Злодейка поневоле. Хозяйка заброшенной крепости - Адриана Вайс

Мои слова бьют его наотмашь.

Я вижу, как вздрагивает его кадык, как искажается от боли и ярости его лицо.

Я только что ударила по самому больному, вскрыла ту рану, которую он сам себе нанес.

Но он не спорит.

Дракон внутри него понимает, что словами, мольбами или логикой меня сейчас не удержать. Моя преданность Сумрачной Крепости сильнее страха перед богом.

Риардан медленно отступает на шаг.

Лицо его каменеет, превращаясь в бесстрастную маску владыки, принимающего самое тяжелое решение.

— Ненавидь меня, Хелена, — глухо произносит он. — Проклинай. Но ты будешь жить. Больше я не совершу похожей ошибки.

Он резко разворачивается к Зилоту, который вжался в угол.

— Глаз с нее не спускать. Не выпускать из покоев ни при каких обстоятельствах, даже если замок начнет рушиться! — отдает он жесткий приказ и, не оглядываясь, стремительно выходит вон.

Тяжелые дубовые двери захлопываются. Раздается лязг мощного засова.

Я остаюсь запертой.

— Нет! — я бросаюсь к двери, со всей силы ударяя по ней кулаками, но это бесполезно.

Я в ярости мечусь по комнате, словно загнанная в клетку волчица.

Меня трясет от адреналина.

Я прекрасно понимаю: Риардан не успеет.

Какая армия?! Пока он отдаст приказы, пока они соберут легионы, пока эти закованные в броню солдаты дойдут до Сумрачной Крепости… полнолуние уже наступит. Ритуал свершится, и Ул-Гарат войдет в Юфимию, напитавшись кровью Крома, Рэйка, Версена и десятков других невиновных.

Всё будет кончено.

Я судорожно обхватываю себя руками, пытаясь мыслить трезво.

Как мне выбраться? Как мне попасть в Крепость без Риардана?

И тут меня прошибает озарение.

Я сую руку в потайной карман своего изорванного платья и нащупываю холодный металл.

Кольцо Версена.

Пропуск сквозь абсолютный барьер Крепости.

У меня есть ключ!

Мне нужно только выбраться из этой спальни и найти самый быстрый транспорт.

Я резко оборачиваюсь к Зилоту.

Старик с ужасом смотрит на меня, прижимая к груди какой-то амулет.

— Магистр, — я стараюсь говорить мягко, но голос все равно звучит напряженно. — Отпустите меня. Помогите мне выбраться отсюда и дайте карету до крепости.

Зилот бледнеет так, что становится похожим на привидение.

— Вы с ума сошли, леди Хелена! — пищит он, пятясь к стене. — Владыка убьет меня! Он снесет мне голову! И если вы вернетесь туда, Ул-Гарат обязательно завладеет вашим телом! Вы не сможете бороться с ним! Сектанты именно этого и хотят! Вы отдадите им победу в руки!

— Но если я не поеду, погибнут сотни невиновных! — кричу я в ответ.

— Это меньшее зло! — упрямо мотает головой старик. — Я не открою дверь!

Меня накрывает волна безысходности.

Уговоры не сработают.

Логика бессильна против приказа Владыки.

Мне становится трудно дышать от осознания того, что я должна сделать. Мне безумно, до тошноты стыдно перед этим напуганным стариком, но у меня просто не остается другого выхода, кроме самого грязного шантажа.

— Хорошо, — шепчу я.

Я закрываю глаза и добровольно тянусь к тому замому запечатанному уголку моего сознания, в котором бьется запертый монстр.

— Леди?.. — непонимающе лепечет Зилот.

— Если вы меня не выпустите, — мой голос внезапно меняется, приобретая глухое, металлическое эхо, — я сделаю то, чего вы так сильно боитесь, прямо сейчас.

Я чувствую как темная сущности с радостным воем бросается в мой разум.

От боли у меня подкашиваются ноги, но я заставляю себя стоять прямо.

Это дается мне колоссальной, невыносимой ценой. Легкие словно заливают свинцом, голова раскалывается, а по венам бежит жидкий лед.

Я балансирую на самой грани безумия, едва контролируя первородное зло, рвущееся наружу.

Я распахиваю глаза — и по ужасу, исказившему лицо Зилота, понимаю, что они сейчас абсолютно черные.

— Я прошу вас последний раз, — говорю я ровным голосом, в котором, тем не менее, уже угадывается потусторонний рык. — Иначе Ул-Гарат завладеет моим телом без всякого ритуала. Прямо здесь.

Зилот сдавленно хрипит, сползая по стене. Он видит перед собой не хрупкую девушку, а монстра, готового сорваться с цепи.

— Боги милосердные… — шепчет он дрожащими губами. — Остановитесь… Я всё сделаю…

Я с трудом загоняю тьму обратно. Меня бьет крупная дрожь, по виску катится капля ледяного пота, я едва не валюсь на пол от дикого истощения, тяжело хватая ртом воздух.

Но я держусь. Я все еще контролирую этого монстра.

Зилот, всё еще трясясь, поспешно произносит сложное заклинание. Пространство у дальней стены спальни рябит, открывая тайный проход.

Старик ведет меня по темным, узким коридорам, минуя стражу.

Мы выходим на задний двор, где конюхи в спешке седлают лошадей для армии Риардана. Пользуясь суматохой, Зилот подводит меня к легкой, неприметной крытой повозке, запряженной парой быстрых вороных коней.

На прощание старик замирает у дверцы. В его глазах — смесь ужаса и болезненного уважения.

— Вы совершаете безумство, леди, — шепчет он. — Вы едете прямо в пасть к дьяволу.

— Я знаю, — сухо и безжизненно отвечаю я, сжимая в потной, холодной ладони кольцо Версена.

Зилот дает знак хмурому вознице, тот бьет поводьями. Лошади испуганно храпят и срываются с места, унося карету прочь от замка Риардана, в густую ночную тьму.

Я сижу в трясущейся повозке, вжимаясь в сиденье.

Меня бьет неконтролируемая, жестокая дрожь от предчувствия беды. А в ушах всё еще звучит издевательский смех запертого внутри божества.

Дорога кажется бесконечной.

Но через некоторое время, прорвавшись сквозь лесную чащу, карета вылетает на открытый тракт. И вдалеке, на фоне огромной, зловещей полной луны, показываются черные, зубастые шпили Сумрачной Крепости.

Глядя на эти мрачные башни, ставшие мне и тюрьмой, и домом, я невольно, горько усмехаюсь.

Версен отдал мне этот пропуск, чтобы я могла спастись. Чтобы я могла сбежать из этого проклятого места.

А я использую его, чтобы туда вернуться…

Глава 71

Алена

Колеса кареты резко останавливаются.

Я распахиваю дверцу и спрыгиваю на землю, даже не дожидаясь, пока кучер опустит подножку.

— Уезжай, — бросаю я ему. — Возвращайся в замок. Быстро!

Он не смеет спорить. Хлещет лошадей, и карета спешно растворяется в ночной мгле.

Я остаюсь одна.

Прямо передо мной в воздухе едва заметно переливается магический купол Сумрачной Крепости — абсолютный барьер, не пропускающий чужаков.

Массивное кольцо Версена, зажатое в моей ладони, вдруг раскаляется. Металл жжет кожу, отзываясь на магию купола.

Я делаю глубокий вдох и