Как зомби из трущоб вернула свой кайф - Диана Роулэнд

— Спасибо, — выдохнула я и рванула в короткий коридор, ведущий в заднюю часть магазина. В конце коридора обнаружился крошечный туалет и складское помещение, а слева — кабинет с затолкнутым в угол двухместным диванчиком и письменным столом у дальней стены. На латунной вешалке висело черное шерстяное пальто и твидовая шляпа-федора. Но вот никакого намека на заднюю дверь или запасной выход здесь не было.

Я обернулась к хозяину лавки как раз в тот момент, когда он провернул замок на входной двери и перевернул табличку на «Закрыто». Закончив с этим делом, он развернулся и неторопливым шагом направился в мою сторону с ухмылкой на лице.

Меня уже однажды чуть не подвергли насилию. Правда, я тогда находилась под воздействием подсыпанных препаратов и умудрилась едва не погибнуть до того, как это произошло. С тех пор я много раз прокручивала в голове мысли и чувства по поводу того инцидента. Думала о том, что было бы, если бы человек, подмешавший мне препараты, не справился с управлением на повороте и не погиб в той аварии. Думала о том, что случилось бы, выживи я после того коктейля веществ в моем организме. Кошмары до сих пор изредка навещали меня, пусть даже я пережила этот опыт.

Но сейчас все эти воспоминания поднялись со дна памяти, пока хозяин лавки уверенно шагал ко мне. Он, очевидно, решил, что может воспользоваться беззащитным положением девушки, которая забрела к нему в магазинчик поздним воскресным вечером, чувствуя себя полным хозяином положения. Возможно, он планировал пригрозить полицией в случае сопротивления, обвинив в краже. Выглядел он вполне респектабельно. Сотрудники правоохранительных органов, скорее всего, поверили бы его версии.

— Да блин, мужик, где здесь чертов черный ход?! — выкрикнула я и резко шмыгнула в кабинет, заметив в окно, как Мужчина в Тренче прошагал мимо лавки. Черт. Может, я вообще неправильно оценила намерения Хозяина Лавки? Всё ведь возможно, верно?

— К чему такая спешка? — спросил он, заходя следом за мной в кабинет. Он прикрыл за собой дверь, и его взгляд скользнул по мне с откровенной смесью брезгливости и похотливой мерзости.

Не-а. Ни капельки я не ошиблась. Твою ж мать. Чисто на инстинктах я попятилась назад, остановилась, только когда уперлась поясницей в письменный стол, и упрямо вздернула подбородок.

— Серьезно? — я влила в свой голос максимум издевательского раздражения, хотя для моих собственных ушей он прозвучал слишком высоко и дребезжаще. — Это типа тот самый момент, когда я должна отсосать тебе, чтобы выбраться отсюда?

— Для начала, — ответил он, после чего завел руку за спину и запер дверь кабинета на замок — финт, который, как я прекрасно, блядь, понимала, был рассчитан чисто на то, чтобы меня запугать.

Я скинула капюшон с лица и оскалила зубы. У меня вообще-то был ствол, но от звука выстрела сюда мигом сбегутся все саберовские ищейки.

— Ты часто так делаешь? — спросила я. — Видишь девчонку в беде и решаешь, что можно круто подсуетиться?

Он просто пожал плечами, расстегивая ремень брюк, и продолжал пялиться на меня так, что мне до безумия захотелось содрать с себя собственную кожу и залезть под кипящий душ.

— Всё, что я вижу прямо сейчас — это тебя, — бросил он, расстегивая ширинку.

Я опустила взгляд на вялый член, который вывалился из его штанов.

— Буду считать, что это «да», — констатировала я и снова перевела взгляд на его лицо. — Стопудово это у тебя далеко не первый раз.

— Соси давай, мелкая шлюха, — процедил он с ублюдской ухмылкой, — или я звоню копам и говорю, что поймал тебя на краже.

И хотя я прекрасно знала, что он скажет именно это, у меня всё равно на мгновение перехватило дыхание. Пульс бешено заколотился, а на задворках сознания заверещал старый, въевшийся страх, пытаясь внушить мне, что я слабая, маленькая и ни хрена не смогу дать отпор этому мужику. Старые комплексы тут же подпели хором, добавляя, что я вообще не стою того, чтобы за себя драться, и что проще дать всему случиться, а потом попытаться забыть это как страшный сон.

Вдруг в комнате раздался тихий рык, и я не сразу сообразила, что этот звук рвется из моего собственного горла. К черту страх и к черту комплексы. Я стоила того, чтобы за себя драться. Каждая, блядь, женщина стоит того, чтобы за себя драться. И плевать, отбросы они, торчащие на наркоте, или богатые и популярные фифы. И плевать, одеты они как бездомные оборванки, или в обтягивающие юбки со шпильками, или в джинсы с фланелевыми рубашками. Никто не заслуживает чувствовать себя беспомощной и ничтожной тварью — именно так, как этот гребаный гондон хотел заставить чувствовать меня и, я ни капли не сомневалась, до этого заставлял чувствовать других девчонок.

— Если ты собираешься звонить копам и заявлять о преступлении, — произнесла я, разминая пальцы, — то повод должен быть куда интереснее банальной кражи.

Тень мимолетного замешательства промелькнула на его лице, но он быстро взял себя в руки, снисходительно хмыкнул и сделал пару движений рукой по своему дурацкому члену:

— Ты реально думаешь, что я испугаюсь мелкой шлюхи, которая едва мне по пояс…

Остаток его фразы потонул в захлебывающемся крике боли, потому что я со всей дури, какую только могла из себя выжать, впечатала кулак прямо в его идеальный нос.

Он со свистом отлетел назад и прилип спиной к двери, а его руки автоматически взлетели к лицу, из-под которых хлынул багровый фонтан крови. Я мгновенно отпрянула назад, зафиксировав боевую стойку. И — о чудо! — мои пальцы на руке были целы, а это значило, что мой триумф над Кэрол Энн в баре не был случайной флуктуацией. Походу, все те долгие часы издевательств над боксерской грушей в спортзале наконец-то принесли свои дивиденды!

Вот только этот тип не был такой тряпкой, как Кэрол Энн. Ему потребовалось всего пара секунд, чтобы прийти в себя: ярость в его глазах мгновенно выжгла всю боль. Он с силой оттолкнулся от двери и ринулся на меня, выставив вперед руку, похожую на кошачью когтедралку.