Зависимый союз - Айви Дэвис

class="p1">Я захлопываю рот. Я действительно сказала ему это, и это была ложь. Конечно, я и раньше сидела с детьми, но я никогда раньше не была постоянной няней. Это уже оказывается утомительным, особенно потому, что Ханна борется с тем, что ее бросила мама.

— Верно, — вру я. — Но ты отец Ханны.

— Предположительно. Я все еще жду результатов теста.

— Ну, до тех пор ты ее отец. Единственный человек, который у нее есть. Может быть, попробуешь помочь ей.

Лука вздыхает и смотрит вниз на Ханну, пока маленькая девочка плачет. — Что тебе нужно?

— Мне нужна моя мама, — хнычет она.

Он снова вздыхает, одаривая меня взглядом “я же тебе говорил”. Я жестом показываю ему, чтобы он попытался утешить Ханну.

Вздохнув еще, Лука нерешительно протягивает руку и похлопывает Ханну по плечу. Девочка плачет только сильнее.

Лука отдергивает руку. — Ну, я пытался. Теперь все зависит от тебя. Я ухожу.

— Куда ты идешь?

— На работу.

Я провожаю его до двери. — Чем ты занимаешься по работе? Ты мне никогда не рассказывал.

Он избегает зрительного контакта. — Просто деловые вопросы.

— Просто деловые вопросы? Что это значит?

— Это значит, что я опоздаю, если не уйду сейчас. Он спешит к двери, прежде чем я успеваю задать ему еще несколько вопросов.

Когда я возвращаюсь к Ханне, я замечаю, что она перестала плакать и ест свои блинчики. По крайней мере, теперь мне на одну вещь меньше нужно беспокоиться.

Ханна и я играем понарошку, прыгая на подушках, чтобы избежать “лавы” на земле. Она все еще немного замкнута, но начинает открываться мне больше.

Дверь открывается, и я чувствую облегчение оттого, что Лука возвращается. Все еще странно наблюдать за Ханной, когда его нет. Как будто он вообще не хочет здесь находиться.

Но в дверь входит не Лука.

Это симпатичная блондинка средних лет. Ей должно быть за пятьдесят, если не за шестьдесят. В ней есть непринужденная грация.

Она останавливается, когда видит меня. — Кто ты?

— Я Эбигейл... няня Ханны. Кто вы?

— Я мать Луки, Джулия. Я пришла проведать свою внучку. Она проходит мимо меня и опускается на колени рядом с Ханной. — Как у тебя дела, милая?

Ханна пожимает плечами. — Мой папа нехороший. Я ему не нравлюсь.

Джулия хмурится. — Что ж, как насчет того, чтобы зайти ко мне сегодня? Тебе не следует оставаться наедине с... незнакомцами. Она бросает на меня косой взгляд.

Потребность защищаться сильна. — Я не незнакомка. Я няня Ханны.

Джулия встает и подходит ко мне. — И как Лука смог нанять няню за такой короткий срок? Он проверял твою биографию?

— Да, — вру я. — Меня очень рекомендовали.

— Угу. — Она неодобрительно оглядывает меня. — Я знаю, как Лука относится к женщинам. Итак, скажи мне правду. Как вы двое познакомились? В баре? Он привез тебя сюда, чтобы ты действительно была няней или просто заботилась об этой бедной маленькой девочке, пока он не вернется?

— Я няня Ханны. Лука нанял меня.

Джулия прищуривает глаза. — Ты так и не сказала мне, где ты с ним познакомилась.

— Разве это имеет значение?

— Да, для меня это важно. Джулия упирает руки в бедра. — Итак, скажи мне, где вы познакомились?

— В клубе, хорошо?

— Что это за клуб? — спросил я.

Если я скажу еще что-нибудь, Джулия подумает, что я проститутка.

Когда я ничего не отвечаю, Джулия понимающе кивает. — Ты говоришь, что он нанял тебя. Он 'нанял' вас для чего-нибудь еще?

— Нет! Я здесь, чтобы позаботиться о Ханне.

Джулия усмехается. — Сомневаюсь. Я знаю своего сына. Я знаю, какой он. Он нанял тебя не для того, чтобы ты была няней Ханны. Он нанял тебя, чтобы затащить в свою постель, если уже не сделал этого. Она поворачивается к Ханне. — Давай, милая. Ты сегодня придешь с бабушкой.

Ханна хватает Джулию за руку, и они вместе идут к двери.

Я могу только в шоке наблюдать, как они уходят, прежде чем плюхнуться на диван. Джулия не из тех женщин, с которыми можно связываться. Я знаю, что должна пойти за ними, но Ханна, казалось, была не против, а у Джулии действительно был ключ. Я уверена, что она не лжет о том, что она мать Луки. Он действительно немного похож на нее.

Я просто так потрясена, что, когда на меня наворачиваются слезы, я позволяю им пролиться.

ГЛАВА 5

Лука

Я солгал Эбигейл, когда сказал, что собираюсь на работу. У меня нет работы, потому что Антонио не хочет, чтобы я что-нибудь испортил. Я облажался. Из-за меня всё идёт наперекосяк.

Я просто не мог больше находиться рядом с Ханной. Она милый ребенок, но она напоминает мне о том, насколько я облажался. Если она действительно мой ребенок, то от меня забеременела какая-то женщина, и я никогда не знал об этом. Я понятия не имею, как вообще быть отцом. Мой собственный отец изнасиловал мою маму. Он был ужасным человеком. Мне не на кого равняться в этой области. Никто не учил меня всему этому.

Итак, я провожу день со своими друзьями, снова напиваюсь. Просто так проще. У Ханны есть Эбигейл, которая присматривает за ней. С ними обоими все будет в порядке. Несмотря на то, что технически у меня нет работы, моя семья богата, и у меня есть собственный трастовый фонд, который позволяет мне жить так, как я хочу. Это лениво? Да. Но я больше ничего не знаю и не хочу узнавать.

После четвертой кружки пива, когда я достигаю по-настоящему любимого мной ощущения опьянения, в бар заходит Антонио. Я со своим другом Джеймсом, который уже рассказывает пьяные истории обо всех женщинах, с которыми у него был секс.

— А потом она сняла рубашку, — говорит он, — и ее большие сиськи оказались прямо у меня перед носом.

Я смеюсь, когда Антонио подходит к столу.

— Сейчас час дня, — говорит он мне. — Почему ты пьешь?

Я пожимаю плечами. — Почему нет? Джеймс просто рассказывал историю. Дай ему закончить, прежде чем начнешь читать мне нотации.

— Нет, я не дам ему закончить. — Он поворачивается к Джеймсу. — Убирайся отсюда. — Джеймс немедленно прислушивается. Люди, с которыми я общаюсь, знают, кто такой Антонио. Они знают, что он не из тех, с кем можно связываться.

— Тебе не обязательно было это делать, — говорю я, вздыхая и делая еще один глоток пива.

Антонио морщит лицо. — От тебя разит пивом.

— Это потому, что я пью пиво.

— Что ты делаешь,