Ну какой же ты мерзавец! - Арина Арская

— Девочки, — Борис хмурится на меня, потом на Алёнку, — давайте дружить. И, Алён, я уверен, что твой папа точно не одобрит того, что ты за него взялась и обиделась

— Господи, я просто спросила, как у него дела! — повышаю я голос несдержанно. — Это была просто вежливость

— Мне-то не заливай, — огрызается Алёнка и смотрит на меня с презрением, — ждёшь, что папа страдает? Что папа весь такой разнесчастный? Нет! — рявкает она. — На неделе уезжает в Китай вместе с Арсением на сделку. И знаешь, что?

Я поджимаю губы

Надо признать

Мне сейчас обидно. Демьян принял моё решение уйти как взрослый человек без лишних истерик и бешенства. Его жизнь продолжается. И… это меня должно радовать, но я злюсь

— Среди переводчиков и сопровождающих много красивых молодых женщин, — Алёнка прищуривается

— Алёна, — устало стонет Борис, — ну , перестань. Это же так глупо

— Я уверена, что он обязательно будет счастлив, — Алёна с угрозой прищуривается, — не сейчас, так потом. Отойдёт от развода, от тебя, и…

— Мне неинтересно, — поправляю очки на носу и скрещиваю руки на груди

— Чёрт, — хрипло выдыхает Борис и прижимает ладонь к груди

— Что случилось? — испуганно говорю я

— Я позову врача, — Алёнка вскакивает и делает шаг к двери

— Теперь ясно, почему ваш дед вот так себя ведёт и вечно прикидывается больным, — Борис убирает руку с груди. — Это работает

— Ты , что, нас разыграл? — Алёнка оглядывается и охает, — Боря, ты обалдел?!

— Боря, так нельзя, — присоединяюсь к Алёне

— Зато вы успокоились, — мой сын хмыкает.

Но он всё равно бледный. Хороша мать. Сыну сейчас в кровь вливают яд, а я думаю про Демьяна, без которого, возможно, я бы сына потеряла

Вот она моя благодарность

Да уж. Трусливая, слабая и неблагодарная тётка, которая решила выбрать жизнь попроще без жутких питонов

Алёнка вздыхает. Смотрит на моего сына, а потом на меня. Хмурится, кусает губы и тихо заявляет:

— Я не хочу говорить об отце. Не хочу говорить тебе о его жизни. Не хочу обсуждать с тобой, как у него дела, потому что для меня это… предательство

— Прости, — я вздыхаю и отвожу взгляд. — Я понимаю. Я была не права

Алёна возвращается на своё место, поднимает на пакет с химией взгляд. Оценивает , сколько осталось Борису терпеть

— Боря, я вас оставлю, — поглаживаю сына по плечу, — ты сейчас в хороших руках

— Теперь всё выглядит так, будто я добилась того, чтобы ты ушла, — бурчит Алёна

— Думаю, что сейчас Боре хочется побыть именно с тобой

Я поднимаюсь на ноги, а Боря, который немного покраснел, фыркает:

— Как же ловко ты меня подставила, мам

Я подмигиваю ему, даже нахожу силы улыбнуться, и выхожу из процедурной. Закрываю дверь, приваливаюсь к стене и на выдохе вскидываю лицо к потолку. Это несправедливо

Демьяна оставила, а эмоции никуда не ушли. Они углубились, оплели всю меня и проткнули острыми шипами тоски

Так не пойдёт

Я должна вернуть в мою голову и сердце Николая, моего покойного мужа. С его образом в голове и груди я жила и могла дышать

Да, я должна вспомнить, как я любила и люблю Колю. Поеду-ка я к его родителям. К тому же им надо рассказать про Бориса и про его химиотерапию

Они помогут мне убрать Демьяна из мыслей

Лучше тихо и печально любить покойного мужа, чем громко и надрывно Демьяна.

Глава 85. О мальчиках

— Почему ты молчала? — спрашивает Людмила Ивановна, мама Николая. — Вика, он же наш внук!

— Чтобы вы не переживали, — вздыхаю я

Умалчиваю о том, что я сама всё не сразу узнала

— И ведь какой молчун, — хмурит густые брови Василий Романович, отец Николая, — приходил недавно и ничего не сказал!

Мы сидим в небольшой уютной гостиной. Год назад мы здесь сделали ремонт и заменили мебель. Теперь фотографии Николая стоят на третьей полке серванта, а также на стильном комоде с высокими ножками

Я смотрю на эти снимки и жду, когда упрямый Демьян уйдёт. И когда меня опять захлестнёт глубокая тоска по мужу, который так светло и радостно улыбается со снимков

— Вика, — голос Людмилы Ивановны дрожит, — а что говорят доктора?

— Дают хорошие прогнозы, — не свожу взгляда с фотографий. — Вовремя поймали. С Колей опоздали

Прислушиваюсь к себе. Должно же что-то сейчас болезненно вздрогнуть

Людмила Ивановна всхлипывает, а я совсем плакать не хочу. Николая не вернуть, и я была с ним счастлива, но это в прошлом

Вместо того, чтобы пустить слезу, я мягко улыбаюсь Николаю на фотографии с его последней рыбалки вместе с отцом

Сколько рыбы они тогда привезли! Я больше половины улова соседям раздала. Они до сих пор вспоминают тех больших и очень вкусных щук

— Господи, а если мы и Бориса потеряем… — Людмила Ивановна дрожащей ладонью вытирает слёзы со щёк

— Я же сказала, — я смотрю на неё, — прогнозы хорошие. И у врача нет выбора, — касаюсь руки Людмилы Ивановны, — если не поможет Борису, то с него Демьян шкуру живьём снимет

Резко замолкаю

Я же не планировала говорить про Демьяна. Не планировала даже упоминать его при разговоре о лечении Бориса

— Какой Демьян? — напрягается Василий Романович

И что мне ответить?

Людмила Ивановна тоже замирает, и слёзы больше не текут из её печальных серых глаз

Я молчу, потому что не знаю, что сказать тем, кто до сих пор оплакивает моего покойного мужа

Я чувствую себя предательницей

Людмила Ивановна по-детски шмыгает, подаётся ко мне и заглядывает в глаза. Шепчет:

— Это твой новый мужчина?

Я краснею от паники. Нервно сглатываю и неосознанно отодвигаюсь от Людмилы Ивановны, будто от неё исходит угроза

— Наверное, он хороший человек, — Людмила Ивановна накрывает мою ладонь своей, — раз… — у неё на глазах снова выступают слёзы, — раз так озаботился здоровьем нашего Бориса

Василий Романович в кресле напротив нас прищуривается, тяжело вздыхает