Такая разная любовь - Рацлава Зарецкая

— Ты прикалываешься? — спросила я, не зная как расценивать его слова. — Нам тут одной беременной хватает с головой!

Антон проигнорировал мои слова.

— Я хочу, чтобы мы избавились от этих пагубных привычек, которые заполучили из-за нашего расставания. Со своими я почти разобрался. Осталось разобраться с твоими, — объяснил он, садясь рядом со мной. — Если для этого тебе надо забеременеть, я не против.

Я смотрела на Антона широко раскрытыми глазами. От удивления у меня даже задергалось веко. Правое веко. Короче, сказать, что я была в шоке, значит не описать и половины моего нынешнего состояния. Я была в полнейшем ступоре от его слов.

— Слушай, — с трудом выговорила я, сглотнув. — Я пока к этому не готова. Можно сказать, что совсем не готова.

— Почему? Всего пару недель назад ты собиралась выйти замуж за богатого щёголя, который оказался психопатом и наркодилером, — ехидно заметил Антон, сузив свои карие глаза.

— Выйти замуж — это не значит, что я тут же рожу ребенка! — со злостью выпалила я. Бессонов начинал выводить меня из себя.

— Как знать, — протянул Антон, отхлебнув мой кофе и сморщившись.

— Ой, все! Отстань от меня, — вскипела я. От злости меня начинало потрясывать. Я нервно захлопнула крышку ноутбука, чуть не придавив себе палец. Встав из-за стола, я направилась в зал. К черту этот балкон! Вернусь сюда ночью. Со своими вредными привычками, ноутбуком и вдохновением. И никакого Антона!

— Ты не хочешь от меня детей? — тихо спросил он.

Я обернулась. Он смотрел куда-то вдаль, как всегда, когда не хотел столкнуться со мной взглядом. Когда открывал передо мной на несколько секунд свою душу.

И тут у меня ёкнуло сердце. Вся моя злость, все раздражение куда-то ушло. Передо мной остался лишь он один, смотрящий в сторону, с грустными, задумчивыми глазами. Он мог вывести меня из себя всего лишь одной фразой. Мог заставить смеяться и глубоко задуматься всего одной фразой. И одной фразой он мог вызвать во мне такую нежность и любовь к нему, что я сама порой удивлялась, что способна на такие чувства. В этом был весь Антон. Чертовски умный, чертовски сдержанный и гордый, но страшно милый и чувственный.

— Конечно, я хочу от тебя детей, — сказала я, подойдя к нему и обняв за плечи. — Каждая женщина хочет ребенка от любимого мужчины.

Он ничего не сказал. Просто накрыл мои руки своими и тихо выдохнул. Значит, все хорошо. Он спокоен.

— Только давай с этим повременим, — предложила я. — В ближайшие несколько лет я не вытерплю второго тебя или вторую себя.

— Еще может родиться два в одном, — смеясь, сказал Антон.

— Боже, адская смесь, — поморщилась я. — Мне кажется, мы никогда к этому не будем готовы.

Антон согласно закивал.

— Ну что, может, выпьем еще кофе? С коньяком, — предложил он, хитро улыбаясь.

— Пойдем, — согласилась я.

На кухне мое настроение снова поднялось. Мы с Антоном смеялись и дурачились, как малые дети. Машка поглядывала на нас с дивана и тоже посмеивалась.

Когда Антон, наконец-то, сделал себе горячий шоколад, а я с третьей попытки сделала себе кофе, который не убежал, мы, стырив у Машки печенья, ушли в свою комнату.

— Почитаем? Или посмотрим фильм? — поинтересовалась я, усаживаясь на кровати.

— А что ты хочешь? — спросил Антон.

— Я хочу фильм.

Улыбка озарила лицо парня, и я поняла, что он тоже этого хочет. Когда я потянулась за ноутбуком, оставив кружку с горячим шоколадом, он посмотрел на экран и, нахмурившись, принял вызов.

— Да, мам. Что-то случилось?

Я с интересом уставилась на Антона. Его мать не звонила ему с тех пор, как они поругались. Антон сказал ей, что не намерен возвращаться в Москву и что бросает все ради меня, обычной девушки из провинции, которую безумно любит. Разумеется, его мать не одобрила это решение и возненавидела меня еще до нашего личного знакомства, которое, скорее всего, произойдет теперь очень нескоро.

— При чем тут это? — недовольно спросил Антон. — Я называл ей истинную причину нашего разрыва.

Снова воцарилась тишина. Я сходила с ума от любопытства — так хотелось узнать, что говорит ему мать. Вероятно, ничего хорошего, раз лицо Антона мрачнело с каждым разом все сильнее и сильнее.

— Она врет… — сдавленным голосом сказал Антон. — Быть такого не может…

Наши взгляды встретились, и я прочитала в его глазах панику. Что? Антон Бессонов паникует? Быть такого не может!

— Что произошло? — одними губами спросила я.

Он ничего мне не ответил. Только его глаза расширились еще больше. Договорив, Антон откинул телефон на кровать, медленно сел в кресло и, запустив пальцы в волосы, тихо выругался.

Я вскочила и подлетела к нему. Положила руки на его плечи, обтянутые клетчатой рубашкой и вслух повторила свой вопрос:

— Что случилось, Антош?

Он поднял голову и посмотрел на меня взглядом, полным отчаяния и боли.

— Алина беременна.

— Это шутка такая? — не поняла я. — Если да, то мне не смешно. Слишком заезженная уже тема, не находишь?

— Это правда. Мама подтвердила. Нихрена не понимаю, как это вышло — мы всегда предохранялись…

Осознав, наконец, истину положения, я офигела. Первой моей эмоцией оказалась злость. Мне захотелось наорать на Антона, ударить его, заплакать от обиды. Однако мозг мой все еще работал и подсказывал мне, что Антон не виноват. Когда он встречался с Алиной, между нами все было кончено. Как только мы сошлись, он с ней расстался. Точно так же обстояли дела и у меня с этим психопатом Сашей, вот только мужчины не могут залететь. Зато могла я, ведь контрацептивы не гарантируют стопроцентную защиту.

Глядя на то, как убивается Антон, моя злость постепенно сошла на нет, уступив место рациональному мышлению.

— Может, она все же врет? — предположила я.

— Не знаю, — сокрушенно ответил Антон. — Черт, как же это все не вовремя!

Он с размаху ударил кулаком в стену и тут же сморщился от боли. Я схватила его руку и подула на содранные костяшки. Впервые я видела, как мой спокойный Антон так беснуется.

— Тебе надо съездить к ней и все выяснить, — уверенно сказала я, поглаживая его по внутренней стороне руки. — Потребуй тесты, анализы, сходи с ней на УЗИ и проследи за всем.

Антон устало посмотрел на меня. Вид у него был такой, что он вот-вот готов сдаться. Ну, уж нет! Какая-то стерва Алина не отнимет у меня его! Ни за что!

— Не переживай. Если что, откупимся от нее. Будем платить алименты. Будем работать! — я сжала кулак и подняла руку вверх, как делали в