Такая разная любовь - Рацлава Зарецкая

Ему не следовало оставаться у Василисы дома, готовить завтрак ей и ее домочадцам, увлекаться с ними беседой. Не надо было отвечать спросонья на звонок и принимать предложение Василисы погулять. Все эти обстоятельства привели к тому, что в день, когда Антон спал с этой девушкой, он наслаждался каждым моментом их близости.

Под утро наваждение спало, и Антон уже мог мыслить трезво. Он сделал фото, выложил его в сеть и, ожидая реакцию Макса, в хорошем расположении духа тихо покинул квартиру Василисы с твердой уверенностью в том, что сюда он больше не вернется. Он так ей все и сказал, когда она позвонила. Честно признался, что это было на один раз, и что строить отношения с ней он не намерен.

Реакция Воронова последовала незамедлительно. Пусть он уже не был подписан на страничку Антона, но между ними все еще существовал небольшой мостик в виде Дениса Орлова, который проводил в телефоне половину своей жизни.

Увидев на экране телефона номер Макса, Антон широко улыбнулся и в предвкушении ответил на звонок.

— Удали фотку, — тут же потребовал Воронов.

— С какого перепугу? — поинтересовался Антон, глядя на ясное небо, которое, казалось, стало еще ярче, чем раньше.

— Удали фотку, — холодно повторил Воронов.

— Не буду. — Антон коварно улыбнулся и остановился.

Он буквально чувствовал злость Макса, которую тот усиленно скрывал в себе. В голову закралась коварная мысль о том, чтобы помучить бывшего друга еще больше.

— С какой стати мне удалять фотку своей девушки? — довольно произнес Антон.

— Твоей девушки? — удивленно переспросил Максим.

— Да. Мы с Василисой начали встречаться, — сказал Антон, не совсем отдавая себе отчет в том, что он выводит игру на новый, опасный уровень.

— Раз так, тогда не смей обижать ее, — тихо произнес Воронов и отключился.

Так Антону все же пришлось вернуться к Василисе. Сказав, что якобы забыл у нее дома свою книгу, он получил разрешение приехать и поискать ее, однако девушки дома не было. Притворяясь, что ищет книгу, Антон тянул время как мог, но стоящая над душой подруга Василисы не спускала с него подозрительного взгляда. Так и не дождавшись девушки, Антон покинул квартиру несолоно хлебавши. Однако какого же было его удивление, когда, выходя из подъезда, он увидел ее. Широкая улыбка тут же озарила лицо парня. Он поймал себя на мысли, что рад Василисе. Действительно рад. Что-то у него внутри ёкало, когда он видел эту девушку, когда общался с ней. Его душа тянулась к ней, и это было нечто большее, чем просто плотское желание.

Только значительно позже Антон понял, что они с Лисой похожи. Как внешне, так и внутренне. Рядом с Лисой Антону было тепло и спокойно. Он рассказывал ей о том, что ему нравится, и она с неподдельным интересом слушала его. Духовная близость с этой девушкой была не менее приятной, чем телесная, однако это начинало пугать Антона. Эти чувства были ему уже знакомы — к Лиле он испытывал тоже самое, а значит, он снова начинал влюбляться. Влюбляться в ту, которая была нужна ему только для мести. Банально до невозможности, не правда ли?

Чем больше Антон проводил время с Лисой, тем меньше становилась обида на Максима. Он смотрел на девушку, восхищался ей и понимал, почему Воронов не устоял. Василиса Лазурина не была легкомысленной. Она была яркой, веселой и искренней. Эта девушка буквально вся светилась теплым, солнечным светом, пробуждая к жизни всех, кто находился рядом с ней. Антона она тоже оживила, заставила забыть Лилю и обиду на Макса.

Однажды ночью, после смены, Воронов подошел к Антону, который усердно вытирал только что вымытые бокалы для вина.

— Поговорим? — спросил Макс, усаживаясь за барную стойку.

Антон вскинул одну бровь.

— О чем?

— Можно подумать, у нас осталось много тем для разговора, — усмехнулся Макс. — Налей мне виски.

Антон молча выполнил просьбу начальника. Воронов поднес стакан с напитком к носу, вдохнул аромат, ухмыльнулся и сделал несколько глотков.

— Я жутко надрался в тот день, — тихо сказал он. — В очередной раз у меня не вышло признаться Василисе в своих чувствах. Я пил как не в себя, заглушая боль и стыд. Алкоголь помог забыть мне, какой я трус, но вот боль никуда не ушла. Я уже приканчивал вторую бутылку, когда пришла Лиля…

Внутри Антона что-то сжалось. Имя бывшей девушки из уст Макса почему-то вызвало в парне больше эмоций, чем в моменты, когда сам Антон вспоминал о ней.

— Она любила меня, я это знал. Как знал и то, что ты любил ее. Я всегда отталкивал ее, но в тот день сил на это у меня не было. Не помню, как все произошло, но мы переспали. Лиля лучилась счастьем, а я был разбит. Меня словно бросили на пол и растоптали. Одним разом я предал троих: друга, любимую и самого себя.

— Зачем ты мне это рассказываешь? — хрипло спросил Антон, ставя на столик бокал.

Этот разговор начинал его раздражать, поэтому парень отложил свое дело, чтобы нечаянно не разбить красивые и хрупкие бокалы.

Макс пожал плечами и сделал еще один глоток. На Антона он не смотрел.

— Когда я собрался уехать из Москвы, Лиля решила следовать за мной. Этого я допустить не мог, поэтому все рассказал ее родителям…

— … которые отправили ее заграницу. Я знаю эту историю, — перебил его Антон.

Воронов поднял на него уставшие серые глаза, и Бессонов вспомнил, как Василиса иногда с мечтательной улыбкой называла Макса «сероглазым королем». Его это страшно бесило, но, разумеется, он не показывал вида. Не смотря на свои искренние и сильные чувства к этой девушке, Антон старался не показывать ей их, потому что понимал — то, что началось со лжи, не кончится хорошо. Поэтому, вспоминая фразу своей матери о том, что надо душить прекрасные порывы своей души, чтобы выжить в этом мире, он так и поступал.

— С тех пор я ее не видел, — продолжил Макс. — Не знаю, что сделали ее родители, но Лиля меня больше не донимала. Наверно, она забыла меня, забыла тебя. Всю эту историю…

— К чему ты клонишь? — не понял Антон.

— К тому, что если она все забыла, то и нам стоит поступить так же.

— Ты хочешь забыть, как переспал с моей девушкой? — уточнил Бессонов.

— По-моему, все честно. Ты переспал с моей, я с твоей. Лиля любит меня, Василиса тебя. 2:2, друг. — Макс поднял вверх стакан и, подмигнув Антону, допил виски.

— Ладно, мы в расчете, — согласился Бессонов.

Обида на Макса окончательно сошла