Хранительница источника - Eaterina

— защита от любопытных и активация. А затем — наверное, из хулиганства — добавила «ловушку для чужих». Так в своё время Лира называла маленькое заклинание, которое изменяла свойства артефакта, если он попадал не в те руки. Например, отращивало уши или носы. Однако стоило вернуть артефакт, как эффект сразу пропадал.

— Что с моей рубашкой?! — вырвал меня из медитации возмущённый вопль.

Усилием воли я заставила себя завершить работу, как положено — завязать всё «узелки», подчистить хвосты, проверить нити подпитки. Только после этого я открыла глаза и обернулась к Валлиару. Двумя пальцами на вытянутой руке он держал свою рубашку, которой я тёрла пол.

Ой!

— Извините, я схватила первое, что попало под руку, и только потом поняла, что это ваша вещь. Но здесь была такая ужасная грязь!

— Почему нельзя было сесть на стул? Зачем обязательно…

Эльф вдруг осёкся и удивлённо посмотрел на меня.

— Что с вами?

— А что со мной? — не поняла я его.

— Ваша внешность… Мне казалось, вы выглядите иначе.

Я обрадовалась — артефакт работал! С трудом поднявшись с пола — ноги затекли от долгого сидения, — я вложила созданный артефакт в руки Валлиару и отошла от него на пять шагов. Минута — и идеальная эльфийская внешность словно подёрнулась рябью, а потом превратилась в самую обычную человеческую.

— Что это? — удивлённо покрутил Валлиар в руках камень, потом посмотрел на меня. — Опять внешность изменилась!

— Это — наша маскировка, — с гордостью объявила ему. — Слишком неразумно тратить свою магию на создание и поддержание заклинания. Артефакт будет работать, когда мы находимся рядом на расстоянии около трёх шагов.

Я приблизилась, демонстрируя сказанное.

— Вы меня удивили. — Валлиар с коротким поклоном вернул мне артефакт. — Только мы не всегда будем находиться так близко. Пусть камень останется у вас. В случае необходимости я могу и заклинание отвода глаз использовать.

— Кстати! — вспомнила вдруг. — Вы же уходили, чтобы купить лошадей. Всё прошло хорошо?

— Да, лошади стоят в конюшне. Или вы сомневались, что у меня получится?

— Ни в коем случае!

Хотя лучше бы сомневалась.

Утром моему взору предстали два древних существа, которые, наверное, были стары уже тогда, когда эльфы только вернулись в Седэанелию. Масть за сединой было сложно разобрать, а ехать на них верхом было бы жесточайшим попранием уважения к старости.

Смех удавалось сдерживать с трудом — просто чтобы не расстраивать эльфа. Ведь он так гордился своей покупкой!

— Зря они решили меня обмануть, — неожиданно с холодной яростью заявил Валлиар, он даже забыл, что обращается ко мне на «вы». — Смотри, Тенна, и запоминай. Любую эльфийскую вещь можно отследить по остаточному следу, потому что наша сила пропитывает всё, что нам принадлежит.

Он быстро сплёл сложное заклинание, чем-то напомнившее мне змею, дал его рассмотреть и запустил, словно выстрелил из лука. «Змея» принялась вытягиваться, оставляя за собой хвост-след. Эльф бросил на меня короткий взгляд и пошёл по заклинанию, ведя за собой одров.

— Не отставай! — с весёлой злостью приказал он.

Едва я поравнялась с эльфом, он создал ещё одно заклинание. Я почувствовала дуновение ветра и осознала, что двигаемся мы гораздо быстрее, чем если бы шли обычным шагом, причём лошади не отставали. Дома и прохожие проносились мимо, сливаясь в пёстрое пятно. Но я почувствовала, как накатывает усталость. Кажется, такой способ передвижения заставлял расходовать немало сил.

Спустя минут десять я уже едва могла шагать, а следить за хвостом заклинания и подавно, но тут Валлиар остановился. Едва не упав, я схватилась за его руку и попыталась отдышаться. Пелена перед глазами потихоньку рассеивалась, и удалось разглядеть троих бородатых селян, расположившихся на полянке вокруг костра и над чем-то хохотавших. Рядом с ними пасся десяток лошадей и стояли две гружёные телеги. Кивнув мне оставаться в стороне, Валлиар пошёл вперёд.

— Нехорошо, господа торговцы, обманывать покупателей, — без приветствия громко заявил эльф, выходя на поляну. — Обиженный покупатель может оказаться не таким уж и безобидным.

Мужики вскочили со своих мест, удивлённо разглядывая появившегося из ниоткуда вчерашнего покупателя. Они только-только отметили удачную продажу двух старых лошадей какому-то простаку. А тут этот простак объявился, словно из-под земли, да ещё и одров за собой притащил.

А Валлиар создал в свободной руке огненный шаг и несколько раз подбросил и поймал его. Селяне отшатнулись назад. Наверное, хотели спрятаться за телегами, но потом вспомнили, что товары на них могут загореться, и остановились.

— Договоримся по-хорошему, — между тем продолжал эльф. — Я забираю двух хороших лошадей и, так и быть, не сообщаю о ваших махинациях Торговой гильдии. А вы даже можете оставить себе этих двух уставших от жизни скакунов. Но придётся вам ухаживать за стариками как следует, потому что я обязательно вернусь и проверю, как они себя чувствуют.

Мужики мелко быстро закивали. Валлиар неспешно отвязал от передка телеги поводьях двух лошадей, оставил на поляне одров и, сжав кулак, чтобы погасить огонь, покинул поляну. Я неслышно похлопала в ответ наего горделивый взгляд.

Да уж, торговаться Валлиар умеет чисто по-эльфийски. Зато можно быть уверенной, что теперь-то старых лошадок будут беречь — с магами в Прайме не спорят.

Отойдя подальше, Валлиар вновь принялся творить волшебство. Он создал сёдла и сумки, в которые можно было бы уложить вещи. Затем осмотрел лошадей, чтобы убедиться в их здоровье, и объявил, что можно трогаться в путь.

— Вот только амуницию придётся всё же купить в ближайшем поселении — на одной магии долго не проехать, слишком затратно и неудобно.

Я вздохнула в ответ на его слова. Любая магия требовала огромных ресурсов и выносливости — это я уже поняла. А ещё мне всё ещё не нравилась верховая езда, пусть это и был один из самых быстрых способов передвижения. Рисковать и использовать порталы я бы ни за что не стала, значит, деваться некуда.

Лошади оказались спокойными и выносливыми, а с помощью эльфийской магии ещё и восстанавливали свои силы гораздо быстрее. Каждый привал вместо трёх-четырёх часов занимал не более двух. В утренние и вечерние часы переходы были дольше, днём останавливались чуть ли не под каждым тенистым деревом. Мы не разжигали каждый раз костёр, чтобы готовить горячую пищу, просто перекусывали тем, что покупали утром на месте ночёвки. Впрочем в такую жару, которая стояла здесь, в