Уходи и дверь закрой! - Ирис Белый

— У нее сотрясение мозга хоть и не сильное. Она сильная девочка, справится, я выписал ей обезболивающее и лекарство, но если что — сразу ко мне.

— Хорошо док! — кивнул я, видя, как Аня выходит из смотрового кабинета.

— И на будущее, ты лучше по лицу не бей, не у всех есть такие крепкие кости как у твоей подружки.

Я видел, как она побледнела и как открыла рот, чтобы что-то сказать, но я ее опередил.

— Это не я ее так разукрасил, — сказал я врачу глядя на нее, а потом тихо, чтобы слышал только врач добавил — но этот парень еще свое получит!

— Не ты, значит не ты! — пожал он плечами, а потом тихо добавил — Только не убей, а то еще загремишь. Ладно, мне пора, передавай привет Корсару.

— Передам — кивнул я.

Потом я подошел к ней и протянул руку.

— Пошли?

Она только кивнула, но на выходе вдруг спросила.

— Куда мы теперь?

— Сначала в аптеку, а потом я отвезу тебя домой. Тебе отлежаться надо.

— Нет, мне в институт надо! — вскрикнула она останавливаясь и замирая на месте, а потом повернулась и пошла в сторону остановки. Черт!

— Садись в машину! — рявкнул я, заводя мотор.

Она снова замерла, обернулась на меня с испугом, а потом вдруг зло ответила.

— Нет!

Чертыхнувшись еще раз, я вышел из машины, подхватил ее на руки и посадил в автомобиль, не забыв при этом ее пристегнуть. А потом сказал.

— Скажи мне, голова кружится, болит, а ты можешь вспомнить, что думала минуту назад? Если да, то я отвезу тебя в институт. Только давай честно!

Она промолчала. Мы оба знали, что я выиграл этот поединок. Поэтому я просто сел в машину и завел мотор. Пока мы ехали до аптеки она молчала. А возле аптеки я остановился и посмотрев на нее велел:

— Дай мне рецепты.

— Зачем? — удивилась она.

— Ты же не будешь их покупать так? — улыбнулся я, прекрасно зная, что так и будет.

Она только кивнула. Покачав головой, я протянул руку. Я видел, как в ней боролись гордость и желание довериться. Победило второе, и она отдала мне рецепты.

— Умница! — улыбнулся я.

Я вышел из машины и зашел в аптеку, где купил лекарства и бутылку воды. Вернувшись в машину, я отдал мешок с покупками ей.

— Выпей прямо сейчас чтобы я видел.

Она нахмурилась, но спорить не стала. И выполнила мое распоряжение. Я же завел мотор и повез ее домой. У меня был еще час до встречи, но ехать на нее почему то не хотелось. Мне хотелось остаться с Аней и убедиться, что у нее все будет хорошо.

Краем глаза я наблюдал за ней пока ехал и почти сразу уловил момент, когда она стала расслабляться, а потом и уснула. Остановив машину около ее подъезда, я еще минут тридцать наблюдал за спящей девушкой. В эти минуты она была очень красивая и нежная. Ее личико расслабилось, мягкие губки чуть приоткрылись, вызывая желание поцеловать ее. И только легкая складочка над верхней губой выдавала, что ей больно. Откуда я это знал, да я и сам не знаю. Просто в тот момент, видя эту складку, я хотел убить ту мразь которая ее ударила. Но время начало поджимать и мне пришлось ее разбудить.

Она открыла свои глазки, огляделась вокруг, не понимая где она. А потом, вспомнив все, посмотрела на меня. В ее глазах появилась неуверенность и даже страх. Я же просто улыбнулся и сказал.

— Мы приехали Анютик.

— Спасибо, что подвез — ответила она, мило покраснев при этом.

— Пожалуйста.

Она развернулась и уже открыла дверцу, когда вдруг повернулась ко мне и сказала.

— Ты прости за то, что было в больнице, я не хотела, чтобы кто-то подумал, что это ты сделал!

— Я знаю — нежно улыбнулся я и погладил ее по здоровой стороне лица — ты ни в чем не виновата. А мне все равно, кто и что думает. Иди домой, поспи.

И тогда я увидел это. Легкая почти незаметная улыбка коснулась ее губ. В этой улыбке было столько благодарности и нежности, восхищения и чего-то еще, что я даже и не знал, как реагировать, а в следующий миг она выскользнула из машины и исчезла.

И вот я стою сейчас и смотрю на точно такую же полуулыбку. В ней сквозит неуверенность, тревога и в то же время любопытство. Понимая, что надо что-то делать я сажусь на корточки, протягиваю руку и говорю.

— Привет, я Анатолий!

Я не рискнул сказать, что я его папа, не зная, как на это отреагирует он и его мама. Но сейчас видя, как лицо мальчика стало серьезным и как он пожимает мою руку, испытал что-то похожее на нежность и гордость за мальчика. За сына, которого вижу впервые.

— Михаил — серьезно ответил мне мальчик.

— Хорошее имя! — улыбнулся ему я — У меня отца так звали. А мама дома?

— Нет, она сегодня допоздна! — грустно ответил малыш, а потом с гордостью добавил — Она у меня адвокат! Только очень много работает.

— Я знаю, а ты что же совсем один сегодня? — спросил я, ища новую тему для разговора.

— Нет, с няней! — и малыш обернулся, посмотрев на кого-то за спиной.

И только в этот момент я заметил за спиной мальчика пожилую женщину, которая смотрела на меня с внимательной настороженностью.

— Добрый день! — обратился я к ней — Мне бы Анну Николаевну увидеть.

— Ее еще нет, она поздно будет — ответила женщина, подходя к нам и как бы закрывая ребенка собой.

— Понятно, значит, мне придется ее подождать — улыбнулся я женщине.

Ответить она не успела, вмешался малыш.

— Тогда, может ты со мной поиграешь? — спросил он с мольбой в голосе.

Я нежно осмотрел на сына.

— Это только если твоя няня разрешит.

— Нянь, пожалуйста!!!! — в голосе, в жестах, в глазах было столько мольбы, что насупившаяся было няня, не смогла ему противостоять.

— Ладно, но только если дядя сам захочет.

Я захотел.

Я провел замечательный вечер и, пожалуй, впервые за пять лет смеялся по-настоящему. А когда малыш начал засыпать, взяв его на руки, я просто укачивал его, пока он не уснул. Последними его словами в тот вечер было:

— Как жалко, что ты не мой папа!

Я на эти слова мог только горько улыбнуться, ведь я сам лишил себя его общества. Уложив его в