Дорогая Шарлотта - Катерина Слезовская

было не до смеха — нам уже прислали несколько мягких отказов в приглашении на чаепития. Правда, в основном, не приглашали именно меня, ведь надо же как-то узнать все подробности главной сплетни, но при этом не дотронуться до грязи. Ужас-то какой! Расстроилась просто неимоверно, ага! Будто до этого мадам меня брала куда-то с собой. Глупость и только. Наболтает она обо мне, конечно, прилично — в этом можно было не сомневаться. Но и это меня не особенно трогало. Если этот мир решил так глупо от меня отвернуться, то я сожгу его до тла и станцую на пепелище. Первые дни после выхода статьи отец бушевал аки океан во время шторма. Еле избежала его побоев и то, только благодаря хитрости, что герцогский доктор вот-вот снова будет проводить осмотр. Никакого доктора, конечно, не было, но на что мне тогда Эдвард, если не могу пользоваться его именем. И нет, меня всё равно треснули, просто предельно аккуратно. Николетт же очень рьяно настаивала на том, чтобы запереть меня в доме — мол, и так опозорилась, нечего позориться ещё больше. Но я её слушать не собиралась, я вообще после прочтения дневника не считала семейство ле Брин за людей, не собиралась быть ни покорной, ни сдержанной. Плевать мне, какие там должны быть леди — я решила, что идеальна, да будет так. Да, хитрила и притворялась иногда, но это пока. А теперь, теперь мне предстояло окончательно доломать этот нездоровый, кривой образ, в который меня загнали приличиями. Надоело. Бесило только, что герцога такая грубая и невоспитанная леди совершенно не пугала. Могла ли ему понравиться настоящая я? Да ну нет, точно нет! Такая ни одному приличному аристократу не понравится. Особенно если учесть, что я и не стремилась — вываливала на него всё, что думаю. Надеялась, что это заставит его от меня отказаться. Да я бы сама от такой отказалась. Но нет, не вышло. Эдвард опять ко мне прилип. Только теперь я могла с чистой совестью слать его в далёкий путь до места жительства чертей и игнорировать все его порывы. Порывы его мне, кстати, не нравились, потому что Эдвард теперь придумал вообще увезти меня в свой дом. Это был самый страшный кошмар для меня, ведь именно того и избегала, чтобы чудовище не заперло меня в своём логове. Но, по крайней мере, герцог сбавил свой напор. Я же отнекивалась, как могла, хотя этот хитрый лис стращал меня поистине заманчивыми предложениями. Например, он действительно решил перестроить большой сад и всеми силами упрашивал придумать его планировку. А мне хотелось, очень. Но в сознании ещё слишком свежи были воспоминания моего будущего в этом проклятом доме. Я должна во что бы то ни стало этого избежать, вырвать из своей жизни Эдварда Крастесса, пусть там и останется кровавая рана. На третий день, прилежно выслушав наставления мадам и засунув их в отхожее место, со спокойной душой и улыбкой победительницы самым наглым образом отправилась гулять по городу. Мне даже было интересно посмотреть на реакцию людей. На меня неодобрительно, но больше изумлённо косились, кидали заинтересованные взгляды. Некоторые леди отводили глаза, некоторые напротив задерживались на мне дольше, чем нужно. Конечно — странно увидеть ту, что по всеобщему мнению должна рыдать от стыда, спрятавшись в доме, а она преспокойно прогуливается, улыбаясь и со всеми здороваясь. Нахалка какая, не правда ли? Да, наглость я в себе накрутила на полную. Даже имела оную, чтобы зайти в салон платьев мадам Бовар — уж такого от меня местные кумушки не ожидали точно. Ещё хлеще было обнаружить там Люсиль в окружении стайки знатных подпевал. И не стыдно им? Это же ниже их достоинства водить дружбу с простолюдинкой. Ах, ну да! Сей ангел же — драгоценная любовница самого герцога. В целом, я пришла в салон лишь за тем, чтобы посмотреть, как у них продаётся наша амарильская ткань, но... Какой чудесный подарок в розовом платье! — Боже мой! Да как она может здесь появляться?! — оскорблённо воскликнула одна из подпевал. Я лишь усмехнулась. — Тише, Матильда! — скромно осадила её шаболда — Не стоит обращать на таких внимание. И робко потупилась, но я прекрасно видела, какой взгляд у неё проскочил перед этим — злорадный и полный торжества. Что, думаешь, что победила, стерва? — Но, всё же, Люсиль, как она может так спокойно появляться перед людьми, после того, что натворила?! — капризно выдала другая подружка — И как её только земля носит?! — Отлично носит. — весело отозвалась я — Я бы даже сказала, весьма комфортно носит. А что же я такого натворила, чтобы не носила? — Люсиль нам всё рассказала, какая Вы! — сразу же вступила в битву первая — Как Вы могли изменять герцогу?! — Прямо всё-всё рассказала? — усмехнулась, сложив руки на груди — Свечку что ли держала? — Не отнекивайся, Шарлотта, все уже знают, что ты изменяла Эдварду со своим братом! — воскликнула Люсиль — Это отвратительно! — Согласна, отвратительно. — кивнула я — Вы этого урода вообще видели? Никогда бы не посмотрела на такого. Приписали бы мне в любовники уж кого-то красивого, что ли, а то обидно. Белобрысая дрянь полыхнула гневом и скрипнула зубами. Явно надеялась на то, что я растеряюсь, а тут.. — Ещё более отвратительно, что какая-то потаскушка, походившая по рукам всего Иглиса смеет мне что-то выговаривать. — спокойно продолжила я — До чего ж нелепо. Так же нелепо, как Вам, леди, дружить с простолюдинкой сомнительного содержания. Но раз Вам нравятся подобные непотребства, то, конечно, пожалуйста... — Да как Вы смеете?! — накинулась на меня вторая подпевала. — Смею. Вполне себе легко смею. — пожала плечами — А что такого? Это же правда. — Никакого стыда! — взвилась первая — Вот поэтому Его Светлость и бросил Вас! — Кто Вам сказал, что он меня бросил? — вскинула я бровь. — Но ведь. Люсиль говорила... И он разорвал помолвку. — стушевалась девчонка. — А Вы побольше слушайте свою Люсиль. Она Вас ещё научит, как правильно ноги раздвигать, чтобы заработать на вот такой розовый зефир. — рассмеялась я, указав на платье шлюшенции — Что касается герцога, то помолвку он не разорвал. К моему великому сожалению, кстати. Ибо после вот этой гадости, мне с ним противно. Мало ли чего он мог от неё подцепить. — Шарлотта! Как тебе не стыдно?! — вскричала гадина. — Совсем не стыдно. — продолжала веселиться я — А вот тебе стоило бы постыдиться, как минимум своей невоспитанности и глупости. Всё ещё не выучила, как нужно ко мне обращаться.