Бомбочка-Незабудка - Кэролайн Пекхам

со мной, мое дыхание все еще было слишком тяжелым от того, что он только что сделал со мной, и блеск в его глазах сказал мне, что он знал, что я приду за ним на этот усилитель. Его губы коснулись моего уха, когда он заговорил, и от этого, казалось бы, невинного прикосновения у меня по позвоночнику пробежала волна удовольствия.

— Твой долг оплачен, Аня. Но в следующий раз, когда ты захочешь заключить со мной пари, учти, что ставки будут еще выше.

ЧЕРЧ

Два месяца проживания моей Мисс Америка на английской земле мало чем помогли обуздать мое увлечение ею, и пока я проводил рукой по своим взъерошенным волосам, я снова обнаружил, что фантазирую о единственной женщине в этом городе, которую я не имел права вожделеть.

Проклятие пролетело мимо моих губ, и я отогнал эти мысли, сосредоточившись на дороге и широко зевнув.

Я насвистывал, когда ехал по улицам прекрасного Лондона, мои костяшки пальцев были в крови, а мышцы лаяли, как у собаки, от усталости, которую я чувствовал после прошлой ночи. На самом деле ничего особенного не было, просто Свечник послал нескольких своих людей поразнюхать о краях нашей территории.

Мне просто повезло, что я допивал пинту в “Утке и собаке” как раз в тот момент, когда раздались крики. Ничего страшного в небольшой потасовке не было, хотя один из ублюдков выхватил нож и дал Джону Бою под дых.

Но потом старая добрая красно-синяя вспышка и вой сирены ознаменовали появление копов, и мы разошлись в разные стороны, устремившись в ночь с горящей кровью и тестостероном в конечностях.

Я бежал с Джоном Боем до самой его квартиры на самом дальнем восточном конце нашего района, и там мне пришлось ненадолго затаиться. Но когда ему пришла в голову умная идея превратить все это в вечеринку, и куча пьяных девиц заявилась к нему в дверь, визжа и шатаясь в платьях, настолько маленьких, что они не оставляли ничего для воображения, я решил покончить с потерями.

Есть что-то, что можно сказать о трахе с девушкой сразу после драки, о том, чтобы использовать весь этот адреналин с чертовски хорошей пользой, погружая его в жар красивой женщины, но среди этих девиц не было ни одной, которая бы привлекла мое внимание.

Поэтому я выскользнул через черный ход, как только загремела музыка, перемахнул через балкон и спустился на три этажа в городские джунгли, ожидавшие меня внизу, причем ни Джон-бой, ни кто-либо еще не были в курсе.

Скорее всего, они бы так обдолбались запрещенными веществами, что даже не вспомнили бы о моем присутствии.

Нет, это была ложь. Никто не забывал меня так легко. Но они точно не смогли бы сказать наверняка, в какое время я от них сбежал.

Так что через полчаса плутаний по задним улицам и яркой ночной жизни родного города я вернулся к своему верному Мини Куперу как раз в тот момент, когда рассвет забрезжил и город начал просыпаться.

Мой проклятый телефон разрядился где-то в толчее, поэтому я решил отправиться к Бэнни, чтобы рассказать ему о сомнительном, как блядь, вызове нашей власти. Я уже начал думать, что Фирме придется вмешаться в это дело, если с ним не разберутся в ближайшее время, но этот ублюдок все еще платил десятину, так что было трудно оправдать его уничтожение, не привлекая внимания Батчеров. Не говоря уже о том, что он был в тесных отношениях с Царем, ублюдком, на которого Бэнни полагался, чтобы провернуть сделку, необходимую строительной компании, чтобы остаться на плаву. Не то чтобы на этом фронте был достигнут большой прогресс — русский миллиардер был неуловим, как чертов пердун на северном ветру, с тех пор как Бэнни вернулся в Лондон, посылая туманные сообщения о том, что у него какие-то проблемы с Интерполом, которые заставляют его скрываться, пока он их улаживает.

По моему опыту, миллиардеры всегда были хотя бы немного не в себе, не говоря уже о правах, так что не было ничего удивительного в том, что он нас обводит вокруг пальца. Проблема была в том, что нам нужна была эта сделка. Нужны были его гребаные деньги, чтобы исправить бардак, который Дэнни устроил в компании. Так что теперь мы находились в состоянии ожидания, пытаясь выманить Царя обратно из укрытия, чтобы мы могли заключить сделку.

Я остановил машину возле отремонтированного склада, который Бэнни теперь снова называл своим домом после всех этих лет, и подбородком поприветствовал парней, которые непринужденно болтались на улице недалеко от его входной двери. В основном это были новобранцы банды Батчеров, которым давали подобные задания по наблюдению, чтобы проверить их преданность и силу. Их основная задача заключалась в том, чтобы поднимать шум и предупреждать нас, если кто-то из недружелюбных решил заглянуть в дверь Бэнни.

Я достал ключ из заднего кармана и вошел внутрь, включил свет в темном помещении и пошел к лестнице, направляясь в ванную и раздеваясь на ходу.

— Что ты здесь делаешь в такое время? — грубый голос Фрэнка нарушил тишину, и я чуть не схватился за свой чертов пистолет, так как мое сердце подпрыгнуло от неожиданности.

Мне потребовалось мгновение, чтобы определить его местонахождение: он притаился в тени на верхней дорожке, в руке его собственный пистолет, а на лице хмурое выражение, которое говорило о том, что он был бы не против случайно пристрелить меня. Для большого ублюдка он мог передвигаться как призрак, когда у него было настроение.

— Вчера вечером у меня возникли небольшие проблемы, — объяснил я, стараясь не показать ему, что он меня расстроил, когда я двинулся к лестнице и начал подниматься по ней, зажав в кулаке рубашку и пиджак и расстегнув ремень.

— Босса здесь нет, — ответил он, засовывая пистолет в заднюю часть джинсов. — Так что, возможно, тебе стоит просто пойти домой и проверить его позже.

— Я подожду, — холодно ответил я, поднялся на его уровень и остановился в нескольких футах от него, где он преградил мне путь дальше.

Я чувствовал, как его презрение ко мне потрескивает в воздухе между нами, и это выводило меня из себя. С одной стороны, я чертовски ненавидел, что человек, с которым я вырос и любил как брата, так смотрит на меня в эти дни. С другой стороны, меня тошнило от того, что он был ужасной