Племянница из провинции - Дина Зарубина

Острый кулачок стукнул его в грудь. Разжался. А затем тоненькие пальчики запутались в его волосах.

Камилло прикрыл дверь плотнее и сделал обережный знак.

– Что там? – Прошептал неслышно подкравшийся Патрик Бум.

– Целуются.

– Дай-то боги! – Обрадовался Бум. – Так я прикажу гвардейцам тройное оцепление сделать, чтоб ни одна тварь не проскользнула и не побеспокоила Дэна.

– Пятерное! И купол тишины накинь!

– Точно! – хлопнул себя по лбу Бум.

Девочки, ну никак не идет эротическая сцена, простите. Хотела яркий финал написать а совсем не получается. Совместить такой характер как у Дженни, и необузданную чувственность очень оказалось трудно. Пусть Даэнир отдувается, от маг, он опытнее, он мужчина.

48

Сон снился совершенно дурацкий. Будто в тупике между стен, на уличной помойке стоит золоченое кресло с малиновой бархатной обивкой. Трон, скорее, уж больно кресло роскошное и широкое. И мы с Ирмой и Салли пытаемся его с этой помойки утащить. Дергаем за спинку, за ручки, но оно такое тяжелое, что совсем не поддается. Будто ножки налиты свинцом или прибиты к мостовой. Я облилась потом и запыхалась. Вместе с Ирмой дернула за подлокотник изо всех сил и проснулась.

Ящеров хвост! Я лежала в постели и не одна. Излишнее тепло и тяжесть стали понятны. Даэнир жарил, как печка, мало того, что облапил талию рукой, так еще и ногу положил на мое бедро. Пригреб к себе, как восьмилап добычу.

Моментально покраснела и начала выкапываться из-под наглых конечностей. Повезло: Даэнир вдруг повернулся на спину и трогательно засопел, раскинув руки. Я выдохнула и начала продвигаться к краю необъятной кровати. Да что у них тут за мода во дворце, ползешь-ползешь, а конца-краю нет!

Непременно закажу кровать поуже! Боги, о чем я? Мысленно отвесила себе затрещину. Воображать себя тут хозяйкой самое глупое, что можно только представить. Я просто исполнила договор. Вот.

Тут я даже голову закрыла одеялом. Стыдно было. И глупо. И ощущения… не сказать, чтоб неприятные. Не больно, я и обжигалась, и резала пальцы на кухне, так что это не боль, а легкий дискомфорт. Просто странно очень.

Внутри тебя, где совсем не было лишнего места, вдруг оказывается часть тела другого человека, горячая и пульсирующая. И всего слишком много! Много рук на спине и груди, много губ на коже, много пальцев и языка, много поцелуев и легких укусов, много жаркого дыхания. У меня немного болел живот и ныла грудь. Между бедер неприятно тянуло. Губы распухли, по ощущениям, как вареники.

Мне срочно нужна ванна, примочка и расческа.

Ванны при огромной спальне не оказалось. За дверью находился бассейн, утопленный в полу, круглый, с бурлящей горячей водой. Я даже застонала от нетерпения скорее там оказаться.

Сзади раздался деликатный кашель. Я взвизгнула и прикрылась банным халатом. Кажется, петельку оторвала, так сильно дернула его с вешалки.

– Я не смотрю! – воскликнул целитель, отворачиваясь.

– Как-кого иглохвоста? – Я не смогла сразу попасть в рукав и разозлилась.

– Простите, донна, это моя обазанность!

– Врываться в ванную комнату и смущать девушек? – снова густо покраснела, потому что девушкой технически больше не являлась.

– Донна Эухения, – укоризненно протянул дон Эстебан. – Я обязан убедиться, что ваше здоровье не потерпело ущерба. Не забывайте, ваш супруг черный маг. Помимо прочего, он весьма крупный мужчина и…

Ме стало стыдно. Действительно, обо мне же заботятся, ждали пробуждения, а я тут устраиваю непонятно что. Могла ведь поскользнуться и голову разбить. Или ногу сломать.

– Я поняла. Осматривайте, дон.

– Благодарю, донна Эухения, – целитель с достоинством повернулся. – Прошу вас лечь на кушетку. Я проведу несколько тестов.

На свет появились цепочки с диагностическими кристаллами. Целитель поводил ими по контуру тела, присматриваясь к мерцанию.

– Все в порядке. Вы совершенно здоровы. Я обезболил и немного подлечил потертости в интимных местах. Вас что-то беспокоит?

Я прислушалась к себе. Внутри немного ныло, но это, наверное, от непривычных мне упражнений. Правда, не знала, есть ли там мышцы, и можно ли натереть мозоли, но целителю виднее.

Ящер! Я чуть не взлетела прямо над кушеткой от ужасной мысли.

– Беспокоит! Дети!

Целитель округлил глаза.

– От этого дети бывают. Мне нужно средство от них.

– Но вы в законном браке и ваш долг родить наследника!

– Мой долг открыть научный центр в марте! А вдруг у меня начнется… ну это… тошнота, сонливость, перепады настроения, все прелести беременности? И потом, мы так надолго вместе. Хотелось бы получше узнать друг друга. Вдруг принц не любит пузатых женщин?

– Принц будет счастлив, уверяю вас, – дон Эстебан приложил обе руки к сердцу и сделал умильное выражение. – Но понести от черного мага крайне сложно. Они в неволе не размножаются. Особенность темного потока. Один ребенок, максимум два за всю жизнь.

– Я настаиваю! Начинать семейную жизнь с беременности мне не хочется. Через год подумаю над этим вопросом. Или через пять.

Из целителя удалось выдоить небольшой пузырек темного стекла. Пять капель на полстакана воды утром после вместе проведенной ночи. Я посмотрела, настойки было совсем немного. Если супружеский долг исполнять раз в месяц, то хватит до лета. А как часто его нужно исполнять?

От моего вопроса целитель вдруг покраснел и закашлялся.

Я спросила что-то глупое? Ах, на усмотрение супругов. То есть целитель в этом вопросе не может дать рекомендаций? Дал. Лучше бы промолчал.

От рекомендаций у меня глаза полезли на лоб. А жить когда? Работать, есть, спать? Если верить целителю, молодожены не вылезают из постели, наслаждаясь друг другом целыми днями. А пары, живущие долго, обычно занимаются этим пару раз в неделю. Это полезно.

Я не увидела большой пользы в этих упражнениях, но вежливо поблагодарила. Если копать землю или рубить дрова, мышцы развиваются намного лучше. Ничего, в столице полно аптек и травных лавок, а это зелье не какое-то запредельно дорогое. Ирма себе покупала.

Наконец-то в ванну! Горячая бурлящая вода смывала остатки усталости и неприятных ощущений.

– Донна! Доброе утро! – с поклоном вошла знакомая горничная.

– Доброе утро, Тереза. – Кажется, во дворце остаться одному даже на горшке не удается. Впрочем, телохранительницу я была даже рада видеть.

Она принесла мне белье