В болезни и здравии, Дракон - Хель Сорго

— Хотелось бы, но… Сейчас ты всё поймёшь сама.

— Меня ждёт ребёнок, — попыталась я повернуть назад, но Ранэль, перехватив меня под локоток, настойчиво потянул за собой.

— С Лорой ничего не случится, — заверил меня.

— Потому что её снова привязали к крюку на стене? — не выдержала я.

Ранэль шумно вздохнул.

Он был одет в какую-то форму, синего цвета с золотой вышивкой. С волнистыми чёрными волосами, завязанными в хвост. Каждое движение его — грация и проворство, выправка будто военная, взгляд змеи…

Я невольно вздрогнула.

— Холодно?

— Немного, — при этом отрицательно качнула головой.

— Боишься меня?

— Это глупый вопрос.

Он открыл передо мной узкую высокую дверь и жестом руки предложил спуститься по невероятно крутым, коротким ступеням.

Вцепившись в перила, щурясь в полумраке, я подчинилась. И вскоре мы действительно вышли в большую оранжерею со стеклянными стенами и потолком, что поддерживали белые колонны.

Но внутри не обнаружилось цветов… И дело не в приближающейся зиме, не в том, что оранжерею не топили, хотя я видела несколько небольших печей, больше напоминающих что-то вроде мангалов.

Нет… В месте этом кожей чувствовалась болезнь и дыхание смерти.

Беспорядок на полках, полу и деревянных столах меня не смущал. А вот высохшие, серые и бурые растения, которыми увито было всё и вся, навивали нехорошее предчувствие и мысли. — Это произошло, когда Люциар чуть не погиб, — проговорил Ранэль, останавливаясь за моей спиной. — Как не пытался садовник, как ни пыталась Таи, ни один цветок не ожил больше. Затем люди, работающие здесь, стали нехорошо себя чувствовать и сбежали, бросив замок. Люциар не стал препятствовать. В тот момент ему вряд ли было дело хоть до чего-нибудь. Впрочем, это и сейчас не очень изменилось… Затем милая Таи начала бояться подходить к подобным, как это, местам. Даже живность поспешила убраться подальше, осталось в конюшне лишь пара лошадей. Аделин…

Горячие его пальцы прошлись по моим плечам и слегка сжали мне руки, приятно, но при этом всё внутри меня замерло. Дыхание Ранэля жаром запуталось в моих волосах.

— … не враг я тебе. И не продал бы тебя никому.

— Оставил бы себе? — выдохнула я, крепко зажмурившись, а после распахнула глаза и нашла в себе силы от него отшатнуться.

— Да, — блуждая по мне взглядом, не стал он отрицать. — Но лишь затем, чтобы уберечь столь редкий дар небес, как ты, Аделин…

— Я хочу вернуться к себе, — поспешила я к стеклянным дверям.

— К себе, это в предбанник? — фыркнул Ранэль смешливо и саркастично.

— Да, — упрямо дёрнула я за ручку, но дверь не поддалась.

Мне хотелось выйти именно на улицу, а не подниматься по той жуткой лестнице.

— От себя, — невозмутимо, чуть растягивая слова, подсказал Ранэль и я, наконец, вышла.

Тут же пожалев об этом, ведь воздух, белый от плотного, ватного тумана, оказался липким и ледяным, вмиг делающим мой свитер влажным и колким, замерзая на его ворсинках.

— Куда идти?! — требовательно развернулась я и чуть не врезалась в Ранэля.

— Прошу, Аделин, не бойся, — повторил он и указал направление. — И Лора в порядке, сколько раз повторять? Приняв, что дикарка тебе важна, я приказал Таи сторожить её.

Я втянула воздух сквозь стиснутые зубы.

На дикарку малышка ничуть не походила.

Однако то, что за ней присматривала та милая на вид женщина, меня слегка успокоило.

Напрасно, правда…

Потому что прямо перед нами, когда мы уже поднимались по ступеням замка, из тумана выскочил дворецкий, а секундой позже мы услышали крик Таи:

— … лови её! Какой кошмар! Лора! Кто-нибудь, она ведь накликает беду. Помогите мне!

— Что могло произойти? — бросилась я вслед за Годриком, что уже скрылся за входной дверью.

— А я предупреждал, — протянул позади Ранэль, спокойно следуя за мной, держа наготове руки, если я вдруг споткнусь в тумане о ступень и упаду…

Я уловила это краем глаза, но обдумать или как-то воспринять не успела.

В главном холле замка картина встретила меня чуднАя…

Глава 5.2

— Ах, небеса… — причитала Таи, пытаясь удержать малышку за руку. — Да что же такое, Годрик, помоги же! Господин Ранэль! — заметила она нас.

Лора же белым мотыльком билась в её хватке, заливаясь слезами. А по полу тихо-тихо барабанили капельки крови.

— Она меня укусила! — тут же пожаловалась нянечка. — Укусила, да больно так…

Годрик, кружа вокруг коршуном, пытался поймать Лору за шиворот. Ранэль же, сложив руки на груди, спокойно наблюдал за ними. Не вмешиваясь будто затем, чтобы дать мне возможность стать свидетелем… Чего?

Он надеется, я подумаю плохо о ребёнке?

— Папочка! — тем временем воскликнула та, звонко всхлипывая и начиная рыдать. — Папочка, они не пускают меня к тебе! Папа! Папа, пожалуйста, они меня пугают!

Здесь-то с меня и спало оцепенение.

Я в одно мгновение оказалась рядом. В отличие от дворецкого, без труда перехватила малышку, забирая её у Таи и едва сдержалась, чтобы не отвесить этой милой женщине пощёчину. Остановило только то, что у неё у самой глаза были на мокром месте. И как только Лора оказалась в моих объятиях, Таи принялась с причитаниями тереть свою укушенную руку.

— Что. Здесь. Происходит? — видимо, нечто такое просквозило в моём тоне, что все, кроме Ранэля, сделали шаг от меня.

— Она пыталась сбежать через окно на улицу, — пролепетала Таи. — А когда я её затащила обратно, не позволив этого сделать, то Лора начала рваться к лорду. Я как подумаю, что дракон мог услышать шум, у меня сердце от ужаса заходится!

— И от жалости, — добавил Годрик, прочистив горло и как-то осунувшись. — Бедный, бедный наш проклятый лорд… Как бы правда не поверил, что здесь дочь его. Ведь сам её хоронил! Совсем ума лишится… Или, того хуже, разгневается и всех нас прикончит.

Настал мой черёд отступить, обнимая и гладя по спинке подрагивающую от плача Лору.

Расспросить всех подробнее, что случилось с семьёй Люциара, я не смогла. Жалко было малышку, которой вряд ли будет приятно всё это слышать. Она, похоже, действительно верит, что является его дочерью.

Пойти же к самому Люциару и спросить его я не могла тоже. Не владела пока достаточной информацией, чтобы решиться на такое и заранее, хотя бы примерно предугадать реакцию лорда на те или иные вопросы.

Поэтому я сконцентрировалась на том, что могу и должна сделать прямо сейчас.

Развернувшись, я поспешила унести малышку. К тому же заметила, что и её тонкие руки были изранены.

— Это ты стеклом порезалась? — спросила тихо по пути, стараясь сделать так, чтобы