Татарские народные сказки - Автор Неизвестен -- Народные сказки

– Ты что, совсем из ума выжил? – удивляется жена. – Из чего это я тебе сварю? Ничего же нет…

– Как это нет? – возмущается муж. – В амбаре вон целый див лежит, а если того не хватит, вот тут рядом еще один наготове сидит. Живо разделаем!

После этих слов дива-гостя как ветром сдуло.

Со страху бросился он в окно, вылетел наружу и пустился наутек. Бежит – только пятки сверкают. А навстречу ему Лиса.

– Куда это ты разбежался, приятель? – спрашивает его. – Аж дух у тебя захватило?

Див в ответ:

– От верной смерти ушел. Там, в деревне, оказывается, человек живет, который нашего брата заманивает да вылавливает. Чуть было в суп к нему не попал – еле ноги унес.

Лиса на это только смеется:

– Этот-то замухрышка? Да он в ветреный день боится даже на улицу выйти. Пойдем, я сама тебе его выловлю.

Осмелел див, послушав Лису, и решил вернуться. А человек тот вышел на крылечко, встречает их.

– А, это ты, давно тебя поджидаю, – говорит. – Отец твой задолжал мне семьдесят дивов. Теперь одним меньше станет. Давай его скорее сюда!

Как услышал это див, набросился на Лису:

– Ах ты, злодейка, за отцовские долги мной расплачиваешься?

Одним ударом сшиб ее с ног и побежал без оглядки. Навстречу ему Заяц.

– Куда это ты несешься как угорелый?

– Здесь, в деревне, один мужичок объявился, дивов поедает. Чуть было в котел к нему не угодил, чудом вырвался!

– Не может быть, – говорит Заяц, – ведь это трус, каких свет не видывал! Пойдем, я тебе его сам поймаю.

Див и слушать его не стал.

– А твой отец сколько дивов ему задолжал? Вы все, оказывается, ходите здесь, дивами торгуете, – запричитал он, сбил Зайца с ног и убежал без оглядки.

Убыр-Таз

Жили, говорят, в прежние времена три брата. Два старших умными слыли, а младший, сказывают, был дурак. Звали его Убыр-Таз. И ничего-то он делать не умел.

Как-то раз говорят ему братья:

– Чем так баклуши бить, пошел бы ты, дурень, в лес да поставил там капкан. Глядишь, зверь какой угодит.

Убыр-Таз так и сделал. Устроил западню, а на следующий день видит – попался в нее огромный медведь. Вызволил его Убыр-Таз из капкана и отпустил на волю, а сам вернулся домой. Дома братья спрашивают:

– Ну что, изловил ли кого?

– Да так, – говорит Убыр-Таз, – поповская черная корова попалась.

Наутро он вновь отправился в лес. Глядь, сидит в капкане волк. Освободил его Убыр-Таз и вернулся домой. Братья снова спрашивают:

– Ну как, поймал ли сегодня кого?

– Да так, – говорит Убыр-Таз, – поповская черная телка попалась.

В третий раз пошел Убыр-Таз осматривать капкан и нашел в нем лису. Отпустил и ее, а дома братья опять выспрашивают:

– Кого поймал, Убыр-Таз?

А тот свое:

– Поповский красный теленок попался.

На четвертый день угодил в капкан заяц. Убыр-Таз и его отпустил. Братья спрашивают:

– Поймал?

– Поповская белая собачонка попалась, – ответил тот.

Рассердились братья на то, что Убыр-Таз дурачит их россказнями про поповских телят-собачат, и строго-настрого наказали ему:

– Впредь не чуди, кто бы ни попался – в дом тащи!

Когда Убыр-Таз в очередной раз вернулся из лесу, братья, как всегда, спрашивают:

– Попался ли кто?

– Шурале{35} попался, – отвечает Убыр-Таз, – но как сказал «обогащу» да пригласил погостить, так я его и отпустил.

И впрямь, на следующий день пошел Убыр-Таз в гости. Шурале приветливо встретил его, угостил как следует, а на прощание дал ему короб с дорогими подарками да пригласил зайти еще разок.

Вернулся Убыр-Таз домой, поставил короб на полку, а сам ненадолго вышел. Тем временем жадные невестки набросились на коробку и все его добро перепрятали.

На другой день Убыр-Таз вновь пришел к Шурале. Тот дал ему еще один короб, но предупредил:

– Пока не дойдешь до дому, внутрь не заглядывай.

Не вытерпел Убыр-Таз, заглянул в короб раньше времени. В тот же миг выскочили из него девять колотушек и ну колотить, ну дубасить беднягу по голове!

– Короб, закройся, – догадался сказать Убыр-Таз, и колотушки тут же спрятались обратно.

Пришел Убыр-Таз домой, оставил свою ношу на полке, а сам вышел. Сунулись невестки к коробу, но как выскочили оттуда девять колотушек да как принялись поддавать им тумаков!

– Спаси-помоги, Убыр-Таз, – заголосили невестки, когда он вернулся. – Мы отдадим все, что у тебя забрали, только уйми ты свои колотушки!

– Короб, закройся, – только и сказал Убыр-Таз, как колотушки убрались на место.

С той поры, говорят, зажил Убыр-Таз со своими братьями и невестками дружно, богато и счастливо.

Ловкий джигит

Жил некогда джигит-бедняк. С двух сторон от него баи жили, деньгами сорили. А этот горе мыкал, в нужде перебивался.

– Был бы я богат, – говорил, – я бы такие дела сотворил!

Услышал его бай-балагур и ну выспрашивать: мол, что да как…

– А вот уж так, – отвечал джигит да помалкивал.

Решил проверить его бай и дать ему денег взаймы, а там посмотреть, что из этого выйдет.

– Вот тебе сто рублей, – говорит, – когда разбогатеешь – вернешь, – а сам посмеивается.

Взяв деньги, джигит немедля купил стог соломы и – что бы вы думали?! – вмиг сжег его дотла. Только солома догорела, так он, скажу я вам, живо собрал золу в кучу и набил ею огромные мешки. А там нанял телегу с лошадью и отправился со своим грузом на морской остров. Добравшись до острова, встал наш джигит с подветренной стороны, подождал, когда ветер разыграется во всю силу, и начал золу из мешков выбрасывать. И столько золы он по ветру пустил, что небо потемнело и мгла заволокла остров. А на этом острове, оказывается, город стоял, в котором пэри жили. Невмоготу им стало от черной пыли, и примчались они к джигиту.

– Ты, джигит, бери что хочешь, – говорят, – только избавь нас от этих мучений. А то нам совсем житья не стало.

– Будь по-вашему, – отвечает джигит, – вот только изготовьте мне двести кирпичей. Сто из них пусть будут обыкновенными, а остальные сто – драгоценными: вложите в них самые дорогие, какие на свете есть, камни-самоцветы. А когда все это будет готово, отнесите кирпичи на то место, куда я укажу.

Сказано – сделано. Отнесли пэри кирпичи туда, куда джигит велел, уложили так, что драгоценные оказались внизу, а обыкновенные – сверху.

В это самое время возвращаются баи с ярмарок. Кто с Макарджи{36}, кто еще откуда. Словом, наторговались – домой едут. Едут и похваляются, кто какой барыш поимел. Этот на тыщу товару продал, а тот