Сердце стаи - Мариана Запата

– Ладно, ладно. – Я, смеясь, открыла глаза и обнаружила, что все взрослые уже вернулись в свои человеческие тела. Данкан с высунутым изо рта розовым языком плюхнулся мне на ноги. Он был таким счастливым.

Кажется, я еще никогда не видела его счастливее.

– Я так рада, что тебе здорово, – сказала я ему, ощутив, что так все и должно быть, что все мои тревоги и сомнения по поводу этого огромного шага стоили этого момента. Этой его реакции.

– Идем в дом, перекусим, – позвал Генри. – Вы с нами? – спросил он через плечо. Человек Рэндалл стоял рядом с ним.

– Конечно, – ответила я.

Они не почуяли гномов? Пожалуй, мне стоило подождать и попозже рассказать об этом Генри с глазу на глаз.

Я поцеловала Данкана в макушку и застыла на месте. Я прикоснулась к губам, и на пальцах не осталось ничего цветного. Это была не кровь, а просто пот… решила я. Я понюхала пальцы: он них не пахло мочой…

Краем глаза я заметила, как Агнес побежала вслед за Генри и Рэндаллом и вместе с ними направилась к клубу. Мы проследовали за группой в дом, но вместо кухни все двинулись в гостиную. Три доски с мясными закусками уже ждали там на столах: пеперони, салями, нарезанная курица и другие кусочки мяса, которое я не сумела распознать. Я понятия не имела, кто принес все это сюда, но никто не вел себя так, словно это было чем-то из ряда вон выходящим.

Впервые в жизни я не хотела есть – за это можно сказать спасибо гномам, – поэтому осталась позади, когда малыши рванули вперед и стали пожирать еду, которую Эни раздала им, когда они уселись. В отличие от взрослых они не вернулись в человеческое обличье. Менее чем через десять минут трое сытых щенят развалились рядом на паркетном полу и вырубились.

Я фыркнула от смеха одновременно с Эни.

– Чертовски мило.

Паскаль, самый крупный из трех, расположился в центре. Я уже видела, как рот Данкана начал приоткрываться – его фирменный маневр перед тем, как захрапеть, как бензопила. Агнес прижалась спиной к спине Паскаля, а мой Пончик приткнулся к груди мальчика. Я достала телефон и сделала снимков десять.

От чувства благодарности, которое я едва сдерживала, я ощущала себя такой счастливой… такой благодарной за то, что мы нашли это место. Что рядом с Данканом был не один, а целая дюжина других волчат, которые добры к нему, несмотря на разницу в возрасте. Я любила всех их до одного.

– Хочешь чего-нибудь выпить? – спросил Рэндалл в тот момент, когда раздалось два звонка.

Генри и отец Паскаля вытащили свои телефоны. Второй без промедления ответил, тогда как Генри на миг уставился на экран, после чего вышел из комнаты, повернул налево и, рявкнув «Блэкрок», направился в переднюю часть дома. Я уже знала, что так он отвечал, когда ему звонили с работы. Если звонил кто-то с ранчо, он представлялся своим именем.

К тому моменту, когда оба мужчины покинули гостиную, Рэндалл уже держал в руках две разные бутылки.

– У нас есть пиво.

Я оглянулась на кучку из щенят на полу и указала на его левую руку. Он снял крышку с бутылки и с дружелюбной – но не слишком – улыбкой протянул ее мне. Он больше ни разу не просил разрешения обнюхать меня, и я не напоминала ему об этом. Рэндалл был очень, очень хорошим, но от меня не ускользнуло и то, с какой осторожностью он держался со мной. В отличие от Эни и волчат, которые постоянно распускали руки и трогали меня, Рэндалл держал руки при себе, а его тело всегда находилось на расстоянии не менее полутора метров от меня.

Уже из-за этого я вычеркнула его из моего воображаемого списка потенциальных суженых.

Взяв бутылку у Рэндалла, я посмотрела на молчаливого блондина, который, вытянув ноги, развалился на одном из диванов. Я намеренно не обращала на него внимания. Он уже держал в руках бутылку и, как и прежде, не скрывал своего пристального взгляда, которым пялился на меня с другого конца помещения.

Почему же он казался мне знакомым?

Зазвонил еще один телефон, и на этот раз ответил Рэндалл.

– Рэндалл… Да… да… скоро будем… да, я приведу помощь. – Он усмехнулся, а потом завершил разговор. – Констанс упала, и ей требуется помощь. Эни, съездишь со мной? Ей нужно одеться, но она не хочет, чтобы я видел ее голой.

– Ага. – Эни поглядела на мужчину, их зрительный контакт затянулся, будто они обсуждали что-то мне не известное. Затем она с почти нервной улыбкой повернулась ко мне. – Мы скоро вернемся, Нина.

– Без проблем, – ответила я. – Я побуду тут.

Она подмигнула. Затем снова бросила взгляд на мужчину и сделала такое лицо, от которого мне не стало спокойнее.

Он ответил ей тем же взглядом и сделал большой глоток пива, после чего Эни и Рэндалл вышли и направились прямиком к задней двери, которая захлопнулась за ними.

Мне удалось сделать один маленький глоток из почти заледеневшей бутылки, когда незнакомый голос спросил:

– Что, на хрен, ты такое?

Я чуть не рассмеялась от такой предсказуемости. Люди, люди, люди.

Вместо ответа или траты времени на то, чтобы уделить ему внимание, я сделала еще один глоток, которым насладилась вдвое меньше, чем могла бы.

К несчастью для меня, он не понял намека.

– Ты не услышала, что я спросил? – еще раз попытался блондин.

Я подумала о том, чтобы опять проигнорировать его, но чутье подсказывало мне, что это не возымеет желанного эффекта. Поэтому, не глядя на него, я ответила:

– Услышала.

– И? – спросил он самым раздражающе заносчивым тоном, какой я слышала в жизни. Голосом, который обладал способностью вывести меня из себя своей повелительностью. Люди бывали властными, а бывали пассивно-агрессивными.

Мне хотелось нравиться окружающим. Хотелось влиться в их общество. Но какой ценой?

С тех пор как мы переехали сюда, никто ни разу не спросил меня о том, кто я такая – не считая детей, – и никто открыто не избегал меня. Это приятно.

Но именно такой реакции я и страшилась, когда мы приехали сюда.

И он не собирался прекращать.

– Ты слышишь? У меня есть право