Тайна Великого Алхимика - Варвара Корсарова

Ниже – схематичный рисунок груши, под ним – пустое место, и в самом низу страницы – три бледных, почти невидимых символа.

Сердце вновь дрогнуло. Опять это предчувствие чего-то необычного! Как мягкий толчок, как подсказка. С Мариной такое порой случалось. Что-то тут не то, шептал ей инстинкт. Присмотрись-ка!

– Ты знаешь, что это? – Марина показала Элфи символы.

– Груша. Треугольник. Перечёркнутый треугольник. Перевёрнутый треугольник. Ерунда какая-то.

– Зачем алхимик их нарисовал?

Элфи прищурилась, поднесла листок ближе к керосиновой лампе и подкрутила рычажок, чтобы пламя стало выше и ярче.

– Осторожно! – прикрикнула Марина.

И накаркала! Язык пламени взметнулся до края стеклянного колпака и задел уголок рецепта. Бумага почернела и съёжилась.

Марина выхватила лист и хлопнула по нему ладонью, чтобы потушить. Успела, хоть и обожглась. Но всё же лист бесценной рукописи лишился уголка.

– Что ты натворила?! – Она сердито глянула на Элфи.

– Фолиус нас убьёт, – съёжилась та. – Слушай, давай ему не скажем! Ведь листок был вложен в книгу как закладка. Мы заберём его с собой и выбросим. Библиотекарь не заметит.

– Смотри! – прервала её Марина.

На пустом месте проступили, как по волшебству, бледные буквы:

«Ящтсвчбюуъябцдцръ»

– Слова н-написаны н-невидимыми чернилами, – заикаясь от волнения, сказала Марина. – Соком лимона или лука. Бумага нагрелась от лампы, и слова проявились.

– С ума сойти! – изумилась Элфи.

– Ящтсвчсщ… тьфу!.. буюя… – попробовала прочесть Марина вслух и запуталась в собственном языке.

– Звучит так, как будто тебя тошнит, – сказала Элфи. – Больше не произноси вслух. Вдруг это страшное заклинание?

– Я думаю, это шифр!

Марине хотелось прыгать от восторга. Её предчувствие тайны оправдалось!

– Надо спросить у библиотекаря, вдруг он знает, как расшифровать.

– Но сначала он пожалуется на нас директору и нас выгонят из школы из-за испорченной рукописи, – прошептала Элфи. – Сами разберёмся с шифром! Думаю, что уже знаю ответ.

– Ты?! – недоверчиво глянула на неё Марина.

– Ага, – кивнула Элфи. – Всё просто. Надо лишь…

– Ваше время истекло! – замогильным голосом объявил библиотекарь, заходя в комнату. Остановился, потянул носом воздух и зловеще спросил: – А почему пахнет палёным?

– Наверное, из-за нагара на фитиле. – Элфи быстро сунула обгоревший лист в карман. Марина прикусила язык.

Библиотекарь забрал рукопись, внимательно её осмотрел, но не нашёл к чему придраться.

– Ну всё, моя хорошая, пора баиньки, – ласково сказал он книге, погладив её по корешку. И буркнул девочкам: – До свидания. Приходите завтра.

Небо потемнело, из осенних туч накрапывал дождик. Марина поёжилась и закинула на спину тяжёлую сумку с учебниками.

– Так вот, шифр… – громко начала Элфи, но замолчала и толкнула Марину. По дорожке брёл надзиратель Вулф, заложив руки за спину.

Он увидел Марину и кивнул.

– Здравствуй! Как прошёл первый учебный день? Не успела нахулиганить?

Марина помотала головой.

– Да я шучу. Сразу ведь понял, что ты не хулиганка, – улыбнулся он. – Вы, наверное, спешите на ужин? Нам по пути!

При надзирателе обсуждать записку алхимика было невозможно.

По дороге девочкам пришлось выслушивать жалобы Вулфа на очередных безобразников, которые зачем-то надели на бронзового профессора ночной колпак и написали у него на спине нехорошее слово.

Столовая – рефекторий на академическом жаргоне и тошниловка на школьном – пряталась в подвале.

Марина уже побывала здесь во время обеда, но не успела всё хорошенько рассмотреть, потому что учительница задержала её на перемене, и Марина торопилась проглотить суп и успеть на следующий урок.

Учеников кормили в мрачном зале с низким потолком. Вдоль стен тянулись деревянные столы, вытертые локтями.

За раздаточным прилавком распоряжался толстый повар в грязном колпаке. Он грубо покрикивал на учеников.

– Чего застыла? Выбирай скорее! – рявкнул он Марине. – Капусту с мясом или пирожки с горохом?

– Бери пирожки, – скомандовала Элфи.

Марина не послушалась и попросила тушёную капусту – из духа противоречия. Указания Элфи ей надоели.

Сама бы она не выбрала Элфи в подруги и теперь лишь терпела, потому что не решалась велеть ей отстать. К тому же их связало общее преступление – похищение рукописи из библиотеки.

Интересно, Элфи и правда поняла, что означают загадочные слова?

Но обсудить тайну незамедлительно не получилось. Неподалёку сидела Сона с подругами, и они могли подслушать. Придётся подождать.

Марина без удовольствия жевала склизкую капусту. Мясо в блюде было странное – сухие комки с резким вкусом.

В зале появились три кота: белый, чёрный и полосатый. Они запрыгивали на столы и совали морды в тарелки.

– Это коты Пигуса, повара. – Элфи предложила полосатому кусок пирожка, но тот лишь презрительно глянул на девочку. – Их у него целая стая.

Марина любила кошек – но не в столовой! От них в тарелку летит шерсть.

– Пускать животных на стол нечистоплотно! – возмутилась она. – Нужно сказать повару, чтобы он их прогнал.

– Не надо! С Пигусом лучше не связываться. Ещё плюнет тайком тебе в тарелку. Он странный тип, – понизила голос Элфи. – Никого к себе в кухню не пускает. Там у него стоит алхимическая печь. Ведь тут, в подвале, раньше была лаборатория мэтра Алоиса. Огонь в печи не гаснет уже пятьсот лет, представляешь?! Говорят, что Пигус варит в ней философский камень.

Марина хмыкнула.

– И капусту. Почему здесь подают так много блюд из капусты?

– Она полезная, – пожала плечами Элфи. – Её дают морякам в дальнем плавании, чтобы у них не было цинги. Это опасная болезнь, от которой человек слабеет и теряет зубы. А в капусте есть какие-то вещества, которые помогают нам оставаться здоровыми. Мой папа аптекарь, и он хочет продавать особые таблетки, чтобы не нужно было есть капусту. Но их ещё не изобрели. Папа даёт деньги одному учёному, и тот старается выделить из овощей эту полезную штуку. Но пока у него не получается. Хотя папа уже придумал для таблеток название – «Пилюли здоровья и долгой жизни». Хотя лучше придумать что-то покороче. – Элфи задумалась.

– Можно использовать слова из древнего языка учёных, – предложила Марина. – Например, «вита», то есть жизнь. Пусть назовёт таблетки… скажем, витапорты. Это значит – «несущие жизнь». Или витамины[4]. Так красивее.

– Да, неплохо. Папе, наверное, понравится, – пробормотала Элфи.

Сона с подругами понесли грязные тарелки к стойке. Марина огляделась. Теперь рядом никто не сидел, и можно говорить о деле, а не о капусте.

– Элфи, ты правда разгадала шифр?

– А то!

Элфи достала листок из кармана, разложила на столе. Взяла салфетку и вынула карандаш.

– Это старинный шифр. К нему нужен ключ – особое слово.

– И где мы его возьмём?

– Да вот оно. – Элфи