Крыло богини и мягкое перышко для нее - Тата Шах

— Ариана тихая. Иногда странная, всегда приходит, когда кому помощь нужна. Два дня назад Ермилу помогла кашель убрать. Я взяла на заметку ее способ. Настой из коры сосны помог лучше меда и молока.

Призналась, что мне надо бы с этой женщиной обсудить кое-что важное. Теперь-то я была уверена, она та самая служительница воли безымянной богини. Арта подорвалась со мной. Мол она проводит, знает где та поселилась и ежели что поддержит меня. Пришлось сознаться зачем мне нужна Ариана, а то уже кто-то надумал себе невесть что.

— Ой, а я думала, она что натворила. Ты ж не общаешься ни с кем без дела.

Вот и справедливый упрек. Позабыла о людях, решая мифические проблемы предстоящего похода.

Подруга быстро собралась и потянула меня на соседнюю улицу. Их и было-то всего две. Вторая всего из шести домов, но они стояли отдельным рядом, видимо не достроили и ушли так все бросив. Потянулась неосознанно к ключу в кармане. Староста тогда в предгорье отдал мне его, на рассказав, что он от заимки. А ведь дома не были заперты. Я его так и носила с собой.

— Арта, а ты не знаешь есть ли в поселении дом или кладовая какая запертые?

— О, так мы идем в нужное место. Третий дом по второй улице имеет потайную дверь. Сначала туда сходим?

— Это подождет. Идем к Ариане.

Минут пять и мы остановились у нужного дома. Не успели постучаться в калитку, как в окне показался женский силуэт. Она ждала нас. Как по заказу калитка отворилась. Мы с сомнением прошли в небольшой дворик. Калитки и заборы отдельная история. Поселенцы кинулись строить их первыми. Невысокие, неказистые они создавали призрачный шанс на уединение. В домике стояло шесть пар обуви, хотя было тихо.

— Проходите, все ушли на сходку. Сегодня князь тренирует сам.

— Кто живет с вами?

— Муж мой, его брат с женой. Нам повезло попасть к колдуну вместе. И двое его друзей. Мы тогда ехали на ярмарку. Ты правильно понимаешь, мы все ракуарье. Даже в наше время богиня помогала нуждающимся, — она молчаливо указала на лавку. Не отказались от приглашения, присели, чтобы слушать, и не пожалели. Откровения Арианы поражали странными вывертами, но были очень полезны, — я просто пыталась спасти семью, когда пришла в храм. Тогда в городах были ее храмы. Простые белесые каменные башни без жрецов. Но я там была. Внутри всегда царит чистота и пустота. Она не потребовала невыполнимого. Сказала, когда придет время надо будет передавать ее слова.

Арта воскликнула.

— Ты Вестник? Говорят, что боги выделяют их, когда у мира приходит нужда.

Я добавила логическую цепочку.

— Она знала, что доживешь до этих дней.

Ариана ухмыльнулась незлобно, как-то обреченно.

— Безымянная могла и поспособствовать нашему попаданию к колдуну. Как сейчас помню тот день. Ралиурис, брат мужа настаивал, чтобы мы поехали по тракту, а мой Сирил как с цепи сорвался. Все торопился приехать к началу боев. По тракту бы нам не прибыть было к открытию ярмарки.

Я спрашивала о том, что было действительно важно.

— Необычная история. Но как нам услышать глас богини? Что нужно? Обряд какой?

Женщина посмотрела на меня недоуменно.

— Ты должна сама знать. Пробуй!

Я попробовала позвать богиню, задавала вопросы, но женщина молчала, не подавая признаков посещения озарения. Хлопнула от беспомощности ладошками по столу.

— Придем в другой раз. Богиня видимо занята сейчас. Сеанс связи недоступен.

Но тут Арта покачала головой.

— Что-то должно быть этакое, служащее вызовом богини.

Сама очевидность! Нам что дуть на кленовые листы? Или искать те странные цветы в роще? В какой-то миг взгляд сместился к печи я замерла. На каменном приступке стояла небольшая фигурка богини.

— Ты ее сберегла или нашла уже здесь в поселении?

Арианна ответила не таясь.

— Когда мы пришли этот дом никто не занял. Увидела фигурку богини и поняла, что этот дом наш.

Была не была, подхватила деревянную фигурку, расписанную красками, не облупившуюся от времени и сохранившуюся вполне в приличном виде. Погладила статуэтку, ощутив родное тепло от нее. Слова сами возникли в мыслях, будто ждали именно этого момента.

— В ней магия? Богиня услышь меня. Мне нужны ответы.

Мы с Артой подскочили к женщине, у которой закатились глаза. Она вдруг спросила тяжелым гортанным голосом.

— Два вопроса сегодня. Три перед походом. Не тяни. Она долго не сможет удерживать мою ауру.

И что задать из ста имеющихся вопросов? Что самое важное? Задавала вопросы наугад.

— Как мы можем победить тьму? — внутри разлилось тепло, будто она одобрила вопрос.

— Вспомни символ Солонь Яроват! Во всех мирах он противостоит тьме. Солнце и Тьма две стороны одной медали. Помести тьму в круг солнца, она станет послушной. Князь знает нужный обряд. Крови достаточно нескольких капель.

Она словно слышала мои мысли, отвечала именно на них. Второй вопрос возник сам.

— Где боги? Почему они не откликаются?

— Ты знаешь ответы. Они не забыли. Они окружены непроходимыми препятствиями. Закроешь разлом и сможешь услышать их.

Ариана открыла широко глаза, и задышала тяжело, будто сеанс связи и правда отнял у нее силы. Она говорила с надрывом.

— Она слишком другая. Мои силы вроде есть, и вроде иссякли в трубу.

Арта пояснила вслух наши догадки.

— Ее магия настолько сильна, что соприкосновение с ней отняло твои жизненные ресурсы. Может позже станет легче. Ты помнишь ее слова?

— Да. Она великодушна. Мне осталось отработать всего три вопроса. Когда будешь их задавать не разменивайся. Задай самые важные.

Я уже и сама понимала, что необходимо тщательно продумать их.

Оставив женщину восстанавливаться, дав ей попить крепкого травяного настоя, мы отправились к соседнему дому. Я сразу поняла к кому мы пришли в гости. Сегодня на хозяйстве остался Ларан, верный помощник Карния. Так старый воевода знал о том, что именно в его доме находятся двери, которые можно открыть ключами?

— Арта, какими судьбами? — парень не кланялся, поглядывал с любопытством на мою спутницу. Та не стушевалась, заявив.

— Чего разглядываешь? Мы пришли на тайные двери посмотреть. Веди нас.

А вот парнишка стушевался под ее напором.

— Может воеводу дождемся?

Знала бы, что мы найдем за дверями, так и сделала бы.

Мы стояли у тех самых дверей,