Бывший муж в квартире напротив - Саяна Горская

мне. Ты упустил время, когда мог бы быть полезным. Но даже если мы допустим возможность того, что Лера твоя дочь, это ни-че-го не меняет. Тебя здесь не ждут. Тебе здесь не рады. Лера живёт в мире, где тебя никогда не было. Это не твой мир, Демид. Ты не нужен ей. Ни сейчас, ни потом.

Демид сверкает на меня глазами. Взгляд тяжёлый, тёмный. Челюсть ходит.

— Мне просто нужно знать правду, — скупо выцеживает почти по слогам.

— Ты не заслуживаешь правды, — отрезаю.

— Не хочешь говорить — я узнаю сам!

— Удачи! Только в следующий раз не забудь, что здесь живёт ребёнок. И не стучи в мою дверь так, будто у тебя на это есть право.

Демид отходит в сторону.

Открываю дверь.

— Мари, — голос Демида догоняет меня на пороге. — Ты же знаешь, я не отступаю.

Молчание повисает между нами, словно удар без касания.

Тихо захлопываю дверь.

Хватит с меня на сегодня Демида…

Глава 8

Марина.

Спокойное и размеренное утро следующего дня идёт своим чередом.

Спортивные штаны, плотный топ, волосы в хвост, наушники на шее.

Часы показывают нормальный пульс, а это значит, что я даже не нервничаю, покидая свою квартиру. Просто внутренне уже готовлюсь к очередной словесной дуэли с Разумовским у порога.

Но в коридоре сегодня пусто.

Тишина.

И разочарование тонкой занозой вонзается прямо сердце.

Неужели обиделся? Решил больше не стоять здесь со своими глупыми стаканчиками кофе?

Ну и отлично.

Правда. Лучше так. Пусть будет тишина. Я — за.

Абсолютно!

Иду к лифту. Жму кнопку, вставляю наушники в уши.

— Доброе утречко! — Возникает словно ниоткуда фигура Демида.

Он в кроссовках, толстовке и спортивных штанах. На запястье блестят умные часы. Подтянут, собран. Выглядит как человек, который знает, чего хочет.

Это раздражает.

— Ты куда в таком виде?

— Как куда? — Улыбается так, что внутри у меня коротит. — На пробежку, конечно.

— На пробежку? — Веду бровью со скепсисом.

— Ага!

— Так ты… Тоже бегаешь?

— Естественно!

— С каких пор?

— С сегодняшнего дня, — подмигивает.

Вот же… Дуралей.

Едем вместе в лифте вниз.

— Только не смей бежать моим маршрутом, понял?

— Ну ты же знаешь, я весь такой… Спонтанный. Непредсказуемый. Никогда не знаешь, куда меня понесёт.

Выходим из подъезда. Включаю музыку в наушниках, запускаю трекер и сразу ускоряюсь, на всякий случай. Вдруг действительно понесёт…

Через минуту слышу за спиной топот.

Через две — характерное пыхтение.

Улыбаюсь. Он правда бежит.

Даётся ему это, правда, с большим трудом. Видно сразу: не бегун. Он из тех, кто тягает железо и без проблем жмёт сотку от груди. Большая мышечная масса — это, бесспорно, эффектно, однако марафоны ему с такой грудой мышц не бегать, увы. Даже пара километров в моём бодром темпе почти подвиг.

— Помощь нужна? — Оборачиваюсь через плечо. — Вызвать скорую?

Демид, согнувшись почти пополам, не останавливается, только вскидывает вверх руку с оттопыренным большим пальцем.

«Всё супер».

— Ну, ты держись там. Осталось каких-то четыре километра.

Его глаза округляются.

Я бегу. Дышу ровно. Ритм — привычный. Тело слушается. Голова тоже вроде ничего. Только мысли в ней роятся.

Какого чёрта он вообще со мной бежит?

Чего он хочет добиться?

Это что, новый способ выбить из меня признание о Лере?

Или ему просто скучно здесь, и он ищет способы разнообразить утро?

Смахиваю пот со лба. Нет. Не сейчас. У меня проект. Сроки горят. Мне нужна концентрация, а не этот внезапный кросс по минному полю прошлого. Этот человек выскочил, как черт из табакерки, в самый неподходящий момент.

Стараюсь не оборачиваться, но слышу Демида за спиной.

Чуть тише, чуть дальше. Иногда он совсем пропадает, но упорно догоняет.

Я делаю вид, что мне плевать, но внутри всё вытянуто в струнку.

Ближе к дому я ускоряюсь, просто чтобы выплеснуть всё: раздражение, горечь, напряжение.

Моя спина мокрая, сердце бьётся в ушах, но в целом чувствую себя прекрасно, чего не скажешь о Демиде.

Он ковыляет к подъезду, пока я делаю лёгкую растяжку. Останавливается и резко наклоняет корпус вниз, руками упираясь в бёдра. Красный, как рак. Плечи ходят ходуном.

— Живой?

Он кивает и выпрямляется. Взлохмаченные волосы блестят от пота. Но, чёрт его дери, он всё равно выглядит так, будто сошел с обложки.

Ну не человек, а оскорбление логики.

Мы молча поднимаемся на лифте. Он дышит тяжело. Я уже полностью восстановилась.

На нашем этаже я поворачиваюсь к двери, вставляю ключ.

— Предложение… выпить чаю… всё ещё… в силе… — Сипит, как умирающий, но улыбается.

— Очень мило, конечно, однако у меня срочная работа. Так что — извини. Мне не до чаёв. Тем более с тобой.

Он только кивает и скрывается за дверью своей квартиры.

Всё. Финита.

Но почему-то я чувствую — не финал.

Глава 9

Марина.

Шагаю в ванную, на ходу сбрасываю одежду. Горячая вода приятно обжигает кожу. Стою под тугими струями, пока мышцы плеч и бёдер не расслабляются.

Заматываю мокрые волосы в полотенце. Домашние штаны, хлопковый топ — комфортный боевой режим включён.

На кухне ставлю турку на плиту — люблю варить кофе именно так: медленно, с ароматом, с маленьким огоньком нетерпеливого ожидания в груди.

Пока варится кофе, открываю ноутбук. Он оживает, как послушный зверёк. Поочерёдно открываются все окна проекта. Файлы подгружаются.

Работа зовёт, и я почти рада этому, потому что работа отлично вытесняет из головы все ненужные мысли.

Кофе, шипя, вскипает и возмущённо поднимается бурлящей лавой. Снимаю турку с огня. Мурлыча под нос песенку, иду к холодильнику, мечтая о глотке кофе с молочной пенкой. Уже представляю, какой он горячий, мягкий, но крепкий. И как прекрасно с чашечкой концентрированного жидкого блаженства я сяду сейчас за работу!

Открываю холодильник и с неудовольствием обнаруживаю, что молока-то и нет! Коробка от молока есть, а самого молока — нет!

Ромка! Какое вероломное предательство! Выпил и поставил обратно, как всегда. Мужская классика.

Подперев бедром дверцу холодильника, зависаю пустым взглядом на полках с продуктами.

Может, без молока? Нет.

Может, в магазин? Точно нет.

Проверяю время: почти десять. Ромка в это время ещё должен быть дома.

Срываюсь, хватаю ключи, влетаю в домашние тапочки и сайгаком скачу вниз по лестнице.

Луплю кулаком в Ромкину дверь. Через две секунды она распахивается.

Рома — в белой рубашке, с криво завязанным галстуком, с одним ботинком в руке и чашкой кофе в другой. Красавчик, как всегда.

— Маруся? — Изгибает бровь.

— Я буквально на минуту! Пришла похитить твоё