Заложница дьявола - Аделина Жемчужева

Он резко затушил сигарету, его челюсти сжались.

— Но каким-то образом об этом узнал Аспер. Он увидел все и устроил мне засаду.

Я затаила дыхание.

— Он и его дружки… Лиам был среди них, да и ещё двое. Они подстерегли меня, окружили, не давая уйти. Аспер был в ярости. Он кричал, что я не имею права даже шагу ступить в сторону Шарлин. Что она принадлежит ему.

Я почувствовала, как внутри меня что-то сжалось.

— Они избили меня, — спокойно сказал Эмир. — Двое держали, пока Аспер бил кулаками.

— Когда отец увидел мое состояние, он пришел в ярость. Он снова назвал меня неудачником, слабаком, сказал, что я заслужил это. Что Аспер — настоящий воин. Будущий король. А я…

Эмир замолчал, стиснув зубы.

— Я тогда был весь в крови. Сломанный нос, губа разбита, глаз заплыл, тело болело так, будто меня топтали лошади. И знаешь, что мне сказал отец?

Эмир горько усмехнулся.

— «Ты позор нашей семьи».

Я не могла поверить в то, что он рассказывает. Получается, все слухи о нем — это просто бред?

С самого детства я слышала, что Эмир пристает к женщинам, бьет людей без причины, что он агрессивный и безжалостный. А сейчас он говорил совсем о другом.

И, несмотря на все, что он сделал со мной, мне стало его жаль.

— А как же твоя мать? — осторожно спросила я. — Она не поддерживала тебя?

Эмир покачал головой.

— Нет. Она всегда внушала мне, что я должен слушаться отца. Конечно, ей было больно, когда он меня бил, но… — усмехнулся он. — Она все равно поддерживала его больше, чем своих сыновей.

Он устало запрокинул голову и закрыл глаза, будто воспоминания давили на него слишком сильно.

— В то время меня никто не считал человеком. Я был для всех куском дерьма. Я действительно был тогда слабым и худым. А Аспер… Аспер всегда был сильным. Все обожали его, восхищались его решениями, следовали за ним. Я не понимаю — за что?

— Но ты же теперь не такой, — я посмотрела на него. — Ты стал сильным. И телом, и духом.

Эмир горько усмехнулся.

— Да, сейчас я другой. Я тренировался, чтобы надрать всем задницы, но так и не сделал этого. Пока что. Но скоро всё изменится.

В его голосе зазвучала сталь.

— Я знаю, что со мной поступили несправедливо. Поэтому я гонялся за Шарлин. Хотел отнять её у Аспера. Хотел, чтобы он почувствовал ту же боль. Но все просто сочтут это глупой обидой ребенка.

Он хмыкнул, в глазах вспыхнуло презрение.

— К черту их. Мне плевать, что обо мне подумают. Эти земли будут моими.

Я напряглась, уловив в его голосе что-то, от чего по спине пробежал холод.

— Эти земли будут твоими? — медленно повторила я, вглядываясь в его лицо.

Эмир открыл глаза и взглянул на меня. В его синем взгляде больше не было усталости — только холодный расчет и уверенность.

— Да, — сказал он спокойно. — Серенвиль должен быть моим.

Я не знала, что сказать. Всё, что он рассказал мне раньше, вызывало сочувствие. Я видела перед собой человека, которого предавали всю жизнь. Но сейчас… сейчас он снова становился тем, кого все боялись.

— Ты хочешь отомстить, — тихо произнесла я.

Эмир усмехнулся.

— А что ещё мне остаётся? Ты думаешь, после всего, что они сделали, я просто прощу их?

Я молчала.

— У меня отняли всё, — продолжил он, его голос стал жёстче. — Отец отнял мою веру в себя. Аспер отнял моё право быть наследником. Фредерик отнял Шарлин, отказавшись дать её мне. Они превратили меня в чудовище, о котором шепчутся за спиной. Они хотели, чтобы я пал, чтобы исчез.

Он наклонился ко мне ближе, его глаза вспыхнули.

— Но я выжил. Я стал сильнее. И теперь они заплатят.

Мне стало не по себе. Он говорил это с такой уверенностью, с такой жёсткостью, что мне стало страшно за тех, кого он ненавидел.

— И что ты собираешься сделать? — выдавила я, зная, что боюсь услышать ответ.

Эмир наклонил голову, будто оценивая меня.

— Пока что… — он медленно провел рукой по своим волосам, — я не уверен.

— Ты собираешься убить Аспера? — голос мой дрогнул.

Он усмехнулся.

— Может быть. Может, и нет. Зависит от того, как всё сложится.

Я сглотнула.

— Ты правда готов на это?

Он резко отвернулся.

— Я ничего не решаю заранее. Но если он встанет у меня на пути, то да.

Я сжала одеяло сильнее.

Передо мной сидел человек, который прошел через ад. Но я не могла понять — кем он стал? Жертвой? Или тем, кто сам теперь творит зло?

Эмир молча поднялся, и, схватив голову за волосы, поднял её, демонстрируя мне.

Я зажала рот рукой, чувствуя, как к горлу подступает тошнота. Свежая кровь стекала по мертвым чертам, капая на пол.

— Лилу, — его голос был тихим, но от этого только страшнее, — мне жаль, что это не твоя голова.

Я вздрогнула, страх пронзил меня, словно холодное лезвие. Я сжалась в стену, желая стать невидимой.

— Тебе интересно, чья это голова? — продолжил он, пристально наблюдая за моей реакцией.

Я быстро покачала головой, не в силах вымолвить ни слова. Меня трясло.

— Это голова того ублюдка, который ждал тебя на озере, — процедил Эмир сквозь стиснутые зубы. В его голосе кипела ярость. — Их было несколько. Я убил их всех. А его… — он наклонился чуть ближе, глаза вспыхнули холодным огнем, — его заставил говорить.

Я судорожно сглотнула, а он продолжил, не сводя с меня взгляда:

— Он признался, что Аспер собирался похитить тебя, чтобы отомстить мне.

Громкий крик сорвался с его губ, и в следующую секунду он со всей силы швырнул голову в стену. Слышался глухой удар, а потом — мягкий шлепок, когда она упала прямо мне под ноги.

Я закричала, в панике вскинула руки, прикрывая лицо.

Капли крови брызнули в стороны, несколько попали на меня.

Дыхание сбилось, в груди разлился леденящий ужас.

Словно в кошмаре, я с дрожащими ногами оттолкнула голову в сторону, её безжизненные глаза остались устремлены прямо на меня.

Эмир тяжело дышал, его грудь вздымалась, кулаки сжимались так сильно, что белели костяшки.

И в этот момент я поняла — он потерял контроль.

Настоящий демон проснулся.

Эмир подошел ко мне и наклонился гляде мне в глаза.

— Ты предала меня, — произнес он тихо, — И что мне сделать с тобой?

Эмир тяжело