Племянница из провинции - Дина Зарубина

Сердце сильно стукнуло, когда я разглядела высокие крыши и трубы дворца.

Карета объехала дворец и остновилсь у неприметного подъезда. Два лакея тот час открыли дверцу и проянули руки в ожидании, когда я вылезу.

– Пошутили и хватит. Разворачивай! У меня сегодня приглашения во дворец нет, – съязвила я.

Кучер спрыгнул с козел и бросил на сиденье свою тяжелую накидку с пелериной. Знакомые каштановые кудри, веселые глаза.

– Добро пожаловать во дворец, – сказал Камилло. – Разговор к тебе есть.

– Ну и поговорили бы дома, – буркнула я неприветливо. Помнила, как он от меня отвернулся, обида до сих пор не прошла. Тоже мне, слуга своего господина! Такой же гад.

– Сама пойдешь или будем потеху устраивать с криками и тасканием девушки, как куля с репой? В карете довольно холодно, примерзнешь.

– Не смешно.

Проигнорировала протянутую руку и вылезла сама. Один из лакеев взял лощадь под уздцы и повел во внутренний двор.

– Мои вещи!

– Ничего с твоими вещами не случится! Холодно, заходи уже!

Небольшой холл, белые колонны, серо-розовая плитка. Выход явно не парадный, но и не для слуг, судя по отделке стен. Камилло отлично ориентировался во дворце и быстро вел меня куда-то. Куда? В мои покои! Ну, то есть, те комнаты в котрых я отлеживалась после нападения.

Знакомая служанка присела и улыбнулась.

– Ну и? – Я обернулась к Камилло.

– Пришла в гости – веди себя прилично, переоденься, прическу сделай. Дворец ведь, не поймут, – Камилло крутнул кистью перед своим лицом.

Нормально я выгляжу! Просто устала очень.

– Голубое, лиловое или цвета голубиного крыла? – спросила горничная.

– Я не буду переодеваться. Мне совершенно все равно, какое на мне платье.

– Госпожа, надо переодеться. Прием у его величества.

Я громко и душераздирающе застонала. За что мне это?

Платье цвета голубиного крыла было надето и зашнуровано во мгноване ока. Волосы подняты и заколоты в высокой прическе.

Вид у меня снаружи был приличный и строгий, а внутри бушевал вулкан. Кто попадется, того лавой и оболью! Пшик будет! Сколько можно меня втягивать в дворцвоые игрища с побоищами?

– Дорогая Эухения! – полненькая толстушка меня обняла.

Нет, драться с беременной женщиной… ну, не твари? Ее первой ко мне подпускать?

– Ваше высочество, я искренне рада вас видеть в добром здравии. Мои поздравления.

– А когда вы с Дэном подарите стране наследника?

Я в изумлении посмотрела на принцессу Ульрику. О чем она? Впрочем, ждать адекватности от беременной пустое дело. Сама что-то придумала, сама поверила.

– Дорогая невестка! – Ламберт в темно-вишневом камзоле, припал к моей руке.

– С какого ящера облезлого я ваша невестка? – прошипела я, выдергивая руку. – Ваше высочество, вы опять? Что за нелепые шутки?

– Никаких шуток, дорогая супруга.

Бархатный баритон растекся горячим шоколадом по жилам, враз согрел сердце.

– Я не ваша супруга!

– Ой ли? Решения Совета магов аннулированы ввиду их полной бесполезности и даже вредоносности для страны, – прошептал Даэнир. – Вы по-прежнему моя жена, а по договору обязаны посетить бал на Перелом года.

Ой!

47

Стоять и хлопать глазами посреди зала меня Даэнир не оставил. Отвел к возвышению с двумя сдвоенными тронами и заботливо усадил.

И смылся!

С соседнего трона Ульрика радостно мне отсалютовала бокалом сока. Раззолоченный лакей, одетый намного ярче и богаче меня, тут же с поклоном педложил мне напитки. От злости схватила первый попавшийся бокал.

За портьерой Даэнир тряс Камилло. Тихо и аккуратно, чтоб никто не услышал.

– Ты зачем это устроил? Какого иглохвоста? – прошипел принц.

– На приеме кардинал! Пусть теперь скажет, что вы не женаты! Сколько можно мурыжить с коронацией? Того и гляди, Руэн Фулирский прискачет и заявит свои права. А ты очень много знатных людей обидел!

– Я!? – Даэнир даже руки отпустил.

Камилло с достоинством расправил нарядный бархатный колет.

– Ладно, мы. Дело-то очень разветвленное оказалось. Магов из совета мы повыгоняли, родню турнули с теплых мест, академии почистили от неблагонадежных преподавателей. Думаешь, у нас врагов мало? Бунта хотите? Переворота? Да за один поток свергнут и будут освободителями себя считать, а со страной что станет?

Принц Даэнир невесело ухмыльнуся. Чего-чего, а врагов ему всегда хватало.

– Ладно, зачем ты Дженни притащил?

Камилло со стоном закатил глаза и стукнулся затылком о колонну.

– Дэн, вот ты прямой, как твой меч! Это же не восьмилап!

– Конкретней. Сейчас поздравлять начнут.

– Кошку пробовал на руки взять? Извернется и оцарапает. А попробуй ее выгнать, когда она устроилась на коленях. Будет лезть и сверху, и сбоку, и снизу.

– Дженни не кошка, – возразил Даэнир.

– Думаешь, ее не закусило твое невнимание? Уверяю тебя, она еле сдерживается, чтоб морду тебе не расцарапать. Всласть поскандалите, потом поцелуетесь и наконец-то брак скрепите! С моей помощью!

– Вот уж без твоей помощи обойдусь!

– Да я не в том смысле! Довести вас до спальни надо как-то! Хоть пинками, на поводках с ошейниками!

Даэнир издал неопределенный звук, то ли восхищаясь наглостью Камилло, то ли соглашаясь с его рассуждениями, и вышел в зал.

На середину уже вышли актеры придворного театра, слаженно прочитали поздравления, дрессированные пушные пауки станцевали забавный танец, пестрые бабочки вылетели из клеток в сиянии магических радуг.

Ламберт сделал пасс, разноцветные ленты свились под потолком в пожелание счастья в Новом году, вспыхнули и осыпали присутствующих блестками. Это было так красиво, что я даже позабыла злиться. Как и все, заулыбалась и захлопала в ладоши. Младший принц знал толк в оформлении торжественых мероприятий.

Заиграла музыка. Даэнир, оказавшийся на соседнем кресле (подкрался, гад!) встал и протянул мне руку. Откажусь – скандал будет на всю страну. Я тяжело вздохнула и пошла на середину зала. Мы сделали пару неторопливых кругов, затем Даэнир пригласил остальных придворных вежливым жестом.

Думала, что Ламберт будет отплясывать и веселиться больше всех, но он сидел возле беременной жены и шептал ей что-то на ушко, от чего она мило краснела и закрывалась веером.

– Улыбнитесь, – легонько вздохнул Даэнир. – А то подумают, что вы меня укусить хотите.

Я подняла на него глаза и пропала. Меня