Исповедь куртизанки, или Как я полюбила - Елена Эллиот

– Ну почему, – пожал плечами Том. – Король даёт им выходные. Не всем сразу, конечно, но и они бывают гостями на балу.

– Король обеспокоился, что из тебя не выйдет хороший помощник, потому что ты аристократ, но разве не все вампиры надменные? – недоумевала я.

– В какой-то мере это так, – согласился Том. – Но когда речь идёт о службе у короля, о надменности приходится забывать. Если тебя волнует, будут ли к нам относиться хуже, то нет. Хоть работать во дворце стремятся не все вампиры, всё же тех, кто работает здесь, уважают. Король хорошо платит своим подданным, а не каждый вампир может достойно устроиться на Земле, особенно если наступает пора покинуть насиженное место, чтобы избежать подозрений в вечной молодости. Это наш дар и наша проблема. Временами она создаёт дикие неудобства!

Пока он рассказывал всё это, а я внимала его речам, я не заметила, как внезапно мы вышли на улицу. Передо мной открылся великолепный зелёный газон с редкими насаждениями одиноко стоящих деревьев, чьи округлённые кроны казались идеальными. От порога дворца веером расходились узкие мощёные дорожки, и Том повёл меня по одной из них, что уходила направо, как выяснилось – в сад. Чем ближе мы подходили к нему, тем ярче я ощущала сладкий аромат роз – он словно приглашал окунуться в дивный цветочный мир.

Когда мы миновали широкую цветочную арку, обозначающую вход, нашим глазам предстало поистине великолепное зрелище! Сад утопал в мягком свете фонарей, чьи изящные формы напомнили мне фонари на улицах Лондона. И в этом приглушённом свете повсюду цвели кусты белых и красных роз, распространяя пьянящий аромат.

Вдоль аккуратно вымощенных камнем тропинок возвышались изящные постаменты со статуями маленьких ангелочков, чьи лица были исполнены детской прелести и непостижимой таинственности. Их нежные губы распускались улыбкой, обнажающей едва заметные острые клыки, придающие их облику лёгкую опасность.

Тут были и величественные фонтаны, и мягкие кованые лавочки, и таинственная беседка, спрятанная среди пышных кустов роз вдали от посторонних глаз. Всё вокруг дышало атмосферой утончённости и загадочности. А центром этого великолепия был исполинский дуб, широко раскинувший свои мощные ветви прямо посреди цветочного сада!

– Как необычно! – воскликнула я. – Почему дуб?

– Потому что он основа нашего мира, – ответил Том. – То, без чего этот мир не может существовать.

– Основа мира? – удивилась я.

– Этот дуб прежде рос на Земле. Дьявол, чтобы создать мир для вампиров, должен был привязать его к Земле. Для этого понадобилось что-то устойчивое и живое. Таким связующим компонентом и стал дуб, который ты видишь.

– А если он засохнет? – испугалась я.

– Не засохнет. Так же как вампиры, он обрёл бессмертие, – пояснил Том.

– Это всё так интересно. И тут так красиво, Том! – в очередной раз восхитилась я, оглядывая окружающий нас цветочный пейзаж. – Но как же поместье в Хампстеде? Нам придётся покинуть его? Оно же память о твоей семье.

– Не переживай! – улыбнулся он, обнимая меня за плечи. – Мы по-прежнему можем появляться там, когда захотим. Продавать имение я не собираюсь.

– Хорошо, – успокоилась я. – Мне и правда там нравится.

– А здесь?

– И здесь, – улыбнулась я.

Он поцеловал меня нежно под ветвями могучего дуба, озарённых серебристым лунным сиянием. Я ощущала глубокое умиротворение и искреннее счастье, наслаждаясь моментом полной гармонии. После долгих скитаний и опасностей наконец-то наступило спокойствие. Мне больше не нужно было спать с другими, меня не хотели убить, и рядом был любимый мужчина – это всё, чего я желала.

Несколько минут мы ещё миловались под луной, а потом он предложил мне вернуться на бал, и мы вернулись туда, где музыка звала нас танцевать. Эта ночь прошла весело и непринуждённо. Я кружилась в танце сначала с Томом, потом с Владом, а в промежутках между танцами заводила знакомства с другими вампирами.

Среди собравшихся гостей появилась и Агнесса. Её приход словно озарил собой пространство зала. Элегантная и грациозная, она ступала мягко и уверенно, привлекая внимание окружающих. Платье её было изысканным, подчёркивая утончённость вкуса. Агнесса приветливо улыбалась и обменивалась вежливыми словами с теми, кто встречался ей на пути, как вдруг наткнулась на Влада…

Её лицо тотчас помрачнело, но он не торопился её отпускать. Вместо этого он подозвал меня с Томом и внезапно сообщил ей при всех, что она может покинуть бордель. Мы крайне удивились, но больше всего была поражена она сама.

– Ты… отпускаешь меня? – уточнила она.

– Ну ты же просила, – пожал плечами Влад. – Теперь король знает о Лорен и хранить тайну больше нет необходимости. Ты можешь быть свободна.

– Спасибо!

Улыбка вновь озарила лицо Агнессы, и внезапно она поцеловала Влада со всей присущей ей страстью. У Кэтрин, не отходящей от него ни на шаг, глаза едва ли на лоб не залезли! После поцелуя Агнесса пояснила, что хотела завершить отношения с Владом на приятной ноте, и Кэтрин выдохнула спокойно.

Веселье продолжалось ещё долго, музыка завораживала, танец поглощал нас целиком вплоть до самого рассвета. Завидев первые лучи солнца, мы с Томом, наполненные радостью, тотчас переместились в наше поместье в Хампстеде, чтобы успеть собрать необходимые вещи перед новой главой нашей жизни.

Глава 43

Глава 43

В следующие две недели мы с Томом активно служили королю Вольдемару. И я с удивлением отметила, что, в сравнении с аристократией Лондона, отношение к слугам у короля вампиров было гораздо лучше и уважительнее. Конечно, некоторая властность и надменность в его действиях присутствовала, но всё же мы чувствовали себя значимыми и полезными, а не вампирами низкого ранга.

Мои обязанности заключались в поддержании порядка в королевской комнате и кабинете, однако это вовсе не подразумевало, что я должна была лично мыть полы и протирать пыль. Хотя именно так и я подумала сначала. И в первый день король очень удивился, застав меня наедине со шваброй в своём кабинете. Король объяснил, что мне нужно лишь организовывать работу других слуг, чтобы уборка проходила эффективно и, главное, быстро! Тогда в кабинет я стала отправлять одновременно трёх, а в спальню – сразу семь девушек, поскольку она обладала внушительной площадью и вмещала отдельную гардеробную и ванную. За час комнаты снова приобретали сверкающую чистоту, и король мог заниматься