Услуга Дьяволу - Валерия Михайловна Воронцова

вооружена алебардами и не походила на тех, кого Дан уже успел мне представить. Высокие и худые, с приплюснутыми носами и тонкими, едва заметными губами, они пугали даже больше, чем увиденный первым Кровавый черт.

— Пьющие жизнь, — указал Каратель, заметив мой взгляд и руку, вновь ухватившуюся за край его пиджака. — Хату?

— Я… Хорошо, — пробормотала я. — Сколько их всего?

— Демонов? Тысячи, — легко ответил Дан, ведя меня в правый коридор. — Кланов — семь. Об их особенностях, возникновении, возможностях и положении в моем царстве ты узнаешь в процессе учебы. Мы идем в большую трапезную, где я обычно ужинаю в скромной компании приближенных. Прямо сейчас они ждут знакомства с тобой.

— Со мной? З-зачем?

— Ты — дитя, выбранное мною, — приподнял бровь Дан. — Смотреть на тебя — уже честь. Выпрями спину, Хату, и сияй гордо.

Это наставление Карателя я повторяла себе из года в год, черпая из него решимость и силу в особо трудные времена, подбрасывающие казавшиеся неразрешимыми проблемы и пугающие сложности. Иногда оно было первым, что я говорила своему отражению в зеркале, настраиваясь на новый день.

Проходя мимо дверей, Дан пояснял, что за ними: большая гостиная, зал реликвий, музыкальная комната … В противоположной части, под Осенним крылом, находились помещения для слуг от их комнат и прачечной до кухни и кабинета управляющей резиденции — Дьявол обозначил, что мне там делать нечего.

Коридор также сиял белизной и полированным мрамором, продолжая тему зимы: золотые ручки дверей и рамы батальных картин, синие вазы с белыми цветами в углах и небольших нишах, ковровая дорожка по которой кружились серебристые снежинки… Я вертела головой во все стороны, стараясь рассмотреть все разом, пусть по началу от такого количества света, блеска и сверкающего убранства слепило глаза.

Белый, холодный и официальный — Зимнему этажу было предназначено отсеивать посетителей резиденций, пропуская к уюту верхних и, тем более, источающей тепло мансарде, лишь избранных. Исключая слуг и стражу Садов времен, а также малочисленных учителей, полноправных жителей резиденции оставалось всего пятеро: Дан, я и троица, ожидавшая нас в трапезной.

Подмигнув мне, остановившись перед белыми дверьми, Дан шагнул к ним, и они плавно распахнулись, открывая просторную коричнево-золотую комнату. Но ни длинный прямоугольный стол с тремя вазами цветов, ни камин у противоположной стены, ни огромные картины, посвященные различным значимым для Подземья трапезам, ни свисающие с потолка люстры и другие роскошные предметы не привлекли моего внимания в первые мгновения. Все оно оказалось во власти трех бессмертных, одинаково почтительно кивнувших Дану и посмотревших на меня.

Двое мужчин и женщина, они были столь же различны, сколь и похожи. Словно три стихии, каждый из них обладал собственной красотой и норовом, но все они источали опасность. В их внешности не было ничего демонического или отталкивающего, но от пристальных немигающих, нечеловеческих, взглядов становилось так же не по себе, как от названий кланов стражей.

Я не увидела никакого оружия, но оно им не требовалось ради демонстрации, предостережения или украшения. Как и Карателю. Когда дело касалось этой четверки, любое оружие в их руках появлялось лишь для того, чтобы воспользоваться им и подарить кому-то смерть.

Смуглая миниатюрная женщина с длинными черными волосами, забранными в высокий хвост, подошла ближе, улыбнувшись мне. Ее алые одежды напоминали мои, похожие брюки с юбкой, только вместо легкой блузы наглухо застегнутый пиджак с высоким воротником, двойным рядом пуговиц и эполетами, украшенными черными драгоценными камнями и бахромой из тонких серебряных цепочек.

Справа от нее остановился высокий мужчина, и я не заметила, когда он сделал шаг. Русые волосы по плечи убирали от лица тонкие косички у висков, сцепленные на затылке. Белоснежная кожа лица и рук резко контрастировала с черными одеяниями воина, на плечах его сверкали те же эполеты, только камень был прозрачным. Мужчина не улыбался и не хмурился, темные глаза смотрели с интересом, таким же сдержанным, как и он сам.

Второй мужчина, встав слева от женщины, разительно отличался от того, что справа… во всем. Крепкий и коренастый, он улыбнулся мне и озорно подмигнул, словно мы уже были друзьями и хранили какой-то общий секрет. Темно-синие одежды подчеркивали яркие голубые глаза, черные волосы, гордые победители расчески, торчали в разные стороны как указатели, и все в нем бурлило и кипело, даже когда он стоял на месте. В отличие от спутников, у него был длинный плащ на перевязи до пят и высокие черные сапоги с металлическими носами, а на поясе висело множество бархатных и холщевых мешочков.

Дан прервал мое молчаливое напряженное созерцание невесомым прикосновением к спине. Задрав голову, я наткнулась на легкую улыбку и подбадривающий кивок. Прекрасный господин хотел, чтобы я представилась сама.

— Здравствуйте, меня зовут… Хату, — мой голос немного дрогнул и истончился, но имя прозвучало четко, и рука Карателя одобрительно погладила плечо.

— Здравствуй, Хату, я — Хирн, Ищейка Карателя, Хозяин Пяти Великих Свор и Первый охотник Подземья, — черноволосый улыбчивый мужчина присел на одно колено и протянул мне руку. Звякнули цепочки скрытых плащом эполет. Я осторожно вложила свою ладонь в его, и он мимолетно коснулся тыльной стороны губами.

— Ты смущаешь ребенка! Сколько ей, по-твоему, лет? — фыркнула женщина, прежде чем отпихнуть Хирна ногой и наклониться ко мне под его возмущенное ворчание. Ее волосы соскользнули через плечо и упали плотной, скрывшей нас от Дана, завесой. — Здравствуй, Хату, меня зовут Тунрида, — она перехватила мою руку и осторожно сжала. — Я — Сеть Карателя, главный Казначей Подземья. Ты, дитя, выбранное повелителем, можешь звать меня Ида.

— Очень приятно, — промямлила я. — А… — я выглянула из-за нее спины на поднявшегося Хирна: — Вам не больно?

Короткую паузу взорвал откровенный хохот Дана, к которому тут же присоединились Хирн и Тунрида. Улыбнулся даже пока не представившийся мужчина.

— Нет, Хату, ему не больно, ему привычно, — отсмеявшись, ответила Тунрида. — Наш охотник так любит ёрничать, что его то и дело приходится придерживать за…

Хирн закатил глаза:

— Не ты ли только что намекала на юный возраст Хату?

— Как ты думал, я продолжу эту фразу? — поинтересовалась Ида, и я хихикнула. — Видишь, нелепость твоих подозрений понял даже ребенок.

— По-моему, она считает нелепыми нас обоих, Туни, — подмигнул мне Хирн.

Туни? Наверное, Тунриде не очень нравилось это имя, потому что ее темные глаза недобро сузились на охотника. Я с трудом сдерживала улыбку — перепалка между ними больше говорила о дружбе, чем о ссоре.

— И у Хату для этого есть все основания, — заговорил русоволосый. — Здравствуй, дитя, я — Ариман, Меч и Щит Карателя в