Неистовые. Меж трёх огней - Алиса Перова

А дальше сплошной позитив! Тренажёрный закуток, обнаруженный на цокольном этаже, оказался размером с хороший спортивный зал. Я бы прямо тут и остался, но экскурсия только началась. Танцевальный зеркальный зал, тир, автодром, гараж на хренову тучу машин, крытый бассейн, зимний сад… а ещё — оборжаться! — каменный чёрт, писающий в пруд.

— И как тебе? — спрашивает уже весёлая и игривая Диана.

— Ну-у… твоё наследство впечатляет, — искренне признаю я. — Особенно автопарк и писающий рогатый мальчик.

— Это, Гена, лишь мизерная крошка наследства, и это всё принадлежит моему сыну, — Диана испытующе смотрит на меня, а я даже не знаю, что тут сказать, да и как умом объять… поэтому говорю, что думаю:

— Вот же попал, бедняга.

А Диана начинает хохотать, а потом вдруг обнимает меня, а я совсем не понимаю, как реагировать. Нет, я, конечно, тоже её прижал (когда ещё представится случай?!) и стою, замерев, как истукан.

— Спасибо, Генка, ты прелесть!

— Да? Должен заметить, что ты тоже очень даже ничего…

— Как же ты прав, Гена, — бормочет она мне на ухо, — как же ты прав. Этого всего слишком много, непостижимо много! И я так боюсь, что из моего сына получится второй Демон.

Демон?!

— А первый кто?

— Мой дед. Он был очень страшным и могущественным человеком… и очень несчастным. А Реми… он совсем не такой — он добрый, хороший… он очень любит меня и Эйлен, но мир его ценностей… он опасный и неправильный. Для него огромное значение имеет семья, но дружба — это пустой звук. Есть только нужные люди и деловые партнёры… понимаешь, о чём я? Гена, ты мне очень нужен! Ты же поможешь мне, ты ведь не уедешь?

Я?!. Чёрт, но почему я?

Я сжимаю в объятиях самую роскошную женщину, но вместо душевного подъёма ощущаю растерянность — так странно и непривычно слышать отчаянные нотки в её голосе.

— Помогу, конечно, но ты же знаешь, что я узкопрофильный специалист. Правда, если надо кого-то успокоить… — я усмехаюсь, — ты только свистни.

— Не-эт, Гена, — теперь в голосе звучат стальные нотки, а Диана выпутывается из моих рук и снова становится той, кем и была всегда — привычной и милой моему сердцу Драконихой. — Мне не нужен специалист широкого профиля. Обычно я нахожу правильных людей, а уже потом делаю из них классных специалистов. Об этом мы поговорим позднее. А сейчас я хочу, чтобы в ближайшие пару недель ты прочувствовал все прелести моего гостеприимства и полюбил этот город. А уже потом… — Диана выдержала коварную паузу, — ты не захочешь отказаться.

— Хм… Звучит интригующе. Но… почему я, Диан?

Она улыбается хитро и немного снисходительно.

— Мне кажется, Гена, ты сам о себе слишком мало понимаешь. Вечно спешишь пробить лбом стены, вместо того, чтобы поискать нужную дверь.

— А ты знаешь, где эта дверь?

— Полагаю, ты сам её должен найти… но я могу подсветить тебе путь.

— Ты ведь даже не знаешь, чего я хочу для себя.

— Например, открыть свой ресторанчик?

— А… — я просто потерял челюсть. — Но я об этом даже Максу никогда не говорил… никому!

Вообще-то, для начала я планировал спорт-бар и качалку, а ресторан — это потом, по доходам. Но этими мыслями я не делился даже с мамой, чтобы не быть треплом — всё думал, прикидывал, взвешивал.

— Ой, только не смотри на меня так, — рассмеялась Диана. — Поверь, я не читаю твои мысли, но рада, если попала в точку. Я, Гена, умею наблюдать и слышать главное. И уверена, что мы будем полезными друг для друга.

— М-м… Диан, я пока не очень понимаю… Но, если что, я вполне способен заработать на свою мечту.

— Да не пугайся ты, Ген, я не стану осыпать тебя халявными деньгами, однако я хочу предложить больше — я дам тебе полезные знания и навыки… и отличную возможность заработать. И, предупреждаю, будет очень непросто. Но разве ты боишься трудностей?

— Трудности — это очень заманчиво, но по-прежнему звучит как «пойти туда — не знаю куда».

— Прости, я хотела рассказать тебе обо всём позднее, но меня уже непозволительно занесло. Конечно, ты прав… я расскажу.

Я молча киваю и жду.

— Знаешь, Гена, сколько человек включает в себя служба безопасности нашего холдинга? Тысячи! Личная охрана, охрана предприятий, юристы, аналитики, оперативники, разведчики, программисты… да я до вечера всех не перечислю. А знаешь, сколько из них тех, кому я могу доверять? Здесь, во Франции, только двое.

— Негусто.

А потом Диана утягивает меня в сторону леса и обрушивает на мой мозг своё заманчивое предложение. Я хмурюсь, удивляюсь, торжествую, загадываю, сомневаюсь и реально пугаюсь. Это гораздо больше и удивительнее, чем то, о чём я мог мечтать, и куда сложнее, чем я мог себе представить. Но разве от таких предложений отказываются?

— А те двое, кому ты доверяешь, они кто? — спрашиваю, не торопясь с ответом.

— Уже знакомые тебе — Одиссей и Жак.

— Оди?! А разве он тоже в штате?

— А что тебя удивляет? Он уже почти год живёт на две страны.

Вот же жучила!

— А Жак… ему ты тоже доверяешь?

— Он в нашей СБ уже больше двадцати лет, а рядом со мной — больше шестнадцати. Жак, конечно, мужик противный, но мы с ним столько всего вместе прошли…

— Так он с тобой с самого твоего детства?

— С детства? — удивлённо переспрашивает Диана.

— Ну а как, если больше шестнадцати лет… — поясняю я и осекаюсь.

До меня вдруг доходит, что детство у этой девочки закончилось уже в двенадцать лет. И это куда страшнее, чем то, чего стоит опасаться мне. Внезапно мне хочется обнять этого отважного дракончика, но я усмиряю свой порыв и беру её за руку.

— Знаешь, Диан, я не уверен, что заслуживаю такого предложения, но я тут подумал… А почему бы и не да?

Глава 70 Париж

Париж (две недели спустя)

Унылая пора! Очей очарованье!..

Клянусь, если бы проныра Пушкин не написал об этом лет двести назад, то сегодня я сказал бы именно так, заменив унылое словечко на более выразительное. А родись я на пару веков раньше — неминуемо быть бы поэтической дуэли между Александром Сергеевичем Пушкиным и Геннадием Эдуардовичем Цветаевым.

Осень в Париже

Пора! И я, продрав спросонья очи,

В туманной дымке чудный город вижу.

И, как вчера, с утра до поздней ночи

Пешком я буду шляться по Парижу.

* * *

На завтрак сладкий кофе с круассаном…

Недорого и очень символично.

На