Оранжевое Лето - Валерия Стругова

стол. Его движения были подчёркнуто сдержанными, словно он вкладывал все усилия в то, чтобы контролировать себя. Я, на всякий случай, быстро положила руку ему на бедро, пытаясь успокоить, хотя больше, вероятно, для собственного ощущения безопасности.

На всякий случай. Вдруг его разозлила последняя фраза.

— Если ты попробуешь, то точно меня полюбишь. Я в свою очередь тоже постараюсь тебя не бесить, — пообещала я, подмигивая Каю.

Тот тут же похлопал меня по голове, как хлопают детей, которые впервые сходили на горшок, и я улыбнулась.

— Значит, ты сам научился играть на скрипке? — обратилась я к Валтеру, решив, что слишком долго говорю только с Каем.

— Да. Тренировался около месяца ежедневно.

Я вздохнула.

Он тренировался около месяца, а играл как профессионал с многолетним опытом.

— Вы такие молодцы! Хотела бы я так же уметь делать всё на таком высоком уровне, — похвалила я аларисов, с трудом скрывая зависть.

— Ещё бы! Конечно, они умеют многое, им же сто лет в обед, — проворчала Кира, напоминая о своём присутствии, иногда потирая затылок.

— Голова ещё болит? — тихо поинтересовалась я, и все взгляды за столом переместились к Кире.

— Всё со мной нормально. Не переживай за зря. Похоже, головные боли — это моё проклятье, которое ненадолго меня покидало и вот снова тут как тут.

— Тебе бы к врачу сходить, обследоваться, — предложила я.

— А что толку? Меня раньше тысячу раз обследовали, так ничего и не поняли. Эх... была бы у нас регенерационная камера... — подруга вдруг запнулась. — Ты же знаешь про такие? Мне можно об этом говорить?

Её взгляд метнулся к Каю, который оторвался от своей тарелки и посмотрел на неё строго.

— Ага. Валтер рассказывал, — тут же ответила я, не дожидаясь, пока океанус начнёт выговаривать ей за болтливость.

Кира облегчённо выдохнула.

— Круто! Если бы я смогла попасть в такую, мой мозг бы исцелился и больше бы никогда не болел.

— Да уж. Жаль, что нам, простым смертным, вход на Эгниттеру закрыт.

Подруга хмыкнула и, бросив быстрый взгляд на Валтера, улыбнулась:

— Ну может Его Королевское Высочество сможет нас туда как-нибудь доставить. Ну, по-дружески.

Скорее всего, она тоже хотела пошутить, но сейчас было явно не подходящее для этого время.

— Нет, нет. Мироходцы есть только среди аларисов, — ответил за Феникса Кай. — К тому же, мы никогда бы не допустили чужаков в наш мир. Так что это невозможно!

Я покачала головой. Почему-то такая категоричность меня разозлила.

— Если вы имеете право жить на Земле и пользоваться благами нашего мира, почему нам нельзя?

Кира тут же подхватила мою мысль, энергично кивая:

— Да, точно! Вы таскаете знания с Земли, делаете свой мир технологичным и совершенным. Было бы справедливо, если бы мы могли обмениваться информацией.

Сначала я не понимала, почему Кай не отвечал, но потом перевела взгляд на Валтера. Сложив руки перед собой в пирамидку, игнис безразлично обвёл глазами всех за столом по очереди, пока взгляд не остановился на мне.

— Ваш мир словно черновик, — начал он, — Оружие, войны, эпидемии — всё повторяется раз за разом. Люди творят как прекрасное и великое, так и ужасное и разрушительное. Мы забираем лучшее в свой мир и учимся на ваших ошибках, делая свой мир совершеннее, технологичнее и безопаснее. Вы же даже на своих ошибках учиться не хотите. Слишком долго мы знакомы с вашим видом, чтобы позволить вам войти в наш.

Он ненадолго замолчал, а я почувствовала, как его слова давят на меня.

— Что касается лично вас двоих, — продолжил он, и на его лице появилась тень холодной улыбки. — Ты, — подмигнул он мне, — будь моя воля, я бы притащил тебя на Эгниттеру насильно. Потому что хочу, чтобы ты принадлежала мне. Вечно.

Горячий прилив бросился к моим щекам, но я не успела ничего ответить. Его взгляд теперь перешёл к Кире.

— А ты... Ты — дефектная. Даже в качестве солдата навряд ли сгодишься, хотя как пушечное мясо я бы тебя тоже прихватил.

Быстро заморгав, я попыталась задержать слёзы, которые уже начали резать глаза.

Что случилось?

Кажется, что я просто потеряла дар речи от такого ответа. Он так легко и холодно сказал это, что сердце замёрзло от неприятного послевкусия его объяснения.

Я украдкой посмотрела на Киру. Её взгляд был опущен, плечи слегка сгорблены. Она пыталась сохранить лицо, но я видела, как напряжённо её пальцы стискивают бокал.

Почему она молчит? Почему Кай, который всегда был язвительным и острым на язык, сейчас просто сидит, будто слова Валтера его даже не коснулись?

Я поймала взгляд океануса. В его глазах блеснула странная смесь презрения и злорадства, словно он хотел сказать: «Теперь ты видишь, с кем имеешь дело». Но когда я почувствовала руку Валтера, крепко накрывшую мою под столом, всё внутри перевернулось. Его жест, почти машинальный, был словно напоминание о том, что он всё ещё здесь, рядом, и всё это для него имеет смысл. Но какой?

Мне понадобилось несколько секунд, чтобы прийти в себя и вытащить свою руку из под обжигающей ладони. Отодвинув стул, я поднялась и посмотрела сверху вниз в холодные глаза Феникса.

— Извинись сейчас же!

— Извини, — ответил Валтер, так же поднявшись и встав напротив меня. Сейчас он казался больше обычного. Широкие плечи заслонили всё пространство, а янтарные, почти жёлтые глаза, затягивали в какой-то кошмарный водоворот.

— Ты назвал мою подругу дефектной! Ты назвал её мясом! — мой голос дрогнул, но я продолжила, не опуская глаз. — Не знаю, что с тобой сегодня, но ты не имеешь право говорить подобное. Извинись перед Кирой.

Валтер развернулся к Кире.

— Прости, — его слова прозвучали ровно, без эмоций. — Я перегнул палку.

Кира подняла голову, её губы дрогнули, как будто она собиралась что-то сказать, но передумала. Она лишь кивнула, не глядя ему в глаза.

Я глубоко вздохнула, чтобы вернуть себе контроль.

— Теперь ты. — Я повернулась к Каю, подняв подбородок. — Куда ты засунул свой язык? Нормально, что твою девушку оскорбляют? Хоть бы сделал вид, что тебе не всё равно, бесчувственный ты кусок...

— Можешь распинать меня сколько хочешь, маленькая принцесса. Мне всё равно! — перебил меня Кай. — В своё оправдание могу сказать только одно: я знаю, что бывает, когда принц игнисов недоволен и не хочу испытывать его терпение. Ещё вина?

Я прищурилась, вперив в него недоверчивый взгляд. Его тон был слишком весёлым, а улыбка слишком циничной.

— Вина? — повторила я, поднимая брови. — Конечно! Почему бы и нет! Здесь походу всех и всё устраивает! Продолжим веселиться!

— Хватит на сегодня вина, —