(не) Равные - Мила Крейдун

— Ты сама сказала и понимаешь, что я жесток, — произнёс он. — Насколько я понял, ты весьма осведомлена о моём правлении. Всё правда. И даже больше. Гораздо больше. Тогда я был ещё кровожаднее, высокомернее, считал себя богом, жаждал поклонения, испытывал чувство вседозволенности и не мог им напиться. Сейчас ко всему этому прибавились прожитые тысячелетия. Что-то они стёрли, что-то обтесали, в чём-то исчезла необходимость, но осталось одно — чья-либо жизнь для меня совершенно ничего не значит. И дети меня не трогают. Никогда не трогали. Я не вижу разницы между ребёнком и взрослым человеком. И тем более, если дело касается твоей безопасности. Я ясно выразился?

— Предельно, — ответила Ктара. — Я подозревала нечто подобное. Тебя любые дети не трогают? То есть… — стушевалась она, опустив взгляд и покраснев.

Что она вообще несёт? Какие дети?! Она бесплодна вообще-то!

Сильнейшее и древнейшее существо на планете улыбнулось. Приподняло её голову за подбородок, вынуждая посмотреть себе в глаза. Взгляд Ктары то и дело неловко убегал от чёрных глаз повелителя тьмы, светящихся нежностью и любовью.

— Наших бы я любил, — произнёс он.

Ктара разрыдалась.

Властитель прижал её к груди и позволил выплакаться, нежно поглаживая по голове, плечам, спине. Утешая. Целуя.

Иссушивая её слёзы горячими нежными заботливыми поцелуями.

Ктара не заметила, как постепенно перестала всхлипывать.

Как они оказались на постели.

Как сама стала гладить совершенное тело.

Изнывать под его ласками.

Как оказалась без одежды.

Но замерла, когда он навис над ней, уткнувшись головкой в тесные, сухие от волнения врата.

Не в силах поверить.

Великий Рамзес II тоже не мог поверить, что девушка под ним впервые не истекает соками, в жажде отдаться ему.

Он занервничал. Он растерялся.

Едва не соскочил с постели и не сбежал, как…

Она поднесла пальцы ко рту, облизала их, обильно смочив и потянулась к месту их нелепого столкновения.

Рам наблюдал как завороженный.

Он ни разу ещё не видел ничего более сексуального.

Нет, видел, конечно.

Когда-то давно.

Настолько давно, что уже и не помнил.

Настолько давно, что в памяти вместо лица другой уже всплывало лицо любимой. Ктары. Бывшей отработанной. Рабыни. Непостижимой девушки, с сокрытыми в своих глубинах невероятной силой и тайнами. А ещё прошлым.

Оно наверняка у неё весьма занимательно.

Не время рабства.

То, что раньше.

То, что она наверняка забыла…

Любимая сама поддалась ему навстречу, впуская вглубь себя и Рам окончательно потерял голову.

И какие-либо мысли, которые в ней были.

Лишь она.

Лишь она.

Одна.

Навсегда!

Глава 57. Короли

* * *

Мия, альфа-самка гиен.

* * *

Её боль почувствовали все.

А ещё всепоглощающее чувство отчаяния, безнадёжности и краха.

Королева для гиен — всё!

Гиены считаются самым опасным праймом вовсе не из-за многочисленности, а именно из-за своей связи и преданности королеве.

Во-первых, потому что её приказы не обсуждаются, предательства невозможны, а во-вторых…

Убей королеву гиен и ты получишь сотни тысяч переполненных ярости и жажды мести существ, которым будет плевать на собственную жизнь. Лишь желание отомстить и уничтожить.

Если!

Первое: связь установлена и крепка.

Второе: нет преемницы, равной или приближённой по силе. Которая сможет удержать прайм.

Связь с Ктарой только-только начала формироваться.

Настолько «только-только», что всё, что они испытали, почувствовав близкую смерть новой королевы, было продиктовано исключительно их личной привязанностью и симпатией к ней. Королева любящая и радеющая за свой прайм дорогого стоит. Возможно лишь гиены, испокон веков обречённые на кровожадных правителей-психопадов знали цену, а точнее бесценность подобного Прайма.

Мия в отчаянии смотрела на стремительно удаляющуюся точку и молилась лишь об одном: чтобы властителю вампиров удалось Её спасти.

О нём ходили совершенно удивительные невероятные истории, больше похожие на выдумки, но подтверждением одной из них они только что стали свидетелями: у него всё же есть крылья. Настоящие, кожистые, огромные, с жуткими острыми костяшками на изгибах, как в грёбаных фильмах про дракулу. Как он их прячет вообще? Даже Мия пару раз видела его полуобнажённым — не было у него никаких крыльев!

«Плевать, — подумала она. — Главное, чтобы он спас королеву».

Она лично ему поклониться, если он сможет. И будет предана почти как королеве, если Ктара приведёт его как Пару. Уважение гиен дорого стоит. Его не так легко заполучить. Почти невозможно. Гиены слишком высокомерны и считают себя лучшим из видов.

— Что будем делать? — озвучила Сиам тревожащий всех вопрос, тоже глядя на небо, где уже скрылась точка властителя ночи с королевой.

— Ждать, — ответила Гида. — Что мы ещё можем?

— И молиться, — вмешался в диалог Ултан. — Твою мать, фавориты с нас шкуру спустят.

— И будут правы, — произнёс Оррин. — Мы идиоты! Я бы сам себя освежевал, если бы это хоть как-то помогло Ей. Фараон сможет её спасти?

— Риана с Даром смог, — ответила Ная.

— Будем молиться, — произнесла Мия.

* * *

По мере приближение к дворцу настроение стаи всё ухудшалось.

Они всё хуже чувствовали королеву, а потом связь и вовсе пропала. Словно оборвалась.

Это не было похоже на смерть. Скорее больше на то, что её кто-то перекрыл, спрятал, но так ли это было на самом деле никто не знал.

Все пребывали в растерянности.

— Где она?! — взревели фавориты в один голос, испепеляя взглядом прибывших. Даже альфа-самок.

Неслыханно! Но даже они потупили взор.

Риан врезал по морде Ултану.

— Где она?! Ты, мать твою, говорил, что знаешь свои обязанности!

Раньше силы самцов были практически равны. Сейчас же удар фаворита опрокинул главу элитного отряда наземь.

Он не стал подниматься. Даже глаз не смел поднять.

Он заслужил.

Ултан сам не видел себе оправданий. Их просто не было. Не существовало.

— Властитель вампиров забрал её, — заговорила Ная. — Надежда есть. Вас он спас.

Близнецы метнули на неё злые взгляды.

— Что. Произошло? — произнёс Дар. Медленнее, спокойнее, но с нажимом и явным требованием.

Ни один самец не смеет говорить в подобном тоне с альфа-самкой, но за последнее время слишком многое поменялось и произошло.

Никто из самцов ещё никогда не заслуживал подобного авторитета в стае. Причём они обрели его ещё во время правления Харды.

Новая королева не ошиблась в выборе…

— Ная! — требовал ответа самец.

— Никто не почувствовал опасности от детёнышей, — ответила за Наю Мия. — В них не было агрессии. Даже неприязни. Я чувствовала лишь голод. И страх.

Остальные кивнули головами, соглашаясь со словами альфа-самки.

— Он выполнял чей-то приказ? — предположила Ная.

— Чей? — произнесла Сиам. — И зачем?

Головы стаи повернулись в направлении джипа, мчавшегося ко