Расписание моей судьбы - Этта Гут

другой стороны… С другой стороны, перед внутренним взором уже сейчас сами собой возникали, попутно неудержимо оживая вокруг Ноэль, картины совсем иного свойства: откровенные, дразнящие, полные страсти. Крепкие мужские объятия, пальцы, запутавшиеся в волосах, не давая уклониться от поцелуя, требовательное колено, раздвигающее ноги… Ах!

Ноэль сидела, смотрела на творящееся вокруг нее безумие и истово радовалась, что этот магический шторм, по своей силе близкий к запретной грани, может наблюдать только она сама. Вот было бы «славно», если бы подобное накрыло где-то в куда более людном месте! Какими стали бы лица светских дам и джентльменов на каком-нибудь суаре или литературном вечере, если бы рядом с ними закружились, срывая друг с друга одежду и попутно почти что материализуясь, двое: один слишком похожий на столичного гостя и завидного кавалера Аарона Соммерет-л’Иго, а вторая — на знаменитую художницу Ноэль Монфер-л’Ари.

С другой стороны, глядя на все это, мало кто интересовался бы лицами любовников. Наверняка куда больше внимания привлекли бы руки, тискающие груди или ягодицы, губы, смыкающиеся на возбужденно торчащих сосках, а чуть позже целующие живот или внутреннюю сторону бедер…

Ноэль прикрыла глаза. Что ж, одно было несомненно: проблем с созданием живой эротической картины для Аарона точно не возникнет. Потребуется лишь уточнить… детали.

Мысли были горячими настолько, что пришлось удалиться в спальню, где и сбросить неприлично возросшее напряжение, лаская себя и по-прежнему глядя на последовавшие за своей создательницей живые картины — все еще неустойчивые, как большинство пока не перенесенных в художественный куб видений, но вполне способные зажить своей, отдельной жизнью, позволь им Ноэль нечто подобное. Собственно, во многом именно из-за этой опасности ей и было выдано предписание, запрещавшее магию такого рода. Одно дело создания, живущие в художественных кубах, а другое гомункулы, выпущенные на улицы реальных городов в результате неосторожного обращения с даром или и вовсе с преступными целями…

Впрочем, сейчас думалось совсем о другом. Не о законе, который суров, а о страстях, перед которыми не устоять. Видения, все более уплотняясь, мелькали перед глазами, помимо всего прочего, выдавая истинные, подчас скрытые даже от самой их создательницы желания. А они были очевидны, потому что раз за разом Ноэль видела себя на коленях перед Аароном и с его половым органом во рту или уткнувшейся пылающим лицом в подушку, принимая в себя возбужденное естество пока что нереального, призрачного любовника уже через другое отверстие…

Столб огня внутри бился неровно и искрил в такт движениям ласкающих клитор пальцев, печать Департамента магического контроля жгла раскаленным тавром, добавляя интимным ощущениям извращенной болезненной яркости. Ноэль шипела сквозь зубы и закатывала глаза, а кончив, яростным выплеском магии уничтожила все, что сотворила вокруг себя. Это усилие высосало остаток сил. Так что Ноэль сходила умылась, а после вернулась в спальню и лежала там в уже навалившейся на город темноте, глядя перед собой широко раскрытыми глазами.

Лежала и думала, что, кажется, необычное и чрезвычайно волнующее предложение господина Соммерет-л’Иго было только что принято. И от этого на душе становилось одновременно и радостно, и тревожно.

Глава 9

Волнение от мыслей о предстоящей встрече с Аароном не оставляло всю дорогу до мастерской. И, наверно, именно из-за этого растревоженного состояния все время казалось, что кто-то постоянно смотрит в спину, следит внимательно и недружелюбно. Особенно страшно стало, когда Ноэль покинула центр города, где жили магики и люди из числа тех, кто был способен платить за комфорт. Там-то улицы освещались газовыми фонарями, да и дома отапливались паровыми котлами, питавшимися магической энергией ключ-камней, а не вонючими и чадными угольными печами. А вот здесь, на заводской окраине, и смог был гуще, и об уличном освещении можно было только мечтать.

В итоге самые обычные дома в воображении Ноэль (и без того богатом) превращались в каких-то мрачных чудовищ, а гудки паровозов, доносившиеся с Центрального вокзала, казались их воем. Да и налетавшие иногда порывы ветра не столько разгоняли полосы тумана, сколько доносили пугающие звуки: чьи-то шаги, голоса. А то так и звук работающей паровой машины, совершенно точно установленной на чьем-то паромобиле, который упорно двигался следом. Тук-тук-шшшш, тук-тук-шшшш...

В итоге на одном из поворотов Ноэль не удержалась и, аккуратно скользнув по самой грани того самого официального запрета, печати, наложенной на нее еще в детстве чиновником из Департамента магического контроля и запиравшей часть магического дара, создала обманку. Лжепаромобиль за рулем которого сидела кукла-гомункул, похожая на Ноэль, поехал прямо, а настоящий свернул. Вот только даже это нарушение предписаний, за которое можно было бы здорово поплатиться, донеси кто об инциденте в соответствующую службу, ничего не изменило — тревога не улеглась, а ощущение чужого присутствия никуда не исчезло.

Легче стало только на природе, среди простора полей. Просто потому, что тут-то было четко видно — никого за спиной нет, и все эти страхи — лишь паранойя, подпитанная вчерашней газетной статьей про маньяка-насильника. Успокоившись, Ноэль аккуратно, коротким магическим щелчком, уничтожила обманку, жалея лишь, что из-за собственного идиотизма впустую растратила кучу сил. Ну да ладно, душевное спокойствие важнее.

На этот раз Аарон, вновь проявив потрясающую чувствительность к чужому настроению и прекрасную тактичность, прибыл уже после хозяйки мастерской. И не по воздуху, а по земле — на собственном паромобиле, при одном только взгляде на который у Ноэль загорелись глаза.

— Какой красавец! Планируете участвовать на нем в предстоящих городских гонках?

— Обязательно!

— Чьей конструкции? О! Все! Вижу: знаменитый СХ с модифицированным котлом и увеличенным объемом водяного бака. Кто бы сомневался!

— Разбираетесь?

— На любительском уровне.

— Я бы предложил проехаться, но тут не те дороги, чтобы получить удовольствие от скорости. Может, завтра? На трассе? Я как раз собирался немного погонять, готовясь к основному старту…

— Это слишком завлекательное предложение, чтобы я могла отказаться.

— Завлекательнее того, ответ на которое я рассчитывал получить сегодня?

Аарон смотрел с легкой улыбкой, но в