Инферниум - Кери Лейк

возвышалась вдалеке. С другой стороны, Падшие царствовали в головоломке анархии и насилия. Любой, кому посчастливилось очутиться в этих стенах, скорее всего, был бы подвергнут рабству худшего рода. Почему отец Фаррин выбрал окраину такого места, оставалось для меня загадкой.

Оникс неторопливо пробралась через густой кустарник параллельно стене, и я огляделся в поисках маленькой ниши, где укрылся Огастес, отец Фаррин. Карканье над головой означало, что Рубец определил мое местоположение и направил меня к тому месту, где он видел старика.

Сквозь голые деревья я заметил выемку в скале, где Огастес устроил маленький тревожный дом. С потолка свисали реликвии-талисманы, а старик сидел у небольшого костра, грея руки от раннего утреннего мороза.

На приличном расстоянии я спешился, не желая его спугнуть, и спрятался за деревьями, пробираясь ближе к пещере. Только когда я был достаточно близко, чтобы разглядеть обветренную текстуру его кожи, я вышел из своего укрытия за дубом и направился к нему.

Он потянулся за тем, что я принял за оружие, но я поднял руки.

-Я не причиню тебе вреда.

Дрожащая рука протянула ко мне клинок, его здоровый глаз расширился от безумного страха.

-Не подходи ближе!

-Ты помнишь меня, Огастес?

Брови старика опустились, когда он, казалось, изучал меня, его неверный взгляд скользнул по мне.

-Ван Круа.

-Да. Некоторое время назад вы приходили ко мне по поводу вашей дочери, Фаррин.

Он опустил оружие и приложил палец к губам, неприятно шикнув на меня.

-Не произноси ее имени.

Убрав лезвие, он наклонился вперед, параноидально вглядываясь в деревья, затем прислонился спиной к стене пещеры.

Я оценил его защитную натуру и подошел чуть ближе, все еще сохраняя дистанцию, чтобы он не бросился прочь, думая, что я могу представлять угрозу.

-Она пришла ко мне, как ты и ожидал.

Тень улыбки промелькнула на его лице, и он кивнул.

-Значит, она в безопасности.

-На данный момент.

-Я благодарен.

-Я могу отвести тебя к ней.

Глаза мужчины закрылись, и, опустив взгляд вниз, он покачал головой.

-Нет.

-Простите меня, но я дал обещание вашей дочери и намерен его сдержать.

-Как бы мне ни было больно это говорить, я должен отказаться. Я представляю для нее опасность. Они ищут меня.

Он снова огляделся, как будто что-то пролетело над головой, что побудило меня посмотреть вверх.

Над нами кружил только Сикатрикс.

-Кто?

-Произнести их имена означало бы призвать их. Я не произношу их имен.

Он схватил один из предметов, свисавших с потолка, и крепко прижал его к груди.

-Очень хорошо. Я пришел задать вам вопрос. Насчет Омни.

Руками в рваных перчатках без пальцев он почесал затылок.

-Тот самый Омни?

-Да. Расскажи мне, что ты знаешь об этом.

Он снова посмотрел на небо и снова перевел взгляд на костер. Он тихо покачивался на месте. Созерцательный.

-Я нашел Омни на отпечатке, оставшемся много веков назад. Это было приблизительное местоположение к тому, где, я полагаю, когда-то стояла Прецепсия, прежде чем она сгорела .

Я молчал о том факте, что именно я был тем, кто сжег Прецепсию дотла.

-Мой коллега, - продолжал он лепетать. -Он отправился туда и нашел отпечаток. Он был тем, кто прислал это мне. Месяцами, годами я изучал это. Я попытался привязать его к одному из наших существующих языков, а затем, когда это оказалось бесплодным, я изучил символы по сравнению с енохианским языком. Используя все доступные человечеству ресурсы, я искал его перевод. Там ничего не было. Ничего!-Его тело дрожало, когда он говорил. -Когда я прибыл сюда, я искал в ваших текстах какой-то смысл. И все же я ничего не нашел. Я пришел к выводу, что омни бесполезен, если на нем не говорит особая группа, владеющая его языком, известная как мет'лазан. Только они знают его перевод.

Я читал о них в гримуаре еще до того, как страницы выцвели.

-Значит, ”Омни" должен быть переведен ими и никем другим?- Ради Фаррин я надеялся, что это не так, потому что события с суккубом предыдущей ночью подтвердили, что со мной все становится хуже.

-Как я уже сказал, я попытался перевести эти слова сам. Я использовал известные ритуалы для колдовства. Из этого ничего не вышло. Так что, да, я считаю, что это язык, предназначенный только для них .

-Кто конкретно эти Мет'лазаны?

-Целители. Считается, что они подняли Иисуса из его могилы. Могущественные целители, у которых есть доступ к витаилему, существующему в Этериуше.

-Я не понимаю. Как человек получает доступ на Небеса?

Он наклонился вперед, и, несмотря на неловкие жесты, когда он снова огляделся по сторонам, в его взгляде мелькнуло возбуждение. Это была тема, которой он, казалось, был увлечен.

-Точное средство мне тоже не ясно, но как я понимаю, когда умирает ангел или небесное существо, его жизненная сила должна куда-то уходить, верно? Это где-то есть атмосфера, которая окружает небеса, известная как Этериуш. Это мощное свечение, состоящее из тысяч и тысяч погибших ангелов.- Он поднял руки, как бы подчеркивая свою точку зрения. -И это их жизненная сила, которая обеспечивает защиту небес. Если бы она была сломана, это сделало бы их уязвимыми. По сути, Мет'Лазан служит каналом для этой жизненной силы.

-Ты хочешь сказать, что Мет'лазан может черпать жизненную силу из мертвых ангелов?

-Да!- Его руки сжались в кулаки, и он задвигался с жаром. -Омни - это символ, предназначенный для того, чтобы использовать эту энергию. К добру это или ко злу, зависит от Мет'Лазана. К сожалению, я мало что о них знаю, поскольку каждый текст, который я читал, становился неразборчивым прямо у меня на глазах .

Что, вероятно, означало, что какая-то невидимая сила защищала их личность.

-Мет'Лазан - это личность.

-Человек. Древние боги решили, что ни Рай, ни Ад не должны обладать такой властью. Итак, они предоставили его нейтральному источнику. Как будто у него был нервный тик, он снова наклонился вперед, осматривая небо над головой. К сожалению, большинство Мет'лазан даже не знают, что обладают силой Омни. Для них это не очевидно до тех пор, пока их не вызовут говорить .

-Итак, ты не знаешь, как это перевести. Ты не знаешь, как получить доступ к его силе.

-Нет. Я, по сути, бесполезен. Но это не мешает злу искать меня.

Черт. Несмотря на то, что я уже рассматривал возможность того, что он мог не знать, его признание все же нанесло сокрушительный удар по той маленькой