Судьба возвращению подлежит - Сусанна Ткаченко

Я остановил лошадь, спрыгнул на землю и невольно потёр грудь — эмоции попытались взять верх и неприятно заворочались где-то в солнечном сплетении.

Перед глазами пронеслась битва. Грохот. Крики. И момент, когда моя душа вылетела из тела. Это ощущение… похоже на смерть. Его невозможно описать и невозможно забыть. Очень неприятное, но его предстоит пережить ещё раз.

А вдруг у нас ничего не выйдет? Вдруг мне придётся провести всю жизнь в теле Леона? Ходить в его коже. Смотреть его глазами. Стареть в его костях. Почему-то раньше я не допускал этой мысли, отталкивал её как что-то немыслимое, невозможное, не заслуживающее внимания, а сейчас она вонзилась в висок шипом и болезненно провернулась.

Мари и Леон тоже спешились. Я чувствовал их взгляды спиной. Обеспокоенные. Выжидающие. Достал из кармана пропуск Хиллар — единственный ключ, который может открыть эту арку — и решительно шагнул вперёд, отбросив лишние мысли.

За иллюзорной завесой тёмного тумана всё выглядело так же, как было, когда мы уходили.

Карсиан сжёг тела врагов и служивших паучихе мертвецов драконьим огнём, поэтому всё пространство тут усеивал чёрный пепел. Он лежал повсюду: на камнях, на траве, на скрюченных корнях деревьев, которые когда-то оплетали вход в пещеру. Воздух до сих пор пах гарью — сухой, горькой, мёртвой.

Оставаться здесь дольше, чем требовалось, желания не имел никто. Мы вошли в пещеру молча. Прошли по извилистым туннелям, ориентируясь на источник магического излучения. Когда Карсиан уничтожил защитный купол реактора и высыпал в него драгоценные камни, энергия не вырвалась в пространство, а впиталась в естественные накопители — и теперь это место ощущалась как мощнейший магический резервуар. Он манил и в то же время отталкивал. Волосы шевелились, кожу покалывало иголочками, в ушах нарастал гул, а чем ближе мы подходили, тем становилось хуже.

Но мы продолжали двигаться и вскоре вошли в пещеру с огромной круглой дырой в центре.

Свечение, шедшее из неё, озаряло каменные своды и неровные стены голубоватым мерцающим светом. Пустые сундуки стояли с откинутыми крышками. Кучки серого пепла — это всё, что осталось от пустых оболочек вампирских големов.

И тишина. Ватная неестественная тишина, в которой наши шаги звучали оглушительно громко.

— Ну что ж, или сейчас, или никогда! — пафосно воскликнул Леон, скидывая с плеч походный мешок.

Я поморщился. Вот только таких изречений мне не хватало для полного счастья.

Но вообще-то он был прав. Если и здесь межмировой артефакт связи не подаст признаков жизни, то даже не знаю, что можно ещё предпринять.

Накопленной магофагом энергии для открытия портала было явно недостаточно, поэтому Хиллар и хотела захватить империю — чтобы использовать наши человеческие ресурсы как дополнительное топливо. И даже если бы захватила, ей бы пришлось ещё лет пять, а может, и десять, собирать нужный объём. У Леона и Апреля имелись идеи, как усилить уже имевшуюся энергию, но исключительно теоретические, на практике не проверенные.

— Меньше слов, больше дела, — проворчал я и тоже скинул мешок с плеч.

У меня в нем лежали записки дракона и мной составленные на гномянке ёмкие послания для небесных кузнецов. Кто они такие, мы, правда, так толком и не поняли. Вроде бы коренные жители другого мира, с которыми Лаор в древности поддерживал связь. Вроде бы мастера, способные создавать артефакты немыслимой сложности. Но их раса нам неизвестна.

— Выше нос, ваша светлость! — воскликнул осмелевший от веры в себя умник. — У меня предчувствие, что нас ждёт прорыв!

Он уже достал части передатчика из шкатулки и быстро их собрал. Занёс палец над круглой клавишей активации… и замер, выдерживая драматическую паузу. Как актёр перед финальным монологом.

— Ну хватит уже комедию ломать! — не выдержала Мари и сама ударила магией по клавише.

Что сказать? Прорыв нас действительно ждал. Но немного не тот, на который мы рассчитывали.

Глава 5

Хиллар

Хиллар очень хотела бы сказать, что её план прост, как табуретка. Но к великому сожалению магофага, это было не так. Этот план рассчитан на большую удачу, но другого не было. Поэтому маленький паук всё время — и днём и ночью — воспроизводил в голове магические мантры. Не забывая прятаться.

Прятаться было несложно, для этого все имелось: серое паучье тело размером с крошку, восемь цепких лап и способность замирать неподвижно на часы. Сложно было не сойти с ума от бессилия. От того, что великая Хиллар, наводившая ужас на целые государства, теперь ютилась в чужой сумке среди фантиков от конфет и огрызков карандашей.

И всё же — как ни странно, к удивлению самой Хиллар — такое простое действо как медитация давало результат.

Во-первых, благодаря слабому вампирскому внушению, которое ей удавалось транслировать, имперцы отправились на Палюс к реактору.

Во-вторых, пребывание в теле паука и безустанная концентрация позволили накопить некоторое количество энергии. Крохи по меркам прежней Хиллар, но достаточно для одного точного выпада.

Оставалось поймать правильный момент.

Да, чистой магии в реакторе для открытия портала к вампирам недостаточно. Да, имперцы быстро догадались, что записку им подбросила она. Но план Хиллар заключался не в том, чтобы ей поверили и открыли переход по наобум нацарапанным координатам — это в принципе невозможно. Главное — чтобы они смогли послать межмировой сигнал и кинули в реактор обычный портальный артефакт. С любыми параметрами, а можно и вообще без них. Хиллар будет ждать его внизу, на камнях. Подхватит и задаст нужные.

Переход не откроется для вампиров. Не впустит их на Лаор. Но сработает как насос и втянет её, Хиллар, в воронку. А там она найдёт себе новое тело — отберёт у какого-нибудь голема. Отыщет Агмила, доложит о провале операции, и они придумают новый план.

Ну или не придумают.

Главное — сообщить хозяину, что у неё ничего не вышло. Он не должен надеяться и ждать впустую.

— Работает! Он работает, Тристан! — раздражающе завопил отвратительный имперец, в сумке которого Хиллар пряталась всю дорогу.

Он хоть и умный, но слишком рассеянный. Вечно погружён в какие-то книжки и тетрадки — самый безопасный из этих троих.

А вот девчонка... Девчонку Хиллар ненавидела так сильно, что предпочитала в её сторону даже не смотреть. Не тратить силы на мощную эмоцию ненависти. Силы сейчас нужны на другое.

— Какие неприятные звуки, — пробормотала та,