Исповедь куртизанки, или Как я полюбила - Елена Эллиот

– Мы и правда проводим здесь больше времени: с приходом к власти короля Влада график стал более непредсказуемым, – пояснила я, тоже поднявшись.

– Влада или меня? – прищурилась Лилия.

Я неопределённо пожала плечами. Прямо говорить о том, что она права, я не осмелилась. Она действительно была непредсказуема в своих просьбах. Впрочем, когда рядом не было меня, она без проблем давала поручения другим служащим во дворце вампирам, а потому в целом моя свобода не пострадала.

– Ладно, Лорен, я поняла, можешь не отрицать, – улыбнулась Лилия. – Так что, покажешь портрет?

– Конечно! – кивнула я и взяла её за руку.

Мы оказались в гостиной нашего с Томом поместья в Хампстеде. За сто с лишним лет мы успели несколько раз поменять интерьер, и сейчас он был современным, хоть и напоминающим викторианский. Здесь всё так же стояла дорогая мягкая мебель светлых тонов с изогнутыми спинками, холодными ночами гостиную по-прежнему согревал самый настоящий камин, и рояль был неизменным атрибутом нашей жизни. Мне нравилось сесть вечером и наиграть какую-нибудь мелодию, глядя на то, как за окном ветер играет в листве высокого куста сирени. Это успокаивало, навевало умиротворение. А когда ко мне присоединялся Том, вечера обретали совершенную гармонию и наполнялись особыми нотками радости и счастья, создающими ощущение полного блаженства.

Уже давно мы отказались от домашней прислуги, предпочитая услуги профессиональных клининговых компаний, однако уход за садом по-прежнему доверяли только опытным садовникам. Чтобы не возникало вопросов к нашему возрасту, Влад всё так же помогал нам периодически переоформлять документы. Вообще, с этим он помогал всем вампирам: сохранение тайны нашего существования до сих пор считалось делом первостепенной важности.

Покидать поместье нам так и не пришлось, ведь, несмотря на активную застройку Лондона, на протяжении примерно одной мили кругом нас не имелось ни единого дома. Всё благодаря земле, которая тоже находилась во владении Тома, и власти не имели права что-то на ней строить. В светской жизни Лондона мы больше не участвовали, а потому наши личности не представляли для людей особого интереса и мы могли позволить себе не покидать наш дом.

Мой портрет, написанный Крисом, вот уже более сотни лет висел в гостиной, сохраняя свою первозданную красоту. А причиной тому была, естественно, магия Влада, что окутала картину прозрачной дымкой защиты. Сегодня портрет выглядел так, словно лишь недавно вышел из-под кисти художника: цвета были насыщенными и сочными, и каждая деталь была передана точно и выразительно.

– Действительно, ты такая красивая и нежная, и грусть тебе идёт, – оценила Лилия работу Криса. – Хотя мне непривычно видеть тебя такой: ты чаще бываешь весёлой.

– С тех пор как мы с Томом поженились, поводов для грусти у меня и правда не было, – совершенно не лукавила я.

– А твоя семья не огорчала тебя? Ты же говорила, что твоя мать осудила тебя, – напомнила Лилия.

– Да, поначалу. Но позже мы с Томом устроили свадьбу в англиканской церкви и пригласили туда мою семью, – поведала я. – Мама простила меня. Стоило ей узнать, что я больше не куртизанка, так ещё и выхожу замуж за состоятельного джентльмена, как и мечтала, она тут же перестала осуждать меня и благословила. Это всё, что мне было нужно.

Лилия искренне улыбнулась.

– Рада, что тебе удалось наладить отношения со своей матерью. Надеюсь, моя мать тоже когда-нибудь сможет принять мою сущность…

В её глазах отразилась печаль, но я не стала убеждать королеву в том, что всё будет хорошо, поскольку не была в этом уверена. Отношения с родителями я всегда считала личным делом каждого и не собиралась вмешиваться. Свой же долг перед семьёй я исполнила, выведя мать и сестёр из тяжёлого состояния крайней бедности и нужды. Конечно, средства достижения этой цели оказались несколько отличными от их ожиданий, но всё-таки именно благодаря моим усилиям мама и девочки переступили порог нищеты и обрели материальную стабильность.

– А что насчёт «Соблазнов Пикадилли»? Когда они перестали существовать? – поинтересовалась Лилия.

– Когда пришла пора покинуть Лондон, чтобы не поползли сплетни о мистическом борделе с вечно молодыми куртизанками-вампирами.

Я рассмеялась своей шутке, но Лилия по-прежнему смотрела на меня серьёзно, ожидая более точного ответа. Тогда я добавила:

– Примерно через семь лет после событий того лета.

– И Влад больше не возвращался к подобной деятельности? – засомневалась она.

– Насколько я знаю, нет, но тебе лучше спросить об этом его самого, – посоветовала я.

– Пожалуй, спрошу!

Она хитро улыбнулась и направилась вдоль стены, разглядывая фарфоровые фигурки на полочках и цветы в вазах. Правда, искреннего интереса к этим безделушкам она не проявляла. Скорее, она казалась задумчивой и мечтательной, словно пыталась представить, как всё здесь выглядело более ста лет назад.

Дойдя до рояля, Лилия остановилась. Осторожно проведя пальцами по его крышке, она вдруг обернулась ко мне и попросила:

– Сыграй мне.

– Конечно! – тотчас согласилась я. – Что ты хочешь услышать?

– Ну, что-нибудь из Шопена. Это любимый композитор Влада.

Я кивнула и подошла к роялю. Медленно опустившись на банкетку, я слегка наклонилась вперёд, касаясь клавиш кончиками пальцев. Ещё мгновение я помедлила, выбирая, что бы сыграть из Шопена.

«Фантазия-экспромт!» – вдруг осенило меня, и тут же озорная мелодия, будто резвый ручеёк, весело заплескалась по всей гостиной, заполняя её звонкими переливами звуков.

На лице королевы отразилось восхищение. Она неотрывно смотрела на меня, внимательно наблюдая за каждым движением моих рук, и в её глазах, полных восторга и нежности, блестели слёзы. Когда я закончила, Лилия зааплодировала.

– Браво, Лорен! А я ведь не подозревала, что ты так чудесно умеешь играть.

– Меня научил Том, – отдала я ему заслугу.

– Тогда устроим бал! – неожиданно заявила Лилия.

– Бал? – удивилась я. – Когда? И какой повод?

Поскольку я теперь была не только доверенной помощницей королевской четы, но и главной среди служанок, то организация всех мероприятий во дворце была моей обязанностью.

– Повод – это та история, что ты поведала мне, Лорен! – ответила Лилия. – Этот бал будет в вашу с Томом честь!

Я вскинула брови в изумлении и переспросила:

– В нашу честь?

– Именно так! – подтвердила Лилия. – Но при одном условии.

– К-каком? – с опаской поинтересовалась я.

– Вы с Томом сыграете