Охота на мышку - Юлия Гетта

— Не вздумай, — ледяным тоном произносит он. — Так будет хуже. Поняла?

— Поняла…

— Просто дождись меня.

— Дождусь.

— Люблю тебя.

— И я люблю…

74. Страшный сон

Уже неделю моя жизнь напоминает какой-то страшный бессмысленный сон. Я хожу по квартире, словно зомби, пытаюсь что-то делать, чтобы не сойти с ума от тоски и чувства безнадёжности.

Папа уже отчаялся пытаться меня развеселить.

После того ненавистного телефонного разговора, когда Сергей сообщил, что мы с ним должны на время расстаться, я не выдержала и позвонила ему уже на следующий день. И пожалела об этом. Он разозлился. Сильно.

«Я ведь сказал, не звони мне и не пиши. Я сам тебя найду, когда появится возможность».

Эти слова, произнесённые ледяным тоном, до сих пор звучат в моей голове на повторе. И не отпускает ощущение, будто меня жестоко обманули. Будто наше расставание вовсе не временное. Я просто не могу найти ни одного логичного объяснения такому поведению Сергея. Он ведь мог хотя бы поверхностно рассказать мне о своих проблемах? Даже если он снова вляпался в какую-то криминальную историю…

Мне очень страшно. Боюсь, что с ним что-то может случиться. Что мы никогда больше не увидимся. Я не знаю, как буду жить без него.

От этих мыслей не могу есть. Меня постоянно тошнит.

И я уже готова на что угодно, лишь бы эта пытка прекратилась.

— Дочь, ну сколько можно уже сидеть дома взаперти? — в который раз пытается меня растормошить отец, когда я снова битый час лежу на диване и безучастно пялюсь в потолок. — Позвони своим подружкам, сходите куда-нибудь, в кино там, или пиццерию.

— Не хочу, — равнодушно отзываюсь я.

— Может, хватит уже убиваться по тому, кто тебя не стоит?

Поворачиваю голову и хмуро смотрю на отца, предупреждая взглядом, что не стоит заводить этот разговор. Но папа не понимает.

— Таня, перестань нагонять на себя дурь, — строго произносит он. И, смягчившись, добавляет: — Ты же у меня умная девочка. Ты ведь и сама понимаешь, что у вас нет будущего. Эта любовь ничего тебе не принесёт, кроме страданий.

— Папа, оставь меня в покое, пожалуйста, — надломленным голосом отвечаю я.

Хуже всего, что я и сама понимаю — слова отца с огромной долей вероятности могут оказаться правдой. Эта любовь уже приносит мне одни страдания. Кажется, моё сердце скоро не выдержит этих мучений. И самое обидное, что Серёжа не стремится хоть немного облегчить мне жизнь.

Даже если у него проблемы, я не понимаю, почему нельзя хотя бы изредка писать мне?

Я бы ждала его. Ждала сколько угодно, если бы понимала, что происходит. И была бы уверена в его чувствах ко мне. Потому что с каждым днём, с каждым часом ожидания моя вера в его слова тает. И всё больше кажется, что Серёже на меня плевать. Может, я просто ему надоела. Он получил, что хотел, наигрался в любовь. И решил избавиться от меня таким вот изощренным способом. Чтобы не выносила мозг. Не обвиняла во лжи. Не припоминала все его многочисленные обещания.

Хочется взвыть от одной только мысли, что всё это может быть правдой.

Отец присаживается на край дивана рядом со мной и бережно сжимает в руках мою ладонь.

— Доченька, я знаю, что тебе сейчас тяжело. Но нельзя так изводить себя. Нужно отвлекаться, ходить куда-то, общаться с друзьями. Когда умерла твоя мама, я…

Резко перевожу взгляд на отца, выдёргивая из его рук свою ладонь:

— Серёжа не умер! Я просто переживаю, у него сейчас какие-то проблемы, понятно тебе?

Папино лицо меняется на глазах, становясь каменным.

— А вы разве не расстались?

— Конечно, нет. Временно не можем видеться, вот и всё. Но он звонит мне каждый день! Он любит меня и тоже очень скучает, можешь не сомневаться, папа! — убедительно вру я в стремлении оправдать Серёжу хотя бы перед отцом.

— Вот сучонок… — злобно выдыхает тот.

Я приподнимаюсь на локтях, впиваясь в отца глазами:

— Смирись уже, — шиплю, как кошка, едва сдерживая бушующую внутри бурю. — Мы с Серёжей всё равно будем вместе, нравится тебе это или нет!

Отец плотно сжимает челюсть, играя желваками. И смотрит на меня так, что становится не по себе.

— Неделю назад твой Серёжа взял у меня деньги. Двести тысяч. И пообещал, что навсегда оставит тебя в покое.

Его голос звучит настолько убедительно и жестоко, что у меня не возникает сомнений в услышанном. Это совершенно не похоже на шутку. Но я всё равно не могу поверить. Не могу поверить, что Серёжа мог так поступить со мной.

Внутри всё холодеет.

— Ты врёшь, — произношу я онемевшими от шока губами.

— К сожалению, нет, дочь. Я не вру.

— Ты предложил ему деньги, чтобы он меня бросил?.. — севшим голосом переспрашиваю я. Всё ещё не в силах осознать масштабы случившегося предательства. Двойного предательства.

Это что же выходит, два самых дорогих мне человека сговорились вместе всадить мне нож в спину? Оба врали мне всё это время? И им обоим совершенно безразлично, что я чувствую?

Во рту ощущается металлический вкус крови. Я даже не заметила, как прокусила губу изнутри.

— Таня, я просто хотел его проверить. Я не думал, что он согласится.

— Нет, я не верю тебе, — кручу я головой, зажмурившись. Мечтая, чтобы всё это оказалось дурацким страшным сном. Чтобы я сейчас открыла глаза и поняла, что на самом деле ничего подобного не происходило и произойти не могло. Потому что я не смогу пережить такого предательства. Я просто не знаю, как такое можно пережить! — Я не верю, не верю, не верю!

— У меня есть видео, — доносится сквозь звон в ушах сухой голос отца.

— Какое ещё видео? — Хлопаю глазами, наблюдая, как комната качается взад и вперёд. Словно внутри моей головы начался шторм, как во время плавания на корабле.

Отец достает свой телефон, включает какую-то запись из галереи и протягивает мне.

Немигающим взглядом смотрю на экран. Там Серёжа. В папиной машине на пассажирском сидении. В своей черной куртке, с надвинутым на глаза капюшоном.

— Зачем это? — спрашивает он с экрана телефона, бросив короткий взгляд прямо в камеру. Отчего мою грудь тут же сводит острым болезненным спазмом.

— Чтобы ты меня не кинул, — слышится из-за кадра голос отца. — Если сдержишь своё обещание, Таня о нашей договорённости ничего не узнает. Если обманешь, то я покажу ей это видео. Она девочка умная, сама тебя к черту после такого пошлёт.

Сергей равнодушно кивает.

Из-за кадра появляется