Развод. Точка невозврата - Виктория Лукьянова

что Михаил Заречный не будет терпеть ревность своей жены, особенно тогда, когда узнает, что жена залезла в его личные вещи, да еще совсем незаконным образом, — продолжает перечислять Ира самый возможный из всех вариантом развития событий. — И всё на этом, Лер. Развод и девичья фамилия. Ты ничего, кроме нового штампа в паспорте не получишь.

— Ты мне сейчас не помогаешь.

Ира хмыкает. Я начинаю раздражаться.

Вымотана, почти без сна всю ночь. Нет сил противостоять подруге, хотя она говорит вполне логичные вещи. Но мой разум настолько устал от бесконечной гонки за собственным хвостом, что я уже плохо различаю, что правда, а что ложь. Особенно тяжело дается критика.

— Всё, что я могу тебе предложить, так поговорить с мужем по душам.

— Я пыталась, — ворчливо отвечаю, вспоминая вчерашнюю попытку заговорить с Мишей. Но он злится на меня и слушать не желает, считая, что я хочу с ним ругаться, а не говорить. Но ведь он прав — вчера я была на грани, чтобы скатиться в истерику.

— Плохо, значит, пытаешься.

— И что ты можешь мне посоветовать?

— Ха! Значит, совет мой нужен.

Теперь морщусь я. Зато Ира потирает ручки и выдает вполне здравую мысль:

— Тебе нужно успокоиться, взять себя в руки и встретиться с Мишей. Но не дома. Там вы вдвоем, нет сдерживающих факторов, поэтому легко поругаться, так и не попытавшись выслушать друг друга. Поэтому встреться с ним на нейтральной территории. Там, где вы оба будете держать себя в руках и сможете поговорить без скандалов, — хлопнув в ладоши, завершает свою пламенную речь и смотрит на меня.

— Он не хочет говорить со мной.

— Тогда поставь его перед фактом. Встреться с ним там, где он не сможет от тебя отвертеться.

— Легко сказать.

— Ну в офисе, например. Вот там-то он точно не выставит тебя за дверь, иначе вся компания будет судачить о боссе и его жене. Репутация — наше всё.

Я кошусь в сторону подруги и молча соглашаюсь.

Да, мне нужен разговор с Мишей, и она дала дельный совет, и все же я боюсь новой встречи. Он так был холоден со мной, словно это я ему изменяю, а не он мутит воду за моей спиной.

— И знаешь, что, Лер, — продолжает говорить Ира, когда я уже собираюсь закончить с обедом, за которым встретилась с подругой, и тянусь к своей сумочке, — я предупреждала тебя относительно Миши.

Я застываю с сумкой в руках и смотрю на Иру. Та неторопливо подносит к губам чашечку с кофе и делает пару крошечных глотков.

— Насчет чего?

— Ну, — тянет она, — что он тебе не пара. Вдвое старше, разведен, да еще есть взрослая дочь. Как думаешь, почему взрослый самодостаточный мужчина женится на молодой красивой девушке? По большой любви разве?

Миллион ледяных иголочек пронзают мою кожу. Я ежусь, заглядывая в серые глаза подруги, но та молчит, видимо, давая мне шанс додумать самой. Злость разливается по сосудам, ударяя в голову.

— Он любит меня. А ты просто завидуешь!

— Чему? — фыркает подруга. — Ты же знаешь, я не клюю на взрослых дядечек.

Я молча встаю и дергаю сумку, которая зацепилась ремешком за стул.

— Я надеялась, что ты будешь на моей стороне.

— Я всегда на твоей стороне, но ваш брак, — она делает многозначительную паузу, когда я бросаю пару купюр за свой обед на стол. — Ваш брак был обречен с самого начала.

— Да пошла ты...

* * *

Да как она смела такое мне заявить?! Сейчас, когда я больше всего нуждалась в поддержке, моя лучшая подруга отворачивается от меня и говорит то, что повторяли все вокруг. Я и Миша — не пара. Разница в возрасте, разные интересы. Разный жизненный опыт. Я плевать хотела на эти разницы, но почему весь мир решил мне раз за разом напоминать об этом?!

Меня трясёт от гнева, когда я подъезжаю к офису компании мужа. Торможу на парковке, едва находя свободное место. С трудом паркуюсь между машин, чувствуя, как с каждой минутой меня все сильнее колотит от злости.

Я доверилась подруге, а та отвернулась в трудный для меня час.

— Черт! Черт! Черт! — рычу, ударяя ладонями по рулю. Как хорошо, что здесь никого нет и никто не видит, как гнев выходит из меня вместе с криком.

Опускаю голову на сложенные на руле руки и даю себе остыть. Проходит десять минут. Я стараюсь не думать о том, как сорвалась на Иру. Надеюсь, она поймет меня.

Когда мой гнев сходит на нет, убеждаюсь, что на лице не осталось следов слез. Подправляю макияж, провожу расческой по волосам. Вид у меня непрезентабельный, но не всё так плохо, как могло показаться. Выбираюсь из машины, поворачиваюсь и сморю на здание компании, в которой я была всего лишь три раза за то время, как стала женой Михаила Заречного.

Вдох-выдох. Мне нужно успокоиться и идти на встречу с мужем. В чем-то Ира была права — эта встреча мне необходима. Просто разговор на нейтральной территории. Из офиса Миша меня не выставит, ему придется меня выслушать.

Я вхожу в здание и приближаюсь к стойке регистратуры. Внутрь без пропуска не попасть, даже если ты жена большого босса. Тем более меня здесь навряд ли кто-то знает или помнит в лицо.

Улыбчивая девушка приветствует меня дежурными фразами.

— Я могу встретиться с Михаилом Васильевичем Заречным? — говорю ей.

Девушка удивленно изгибает брови.

— Простите, но Михаил Васильевич не принимает.

— Даже свою жену?

Брови у девушки ползут еще выше.

— Простите, — теперь ее голосок звучит хрипло, — но Михаила Васильевича сегодня нет в офисе. Он уехал вскоре после утренней планерки.

— Вот как, — сквозь зубы улыбаюсь, чувствуя себя полной идиоткой. Что эта девчонка подумает обо мне, раз я даже не знаю, где мой муж находится. — Значит, мы неправильно друг друга поняли, — я хрипло смеюсь. — Позвоню ему, — и на негнущихся ногах отхожу от стойки.

Уверена, мне в спину смотрят сразу несколько сотрудников компании, которые слышали наш разговор. Плевать на то, что они подумают.

Лучше бы кто-нибудь мне сказал, куда опять подевался мой муж?

Неужели он прямо сейчас где-то с кем-то мне изменяет?

Глава 7

Проходит еще один день моих метаний и мучений. Миша ведет себя как обычно. То есть так как вел последние несколько дней. Я же едва не сгрызаю себя, не зная, как подступиться к мужу. Его холодность отталкивает.

Где он провел прошлую пятницу, я не знаю. Вернулся домой