Хранитель талисманов 3 - Юлия Викторовна Давыдова

— А чего так грустно дышишь? — Велехов заметил, что с лица Рилевича ушла улыбка.

— Да... — замялся тот, — я хоть и часто во внешнем мире бывал, но не всегда до брата успевал доехать. Это потом вот телефоны сотовые появились и интернет повсюду. Теперь, конечно, только выехал, вышку поймал, сразу звоню. Но какое-то время раньше мы почти совсем не общались. И как-то стыдно мне за это.

— А без разрешения берегинь во внешний мир нельзя, — понял Никита.

Не мог Иван просто сесть в машину и покатить к брату в гости.

— Не грусти, Рилевич, — весело подбодрил Велехов. — В этот раз, получается, с твоим братом вместе работать будем.

— Это он с нами работать будет, — поправил Вурда. — Гинева поручила Дивею найти тех, кто врата открыл, а мы по его указанию должны их взять.

— А Дивей кто? — спросил Никита и, услышав ответ, аж присвистнул.

— Зам начальника центра по противодействию экстремизму города Москвы, — сказал Иван.

— Ничего себе, — усмехнулся Велехов. — Так это он в два счета найдёт наших угонщиков.

Вурда кивнул:

— Так и будет. Может, уже и нашёл.

Иван сложил ножницы, засунул в карман на спинке сидения, а Вурда смахнул с головы остатки состриженных волос и взглянул на Турана. Того Рир уже превратил в жителя внешнего мира. Волосы короткие-короткие оставил и одежду выдал. Димка насмешливо следил за этим преображением.

Туран с интересом засунул руки в карманы светлых летних брюк, на сандалии на своих ногах поглядел. Пальцами пошевелил.

— Привыкну, — усмехнулся он в ответ на взгляды остальных.

А то все на него уставились.

— Так, Туран, без моего разрешения от меня не отходить, — распорядился Вурда, — ни с кем не говорить. Делай вид, что немой или языка не понимаешь, понял? А то наболтаешь лишнего.

Иван засмеялся:

— Да что уж так строго? Чего он там больно скажет-то?

— Да мало ли, — отмахнулся Вурда. — Всё, отряд, поехали.

***

Иван гнал под сто пятьдесят всю дорогу до Москвы. Добрались за четыре часа. Ещё два потратили на то, чтобы доехать до квартиры одного из членов второго круга, забрать билеты на самолёт и паспорт для Турана. Тот долго и с большим интересом рассматривал своё фото на странице документа и смеялся над именем.

Вурда по дороге рассказал, что специалисты по созданию личности, работающие в рядах второго круга, выбирают имена так, чтобы были похожи с настоящими. Рира во внешнем мире звали Андрей Черноснежный, Димку — Дмитрий Черноснежный. Имя рода обычно хорошо подходило для фамилии. У Вурды вообще личность на славу получилась. Род у него назывался — Грозные, в паспорт ему так и написали — Владислав Грозный.

А в документе для Турана пришлось его имя дважды обыграть. Туран — похоже с Толей, то есть Анатолий. Рода у оборотня не было, вернее, он его не знал, всю жизнь был просто навийцем. Так что для внешнего мира стал Анатолием Турановым.

Как с паспортом разобрались, Иван повёз всех в аэропорт на рейс Москва — Сочи.

Никита в некоторой степени соскучился по внешнему миру. Понял это в аэропорту. Современная техника, электронные табло, народ кто в чём: в джинсах, в шортах. У себя дома Велехов уже привык к женщинам либо в боевой одежде, либо в красивых длинных платьях с богатой вышивкой.

Пока ждали в зале ожидания после регистрации на рейс, Велехов наблюдал и за Тураном. Оборотень чётко следовал распоряжению Вурды, никуда не отходил, ни с кем не говорил. Но глазами, конечно, прощупывал всё. Сначала, пока ехали по городу, на здания и улицы смотрел, а в аэропорту оглядывал людей.

Никита посмеялся над ним:

— То ли ещё будет.

Когда направились на посадку, Туран с восхищением разглядывал самолёты, мимо которых проехал автобус на взлётном поле. Уже в салоне авиалайнера спросил Велехова, который оказался на соседнем кресле:

— Вот это птички. Десять тысяч метров, говоришь, осилят?

— Осилят, — кивнул Никита. — И скорость будет девятьсот километров в час.

— Какие птички, — искренне поразился оборотень.

Но разговор он начал не за этим, хотел хранителю кое-что важное сказать. Год назад Туран и сам не знал, как всё для него сложится и как жизнь устроится. Тогда не сообразил по душам поговорить с Никитой, да и слов бы не нашёл. Душа-то ещё не потеплела. Это много позже, уже когда в корпус охраны приняли, когда стал с воинами общаться, говорить, смеяться, начал жить, любить начал, тогда неожиданно почувствовал, что благодарен хранителю безмерно.

— Я так и не сказал тебе того, что должен был, — произнёс Туран.

Никита даже удивился:

— Да вроде ничего не должен.

— Должен был поблагодарить за то, что ты для меня сделал, — сказал оборотень.

— За то, что раненым гнал тебя по Навии? — засмеялся Велехов. — Так и убить мог.

Туран тоже усмехнулся:

— Но добрались же мы с тобой. Значит, не зря гнал.

— Не зря, — кивнул Никита, — теперь твой дом Алавия и служишь ты верховной берегине. Надеюсь, это то, что тебе судьбой предназначено и по-другому не будет.

— Не будет — уверенно ответил Туран. — Спасибо, хранитель. Если бы не ты, этой жизни у меня бы не было.

Велехов на это улыбнулся. Он в судьбе парня не сомневался. Из оборотня, служащего Скараду, стать воином Алавии — так не повезло никому, кроме Турана. Абсолютное большинство его собратьев волков погибло в Навии. А у Турана сердце оказалось не настолько отравленным, как у них. Как-то он его уберёг, даже там, где это казалось невозможным. Никита всегда уважал оборотня именно за это, и сейчас чуть опустил голову, принимая его благодарность.

Дальнейший полёт прошёл почти без разговоров. Все дремали. Надо было отдохнуть, а то оборотни уже больше суток провели на ногах и в пути.

Через три с половиной часа прибыли в аэропорт Сочи. Иван, как только вышли в зал ожидания, вынул смартфон и собрался звонить, но ему навстречу уже шагал мужчина с такой улыбкой на лице, что Никите сразу стало ясно, кто это. Он уже знал, что Дивею за пятьдесят, но на свои годы Ланита не выглядел даже близко. В паспорте