Стон океана - Эмма Хамм

Ну да. Логично.

Фортис схватил ее за руку и заставил посмотреть на себя, прежде чем Алексия успела уплыть.

– Слышишь? – спросил он.

– Что слышу?

– Голос.

Она нахмурилась и прислушалась изо всех сил.

– Нет, Фортис, ничего не слышу.

Это его, кажется, смутило, но он тряхнул головой, словно прогоняя прочь мысли.

– Не страшно. Я иногда забываю, что со мной говорит океан. Просто…

– Новый голос, – перебил его Аулакс. – Откуда новый голос?

Они оба уставились друг на друга, и у Алексии появилось дурное чувство, что она упускает что-то важное.

– Мальчики? – осторожно спросила она. – Почему это звучит, как что-то нехорошее?

Они продолжали смотреть друг на друга, и Алексия вдруг поняла, что они слушают. Внимательно. Их глаза затуманились, некоторые другие глубинники тоже замерли. Все смотрели в точку перед собой, словно прислушиваясь к чему-то или кому-то, кого она слышать не могла.

С трудом сглотнув, Алексия уселась на краю бассейна и стала ждать. Вскоре к ней присоединилась Мира. Вдвоем они смотрели на замерших ундин, хотя некоторые из более мелководных продолжали спокойно плавать вокруг. Словно такой ступор среди всех глубинников одновременно был чем-то обычным.

– Ты когда-нибудь такое видела? – спросила Алексия.

– Нет. Но Арджес сказал, им это не вредит, так что особо волноваться не о чем. – Мира положила руку ей на плечо и чуть сжала. – Может, стоит оставить их в покое. Глубинники теснее связаны с океаном, чем все остальные. Иногда он с ними разговаривает. Как богиня.

– Они сказали, что голос новый.

Взглянув через плечо, Алексия заметила на лице Миры обеспокоенное выражение, но рыжая быстро расслабилась, заметив, что та на нее смотрит.

– Решим проблемы по мере поступления. Сначала мне нужно твое мнение по поводу комнат с кучей людей.

Встав, Алексия пошла за ней, но по пути завернула в одну из комнат охраны, чтобы переодеться. Мало того что она была насквозь мокрая, так еще и в одном только пиджаке с брюками, которые уже заметно потрепало. Если Миру как-то и удивил ее голый вид, она хорошо это скрыла.

Наконец они направились к комнате, где начинались все ее кошмары. Зайдя в комнату для генетических улучшений, Алексия с удовольствием отметила, что никого из детей там не было.

Мира махнула рукой на колбы, где некоторые еще не закончили развиваться.

– Что с детьми делать, мы уже поняли. Пусть у них и будут немного другие потребности, мы уже связались с Бетой и частью тех, кого переселили из Альфы. У многих есть опыт работы с детьми, и всех предупредили, что эти будут немного отличаться. Уверена, время и любовь сделают из них совершенно обычных людей.

– Это… хорошо. – Алексия не знала, как выразить словами нахлынувшее облегчение. Эти дети, такие же, как она, будут жить обычной жизнью. Люди не будут их ненавидеть, бояться или запирать в тесные коробки, словно это нормально для ребенка.

Она увидит, как они вырастут в обычных взрослых. Как им и было положено. Пусть они будут немного сильнее или способнее, но выглядеть будут почти как ничем не примечательные люди.

Они же просто дети.

Мира улыбнулась, словно поняв настоящее значение этих слов.

– Твой доктор Баркер предложил побыть их личным лечащим врачом. Он уже немного обеспокоен всеми генетическими изменениями и тем, что они будут значить для детей или для будущего скрещивания с остальными нами. Думает, вы вполне можете быть новым будущим человечества. Пусть происхождение у вас и немного необычное.

Алексия усмехнулась:

– Я надеюсь, они сочинят максимально дурацкую историю о том, откуда мы взялись. Я лично буду детям рассказывать, что мы инопланетяне, спустившиеся с поверхности.

– А вы вполне можете быть. Доктор Баркер предположил, что такие, как вы, смогут жить наверху – ну или, как минимум, выжить в тамошних условиях. – Мира пожала плечами. – Кто знает? Может, однажды поднимемся туда, а там уже кто-то живет.

Вот это было бы удивительно.

Алексия прошлась по комнате, ставшей источником ее ночных кошмаров, и перешла в ледяную часть, где хранились перерожденные. Дыхание облачком сгустилось у ее рта. Вместе с Мирой она стояла и смотрела на сотни колб, полных людей. Все одинаковые. Идеальные. Клоны двадцати пяти Оригиналов, уничтоживших мир.

Странно было даже смотреть на них. Пройдя пару шагов, Алексия остановилась перед женщиной за стеклом. Клон одной из менее известных Оригиналов. Она всегда была затворницей.

– Клара, – сказала Алексия. – Это клон Клары – одной из ученых, возглавивших генетическую программу.

– А, то есть от кого-то из Оригиналов польза все-таки была?

– От некоторых. Большинство когда-то были весьма умны. Ученые, врачи. Харлоу была физиком. Но за сотни лет им все наскучило, а некоторые вещи оказались неразрешимыми. Почему мы здесь, есть ли жизнь на других планетах – всех этих открытий они себя лишили, потеряв возможность улететь отсюда и в итоге спустившись под воду. – Алексия положила руку на холодное стекло, и от ее пальцев побежали морозные узоры. – Но эти люди – это не они.

– Вот поэтому мы тебя и ждали. Есть небольшая проблема. Сложно будет просто взять, разбудить их всех и отправить жить в подводные города. Толпы одинаковых людей создадут проблемы… для всех, честно говоря. – Мира потерла лицо ладонью. – Логически все понимают, это разные люди. Они никогда не жили, у них даже нет воспоминаний. Но надо решить, куда их девать, что с ними делать. И я, честно говоря, не думаю, что это стоит решать мне.

Ну конечно, нельзя было просто взять и выпустить их всех в мир. Клонов были сотни. И все разных возрастов.

Алексия вышла из ледяной комнаты и включила один компьютер. Вывела на экран таблицу для Миры.

– В этой комнате сейчас восемьсот пятьдесят четыре клона. Половину из них уже использовали. Если какие-то органы перерожденного еще пригодны для использования после извлечения других, их замораживают и помещают обратно. Грубо говоря, если взяли только почку или печень, перерожденного оставляли жить, чтобы почем зря органы не переводить.

Лицо Миры скривилось от отвращения. Ей даже не пришлось ничего говорить.

– Согласна. Но только так они могли использовать каждое тело максимально эффективно. – Алексия вбила пару параметров и снова показала на экран. – Итого четыреста двадцать семь. Половина в состоянии зиготы.

– И тогда у нас получается…

– Двести двенадцать. Где-то по восемь версий каждого. Я бы предложила взять часть тех, кто способен существовать самостоятельно как взрослый, и расселить по разным городам. Вряд ли они когда-то увидятся. – Алексия показала на счетчик. – Сейчас это примерно по два человека на Оригинала, их держат для всего готовыми.

– По одному можем отправить