Предатели тоже плачут - Анна Шнайдер

Надо сказать, что подъём на Айю-Май отличается большим разнообразием местности — мы с Рустамом проходили то поля, то каменистые участки, которые называются курумник, то наш путь шёл по лесным тропам сквозь тайгу. Я всё снимал, старался комментировать каждый шаг, за что и поплатился — мобильник у меня целиком и полностью разрядился в самом начале спуска. Я хотел его зарядить, сунулся в рюкзак и обнаружил, что забыл пауэрбанк в посёлке. Вечером доставал, чтобы подзарядить телефон — с розетками там было туго, — а положить обратно запамятовал.

— Ну что ж ты так! — пожурил меня Рустам. — Ладно, возьми мой.

Не знаю уж, почему, но от его пауэрбанка мой телефон заряжаться отказался напрочь. Я пробовал поджимать провод, держать его — бесполезно. Да и мобильник Рустама тоже не очень охотно заряжался, хотя это нас тогда не сильно потревожило — заряд у его аппарата был почти полный.

Мы возобновили спуск… и именно этот момент выбрала погода, чтобы резко испортиться.

133. Попал

Дэн

Честно говоря, я никогда такого не видел. И главное, что в прогнозе ни о чём подобном не было ни слова!

Мы отошли от вершины всего на несколько десятков метров, когда ветер начал усиливаться, да настолько стремительно, что буквально через пять минут свистел в ушах, заглушая все прочие звуки. С неба хлынул ледяной дождь — пришлось надевать дождевики, — и прогулка сразу перестала быть приятной.

Штормовой ветер и сильный дождь с градом — плохие спутники. Укрыться тут было негде, мы шли по голому плато, были в самом начале курумника. Идти назад — там вершина горы, представляющая из себя пустое плоское пространство с единственным камнем в человеческий рост посередине. Идти вперёд я тоже считал неважной идеей, по камням карабкаться при такой погоде дело рискованное, но Рустам проорал:

— Идём! Нам надо добраться до леса!

Не знаю, правильное это было решение или нет, но с другой стороны — разве у нас был выбор? И мы пошли вперёд, осторожно двигаясь по мокрым камням, помогая себе палками.

Может, всё бы и обошлось, но погода над нами будто издевалась, добавив к остальным страданиям ещё и рухнувшую ниже нуля температуру. Дождь почти закончился, сменившись мокрым снегом, влага на камнях схватилась, превратившись в тонкую наледь… и в один не самый лучший в моей жизни момент я вдруг услышал пронзительный вскрик Рустама, грохот упавшего вместе с рюкзаком тела, а затем — не менее пронзительную тишину.

Я поднял глаза и в шоке уставился на своего проводника. Он шёл впереди, показывая дорогу, я повторял за ним все движения, и в ту секунду, когда Рустам упал, поскользнувшись на камнях и не удержав равновесие даже при помощи палок, я как раз выбирал, куда поставить ногу. Замер, сглотнул, дёрнулся… но нет, бежать было нельзя — иначе я растянусь рядом с Рустамом точно так же.

Подошёл медленно. Присел, склонился, в опаске приподнимая голову Рустама — неужели так сильно треснулся?..

Видимо, сильно, раз сознание потерял. Но хотя бы живой — грудь вздымается, дышит. Правда, это единственная хорошая новость.

Я снял рюкзак и полез в аптечку, мысленно ругаясь — вот же попал! Погода испортилась, проводник, кажется, получил сотрясение мозга в лучшем случае, и позвать кого-нибудь на помощь я не в состоянии — сети тут нет, она появится, если пройти курумник и ещё немного по лесу.

Да уж, взошёл на гору…

134. Пропал

Даша

С того самого момента, как Оля сказала мне, что Дэн улетел, я не находила себе места. Тревога росла с каждым мгновением, и в четверг, когда он должен был совершить подъём на гору, я почти не могла работать.

В своём блоге Дэн сообщил следующее: в среду поздно вечером они с проводником прибудут на место, в посёлок у подножия Айю-Май, а в четверг сразу после завтрака отправятся на вершину. В общей сложности туда-обратно — часов десять, максимум двенадцать, и как только Дэн спустится, он загрузит в блог видео о том, что достиг цели. Подробный же рассказ о путешествии будет через несколько дней, когда Дэн вернётся в Москву и сможет смонтировать нормальный ролик.

Весь день я ждала краткое видео с улыбающейся довольной мордой Дэна и словами в стиле: «Ребята, всё путём! Забрался, спустился, отлично себя чувствую, не скучайте!» — но ничего подобного не выходило.

На нервной почве я даже начала грызть ногти, и когда время подошло к девяти вечера, не выдержала и позвонила Оле. Ведь двенадцать часов уже прошло…

— Да, Даш, это странно, — сказала Оля напряжённым голосом. — Я пыталась связаться с Дэном, но телефон не отвечает. И у проводника его, парня по имени Рустам, тоже. Других телефонов у меня нет. Сейчас будем звонить местным спасателям… Короче, я перезвоню тебе, как переговорю.

После этого диалога с Олей я совсем затряслась. Хорошо, что дети к тому моменту уже спали — иначе, чего доброго, сразу бы поняли: дело нечисто. Хотя Поля и так это поймёт, как только проснётся и не обнаружит в блоге обещанного ролика.

— Даш, — сказала Оля, позвонив мне примерно через час, — я созвонилась и с МЧС, и с местным туристическим клубом, у них свои спасатели есть. Они говорят, что на Айю-Май резко ухудшилась погода, выходить туда сейчас запрещено. Пока есть надежда, что Дэн с проводником задержались или немного сбились с пути, но если к утру не вернутся, их начнут искать.

— Господи… — прошептала я и в отчаянии сжала кулаки.

— Да погоди ты паниковать, — устало вздохнула Оля. — Может, всё обойдётся. Начался дождь, погода испортилась, они укрылись где-нибудь и ждут. Это же лучше, чем тащиться в сырость по камням.

— Наверное… Просто… неспокойно мне…

— И мне неспокойно, — пробормотала подруга. — Давай, ложись спать. Мы с тобой всё равно ничего сделать не можем.