбежали, и нам лучше бы убраться. Здесь жарковато и слишком грязно, не находишь?

– Нахожу… – теперь она оглядывалась растерянно. – Это – Куккутарма?! Но что произошло? Какой злодей устроил это? Кто… – и она замолчала, застыв столбом.

Танду понял, что память вернулась к ней, и обнял её. Анджали прильнула к нему дрожа и заливаясь слезами.

– Это я? Это всё наделала я?! – спрашивала она сквозь слёзы.

– Боюсь, что так, – признал Танду. – Чего только не натворит рассерженная женщина. Но ты была страшна и прекрасна в своём гневе.

– И страшна, и прекрасна, и блистательна, и великолепна! – раздался громкий сильный голос, звучащий, как полноводная река. – Но лучше оставим это лишь в воспоминаниях. Не желаю второго такого потрясения в ближайшие десять тысяч лет!

Ступая босыми пятками по дымящимся камням, шёл советник Шанкара. То есть он был похож на советника и в то же время – не похож.

– Это ты – тот старик! – воскликнула Анджали. – Который был наставником в армии Грахи!

– Не знаю, о чём ты говоришь, княгиня, – ответил советник чужим голосом и улыбнулся чужой улыбкой. – Но князь говорит верно – тут жарко и пыльно. Вам пора бы покинуть это место. Только сначала…

Он протянул руки, словно благословляя пару, но вместо этого прижал ладони ко лбу Анджали и Танду.

– Прежде чем вы уйдёте, – сказал советник, понизив голос и заговорщицки подмигнув, – я кое-что заберу у вас.

– Что?.. – только и произнесла Анджали, во все глаза глядя на таинственного старика.

А Танду сразу понял, что исчезло из его памяти – словно стёртое одним движением руки.

– Великий Гириши забрал у нас память о сто девятой каране чёрного танца, – сказал он.

– Опасно давать неразумным детям такое оружие, – кивнул советник. – Так мне будет спокойнее. Да и остальным во всех трёх мирах тоже.

– Великий Гириши? – переспросила Анджали и задохнулась, приоткрыв рот.

– Учитель развлекается, – сказал Танду. – Но тебе лучше, и правда, помолчать, дорогая жена. Пойдём. Мы живы, свободны, и остальное теперь не имеет значения.

– Ты можешь идти, куда хочешь! Но эта женщина останется со мной! – раздался другой голос – тоже сильный, тоже громкий, и… очень знакомый.

Перепрыгивая по камням, перескакивая через языки пламени, к ним приближался царь богов Шакра. За ним осторожно спускались по каменным насыпям боги и наги.

– Эта женщина – моя, – объявил Шакра, указывая на Анджали. – Я забираю её.

79

Танду выступил вперёд, заслоняя Анджали и угрюмо глядя на подходивших богов.

– Отойди! – велел ему Шакра. – Ты ей не муж по закону! Вы не совершали священного обряда, а стали жить по закону гандхарвов, такой союз не может быть признан!

– Она моя жена, – произнёс Танду, не двинувшись с места. – Я взял её, согласно нашим обычаям.

– Ложь! – воскликнул царь богов. – Пусть ты вдел ей в ноздрю натх, это не делает её твоей коровой!

– Она моя жена! – повысил голос Танду. – Мы трижды обошли священный огонь!

– Ложь! – снова выкрикнул Шакра. – Всем известно, что эта женщина выбрала в мужья пса!

– Это был я! В облике пса! – Танду не сдержался и сжал кулаки.

– Ты? – Шакра вскинул брови. – Ты – человек! Как ты мог быть псом из Тринаки?

– Ты знал об этом! – крикнула Анджали из-за спины мужа. – Ты знал, кто такой Танду в земном перерождении! Ты сам говорил мне!

– И ты лжёшь! – Шакра ткнул пальцем в её сторону. – Лгунья и предательница! Я заботился о тебе, как о своей царице! А ты предала и сбежала к человеку! А говорила, что любишь меня всем сердцем!..

Анджали вспыхнула от стыда, потому что это был упрёк ей перед лицом Танду. Он знает… Но услышать это вот так… Это оскорбление не только ей, но и мужу.

Она увидела, как заиграли мускулы на руках Танду. Ещё немного – и он бросится в драку на царя богов. И что тогда будет? Опять казнь?..

– Тише, тише, – встал между мужчинами