Любовный смайлик - Мира Форст

опять же… Когда он только успел купить ночники? Сережа на восьмое марта подарил мне фитнес-браслет, который до сих пор лежит дома в нераспакованной коробке, а на день рождения — чехлы на кресла для машины.

— Чем хочешь заняться до отъезда? — поинтересовался Игорь, когда мы поели.

— На канатной дороге пойду покатаюсь.

— Вместе пойдем, — не собирался оставлять он меня одну.

И вообще не оставлял, будто чувствовал, что сбежать собираюсь. А мне, с каждой дополнительной минутой с ним проведенной, все труднее оторваться от него было. Я будто сама к нему приклеивалась, примагничивалась, шаг в сторону — и уже дышать тяжело без него. Подобная зависимость от шефа-тирана могла сказаться самым плачевным образом на моей психике. Ну не верила я, что Добровольский вот так взял и влюбился в меня. Определенно — абьюзер, нашедший себе жертву.

Случай убежать представился, когда я уже и отчаялась отделаться от Игоря Владимировича. В «Иволгу» приехал старший брат Мирона Бестужева, и, как я поняла, хороший друг самого Добровольского и хозяина «Иволги». Они все поднялись на второй этаж коттеджа к Захару Дмитриевичу, чем я и воспользовалась. Застегнула пуховик, влезла в теплые ботинки, подхватила свою дорожную сумку и побежала к шлагбауму, на ходу вызывая такси через мобильное приложение.

Не учла я только, что нахожусь в лесу, а не в городе. Такси тут за пять минут не подают. Вместо машины с шашечками возле меня притормозил белый Subaru Добровольского.

— Садись, Мира, — вышел Игорь на мороз, забрал мою сумку и открыл пассажирскую дверцу. Выглядит подозрительно спокойным.

Может, закричать? Тут ведь пост охраны. Я так и собралась сделать, да увидела Лялину с Коленькой. За ними приехал зять бухгалтерши на темно-бордовом внедорожнике. Евгения Павловна помахала мне рукой, что стало моей страховкой.

— Если со мной чего-нибудь случится, Лялина видела, как я села в твою машину, — залезла я на пассажирское кресло Subaru.

ГЛАВА 10. ИГОРЬ

— Что с тобой может случиться, Кошечкина? — захлопнул дверь со своей стороны и выкрутил руль, выезжая с территории «Золотой Иволги». — Я не гонщик, на дороге не лихачу, скорость редко превышаю. Машина надежная. В такси с незнакомым водителем у тебя гораздо больше шансов попасть в аварию, чем со мной.

Во мне боролись два желания — наорать на Миру и поцеловать ее. Вот зачем она сбежала? Чего испугалась? Ну согласен, я немного тороплюсь, хочу всего и сразу. Но разве это плохо, когда мужчина даже на брак готов ради любимой женщины? И потом, вижу ведь — тянется она ко мне, привыкать стала, а ласковая какая… И разве я не выгодная партия? И жильем, и деньгами с ней поделюсь. Куплю все, чего пожелает. Не маньяк, не извращенец, просто влюбленный мужчина.

— Я не про аварии говорю, — как-то сдавленно произнесла девочка.

Кинул на нее беглый взгляд. Моя малышка явно нервничает, губы кусает, варежки в руках мнет.

— А что тогда? — вдруг боюсь услышать от нее категоричный отказ. Неужели так не нравлюсь ей? Не может быть. Две ночи страстные и ненасытные тому подтверждение.

— Вы, Игорь Вла…, ты, Игорь, — поправилась она. — Ты третируешь меня на работе, я не хочу, чтобы и после работы надо мной измывались.

Ее слова ударили посильнее любого кулака. Третировал… Измывался…

— Больше не буду третировать, — погладил ее беспокойно ерзающие пальчики. — Обещаю. Хочешь, вообще приходи на работу и не работай вовсе.

— Так я могу и дома сидеть и не работать вовсе, — наконец-то появилась улыбка на ее губах.

— Тогда кем я стану в офисе любоваться, Кошечкина? Так не пойдет. Дома осядешь, когда по декретному отпуску будет положено.

— Ты уже и мой декрет распланировал? — распознал я нотку ужаса в ее голосе.

— Мира, ты что, против детей в семье? — в мои планы входило трое, не меньше. Прежде я не особо задумывался о наследниках, но теперь точно знаю, кто должен стать матерью маленьких Добровольских.

— Совсем не против, — успокоила она меня и тут же напрягла. — Но сама я еще не готова стать матерью.

— Тебе двадцать шесть, милая, — напомнил я.

— А тебе тридцать четыре, — парировала она.

— Самое время стать родителями, — не собирался отступать, пусть свыкнется с этой мыслью. — Но я кое-что придумал до твоего декрета.

— Мне даже страшно спрашивать, что же это, — с сарказмом произнесла лапочка.

— Тебе понравится, — парил я рядом с этой девчонкой в облаках. — Сделаю тебя начальницей над Ореховой и Лузиной. Сама же говорила, они обленились. Будешь делегировать им задачи и гонять по объектам. Тебе останется лишь отчеты писать. Каждый час приходи ко мне в кабинет с отчетом.

— Игорь, — засмеялась она, и ее хрустальный смех отразился теплом в груди. Я не хотел, чтобы она печалилась или боялась меня. Хотел, чтобы доверяла и любила. И, чтобы всегда вот так весело смеялась. — Твое предложение командовать над Ореховой с Лузиной мне нравится, — она сказала, а я мысленно уже составил приказ о назначении Кошечкиной на должность начальника маркетингового отдела. — Но ты пообещал не третировать меня, а теперь говоришь, что я должна стряпать отчеты каждый час. Это еще хуже, чем по объектам мотаться.

— Согласен. Переборщил, — сбросил скорость, так как не представлялось возможным объехать трактор. — Пусть будет один отчет в день, который ты составляй весь день в моем кабинете. Я распоряжусь, чтобы поставили ко мне дополнительные стол и компьютер.

— Игорь, в таком случае ты будешь меня отвлекать, — вновь закусила малышка губу, но на этот раз не от страха, а от того тягучего, что повисло между нами в воздухе закрытого автомобильного салона.

— Конечно, буду. Уже представляю, как буду отвлекать тебя, кошечка, — пользуясь тем, что машины еле ползут по трассе из-за начавшегося снегопада, притянул Миру к себе, поцеловал в висок.

— Лучше уж я дома стану сидеть, чем запертой в твоем кабинете, — проворчала девчонка.

— Хорошо, — готов был на любой ее каприз, но на моих условиях. — Сиди дома, только не у себя, а у меня. Чтоб я приходил с работы уставший, а ты меня встречала. Желательно, голой.

— Игорь, — покачала она головой. — Я не могу вот так взять и начать жить с мужчиной, пока достаточно не узнаю его.

— Ладно, — выдохнул нехотя. — Повстречаемся какое-то время, раз тебе так хочется. Неделя тебя устроит?

— Неделя?! — вновь звонко рассмеялась она. — С ума сошел?

Сошел, из-за нее и сошел, — поглядел искоса на строптивицу. Уточнил:

— А сколько надо, Мира, чтобы ты достаточно узнала меня?

— А ты разве не хочешь сам узнать меня получше? — задала она встречный вопрос, оставив гадать,