Замужем за Горынычем - Мариэль Сальвия

— Добрый день! Это наш профиль, — Анастасия указала на чай, который Забава уже принесла, не дожидаясь просьбы начальницы. — Расскажите, что случилось с вашей рукой.

— Чешуя, — мужчина вздохнул. С таким видом люди обычно признаются в вещах, которые звучат безумно даже для них самих. — У меня появляется чешуя. Точнее, не только у меня. У моих девушек. Каждая, с кем я начинаю встречаться, рано или поздно покрывается чешуёй в самых неожиданных местах. Обычно на плечах, но один раз на лице было. Вот это жутко.

Забава, до этого разливавшая чай, застыла с чайником в руке.

— Чешуёй? Прямо настоящей? Змеиной?

— А на что похоже? — мужчина кивнул на забинтованную руку.

— Как вас зовут? — Анастасия уже доставала чистый бланк.

— Виктор Чадов.

— И давно это происходит, Виктор?

— Два года. С тех пор, как я развёлся.

— С кем? — уточнила Анастасия, хотя уже подозревала ответ по одному только тону, каким мужчина произнёс слово «развёлся». Так говорят только о непростых семейных отношениях и других взрывоопасных веществах.

— С Агатой, — Виктор поморщился. — Моя бывшая жена… ведьма. Практикующая. Не то чтобы злая, но сильно обидчивая. Слово поперёк сказать было нельзя. И очень талантливая, к сожалению для меня. Я уверен, что это она.

«Ну конечно, — подумала Анастасия. — Ведьма-жена, снабжающая новых пассий бывшего мужа рептильей эстетикой».

— Вы разговаривали с женой? — спросила она вслух. — Просили снять чары?

— Агата говорит, что знать не знает ни про какую чешую, — Виктор развёл руками, отчего бинт на предплечье чуть сполз, обнажив ещё пару блестящих чешуек. — Хотя закономерность слишком очевидная, чтобы быть простым совпадением. Каждый раз, когда я начинаю с кем-то встречаться. Ну от силы недели две проходит. И всё, здравствуй, чешуя.

— Значит, будем доказывать закономерность, — Анастасия сделала пометку в блокноте. —Кодекс , что говорит закон о бытовых порчах, наведённых на третьих лиц из ревности?

Ворон встрепенулся, отложил фолиант и, спрыгнув с полки, приземлился на спинку кресла Горынской.

— Кар-тья карцать ктри, — прокричал всезнающий ворон.

Анастасия нашла в книге нужную страницу. Несанкционированное магическое воздействие на третьих лиц, не являющихся стороной конфликта.

— Основание для иска, если доказана системность и мотив. — Анастасия побарабанила пальцами по столу.

— За два года пять девушек. Мотив, полагаю, видно невооруженным глазом. Да и способности для вреда имеются, — Виктор шумно отпил из кружки.

Анастасии не нравились мужчины, которым не совестно было таскаться по судам и писать иски на бывших жён. Но клиентов ведь не выбирают. Да и относительно безобидная чешуя могла стать чем-то пострашнее.

— Виктор, вы сможете назвать имена пострадавших? Нам понадобятся их показания.

— Смогу, — Виктор помрачнел. — Правда, не все из них горят желанием новой встречи со мной. У одной до сих пор на плече след остался, как родинка, только очень большая и очень чешуйчатая.

— Я сама с ними свяжусь, — заверила Анастасия. — Оставьте их контакты.

Виктор ушёл, оставив на столе визитку и список из четырёх девушек и их именами. От пятой барышни осталось только имя, после расставания она сменила и телефон, и страну проживания.

Запах тревоги, смешанный с чем-то травяным, повис в воздухе. Должно быть это был остаточный эффект заклинания бывшей жены. Что это? Злонамеренная порча?

— Ведьма-бывшая, — протянула Забава, убирая чашки. — Звучит устрашающе. Неужели все браки с ведьмами плохо заканчиваются?

— Думаю, что нет. — Анастасия потёрла переносицу. — Просто некоторые заканчиваются тише, чем другие. А некоторые даже не начинаются.

Горынская бросила взгляд наКодекса . Ворон снова взгромоздился на полку и уткнулся в фолиант с прежним усердием. За последние недели птица повадилась засиживаться над архивом допоздна. И не как обычно, для дела, а будто искал что-то своё, личное.

— Что ты там всё читаешь? — спросила Анастасия. — Третий день с этой книгой не расстаёшься.

— Кар-хив, — коротко ответилКодекс , не поднимая головы.

— По какому делу?

— Кар-зным, — ворон замялся перед ответом, что для существа, обычно отвечавшего чётко и по делу, было настолько нетипично, что Анастасия невольно улыбнулась.

— Мог бы чаще радовать нас человеческим обличьем, — заметила Горынская.

— Кра-пусти.

Забава подтащила стул-стремянку к шкафу и забралась, с любопытством заглядывая в раскрытые страницы, которые читал ворон.

— О, это же опись навьих архивов! — обрадовалась ведьмочка. — Я как раз хотела покопаться в старых делах о семейных проклятиях, вдруг найду что-то полезное для дела Виктора.

— Кар-стати, — оживилсяКодекс и ткнул клювом в книгу «Семейное право. Особые случаи».

Толстенький том оказался в руках Забавы, аКодекс оставшись на полке без внимания юной ведьмочки, вновь погрузился в чтение фолианта.

* * *

После обеда Забава листала пожелтевшие страницы «Семейного права» в поисках прецедентов по чарам ревности, аКодекс , стремясь показаться полезным чуть больше обычного, старательно переводил затейливую вязь старописьменных пометок, которую ведьмочка не могла прочитать.

— Тут какая-то запись про… — Забава прищурилась, разбирая корявый почерк архивариуса позапрошлого века, — Книгу судеб? Похоже на что-то важное…

— Край Крюда, — ворон вгляделся в текст, шевеля клювом, будто пытался разобрать слова по буквам. — Кар…

Кодекс гордо поставил лапу на нужные строчки на страницы.

— Книга Судеб — это реестр всех магических браков и единственно верных условий их расторжения, — прочитала Забава и подняла на ворона глаза, — Погоди. Это что, книга, где записаны все свадьбы? Прямо все-все?

— Кар-хоже на то, —Кодекс пролистал ещё пару страниц.

Анастасия, до этого краем уха слушавшая разговор, отложила ручку и медленно подошла к столу.

— Повтори, — попросила она тихо.

— Кар-нига Карудеб, — терпеливо повторил ворон.

— Хранит условия расторжения всех магических браков, — добавила Забава.

В наступившей тишине Анастасия вдруг очень отчётливо вспомнила ночное письмо с восковой печатью в виде трёх переплетённых хвостов и новый пункт контракта.

«Если где-то и записано истинное условие моего развода, — подумала она, — то, кажется, именно там».

— Где хранится эта Книга? — спросила Анастасия вслух, стараясь, чтобы голос звучал ровно и профессионально, а не так, будто у неё внутри что-то оборвалось и с грохотом покатилось вниз.

Кодекс пролистал