Гончар из Заречья - Анна Рогачева

Зоя, Анфиса, Клавдия и даже Марьяна насладились баней сполна, и вышли распаренные, еле живые от удовольствия.

Пока женщины парились, Глеб с Гришей сходили к торговым рядам. Вернувшись, Гриша сразу пошёл договориться насчёт ужина, а Глеб поднялся к Зое в светёлку.

– Можно?

– Проходи, Глеб. С чем пожаловал? – спросила Марьяна, пропуская его в комнату.

Зоя как раз заплетала влажные волосы в косу. – Ну как?

– Всё путём, – Глеб присел на лавку. – Место нам досталось чуть ли не самое лучшее, совсем недалеко от центрального прохода. Задаток я уже отдал.

– И сколько заплатил? – встрепенулась Зоя.

– Не важно, – отмахнулся от вопроса Глеб. – Главное, что место хорошее. Вы, девоньки, не переживайте, всё путём будет!

Ужинали шумно, весело, с шутками и прибаутками. Пышкин выставил на стол всё, чем был богат: наваристые щи с мясом, гречневую кашу с луком и грибами, пироги с капустой, с рыбой, с яйцом, и ароматный сбитень.

Гриша сыпал шутками, смешными, а местами и грустными, рассказами из жизни. Дед Макар в поддержку, рассказывал истории из своей молодости.

– Ешьте, гости дорогие, – приговаривал Пышкин, подкладывая добавки. – Завтра день тяжёлый, силы понадобятся.

После ужина для детей вынесли стопку пышных оладий, сдобренных ароматным мёдом.

Дети, уже сытые, не смогли отказать себе в такой радости, и, наевшись до отвала, тут же начали клевать носом. Ярик привалился к плечу Глеба и засопел, а Ванечка уснул, не успев доесть, с ложкой в руке.

– Ну что, всем спать, – сказала Анфиса, поднимаясь из-за стола. – Завтра вставать, чуть свет. Мужики, помогите, отнесите детей в кровати, а то, гляньте, как сопят.

Архип с Глебом аккуратно, стараясь не разбудить, подняли на руках мальчишек в светёлку, а сами отправились спать.

Марьяна уснула практически сразу, а Зоя долго ворочалась, пытаясь устроиться поудобнее, но сон не шёл.

– Девочки, – шепнула Зоя в темноту, – вы спите?

– Нет, – отозвалась Анфиса, а Клавдия приподнялась на локте, вглядываясь в темноту.

– Как думаете, завтра у нас получится товар продать? Вдруг он здесь не ко двору придётся, может, их мастера лучше умеют?

– Зой, ты и нас пугаешь и себя накручиваешь. Вспомни Крутобережье, вы там за день расторговались. Всё хорошо будет, – сказала Анфиса.

– Вы, девоньки, главное, хорошо торгуйте, дорого берите, нам еще животинку покупать, вот что важно, прошептала Клавдия.

Зоя улыбнулась в темноте:

– Кто о чём...

– Спи давай. Ты лучше вспомни, как на тебя Глеб за ужином смотрел. Он от тебя глаз не отводил, всё любовался! – прыснула в кулак Анфиса.

Зоя тихо рассмеялась, уткнувшись в подушку и, наконец, закрыла глаза.

А за окном уже затихал Стар-город, гасли огни в окнах, и только где-то далеко слышалось ржание лошадей и цокот копыт, да ветер шелестел листвой в кронах деревьев. Ночь обещала быть спокойной. А утро – суматошным, шумным и, хотелось верить, счастливым.

Глава 59

Зоя проснулась оттого, что кто-то тихонько прикоснулся к её плечу. Открыв глаза, она увидела склонившуюся над ней Анфису, уже полностью собранную, с заплетённой косой и одетую в нарядное платье.

– Просыпайся, соня. Ну ты и горазда поспать. Я встала чуть свет, до петухов, а вы всё дрыхнете, – шёпотом выговаривала мне Анфиса, повязывая платок. Мужики уже на улице, лошадей запрягают.

Зоя со стоном села на постели, растирая лицо ладонями. Дети ещё сладко посапывали, раскинувшись на лавках.

– Разбудим? – спросила Зоя.

– Не надо, пусть поспят, умаялись вчера, – Анфиса махнула рукой. – Клавдия с Марьяной приглядят за ними, а когда Архип приедет за следующей телегой, то их с собой и заберёт. А нам с тобой пора.

Собравшись, они спустились вниз. Гриша с обозниками заканчивали запрягать лошадей, а Глеб с Архипом что-то тихо обсуждали, отойдя в сторонку.

Пышкин расстарался и приготовил изумительный завтрак. Первым делом на стол была подана пшённая каша на молоке и отварные яйца. На столе стоял запотевший кувшин с холодным молоком. Поджаренный на сливочном масле хлеб источал такой аромат, что у всех слюнки потекли. На десерт подали блинчики со сметаной и травяной чай.

Ели молча, наслаждаясь каждым кусочком. Нервозность как рукой сняло, вкусная еда сделала своё дело.

Еще на подъезде к торговой площади начались пробки. Где-то впереди сломалась телега, и теперь все пытались её объехать. Кое-как мы миновали этот участок и повернули к центру площади. Люди сновали,