Татарские народные сказки - Автор Неизвестен -- Народные сказки

Делать нечего баю, пришлось за проделки дочерей золотом расплачиваться. Своими руками отдал Мимылдыку сто тысяч, проводил его за ворота.

Привез Мимылдык уголь целехоньким домой и вывалил в лабазе на сухое место, а на золото бая стал хозяйство свое поправлять: поставил дом в два этажа, и амбар, и белую баньку, и конюшню построил. Любо-дорого посмотреть. Выезжать начал на хорошем тарантасе, запряженном парой рысаков.

У тукылдыков сердце кровью обливалось, так и жгло, так и горело от зависти. Вот однажды пришли они всем скопом к Мимылдыку – он как раз в ту пору палисад красил разноцветными красками – пришли и стали его расспрашивать: как, мол, тебе удалось разбогатеть так скоро? Уж не знаешь ли ты какого секрета? Мы ведь думали тебя с сумой по свету пустить, а ты вон… И откуда тебе такое везение?

Все как на духу рассказал им Мимылдык:

– Вот вы сожгли мои дрова, а я собрал весь уголь да в села повез. Там, слышь-ка, золото на уголь меняют. Попробуйте-ка и вы. Может, и вам повезет.

Не успел он договорить, как тукылдыки сорвались с места и ну со всех ног бежать в лес. Сожгли они дрова, а уголь погрузили в арбу и повезли в соседнее село. Как только они въехали на деревенскую улицу, все девять на разные голоса принялись кричать как оглашенные:

– Кому уголь?! Уголь кому?! Меняем уголь на золотые монеты. Гей, гей, поторапливайтесь, живей!

Увидели их крестьяне и выскочили кто с дубиной, кто со сковородником, кто с кочергой – и ну колотить, ну колотить да приговаривать:

– Болваны вы этакие! Будете знать, как уголь на золото менять!

Еле-еле удалось тукылдыкам ноги унести. Только тут поняли они, как хитро провел их Мимылдык. Они и дров своих лишились, и тумаков от крестьян вдоволь получили.

Свалили они уголь за околицей и злые-презлые вернулись к себе в деревню. Во что бы то ни стало решили отомстить Мимылдыку. Собрались и ринулись к нему в дом. Но Мимылдык увидел их в окно и успел спрятаться. Тукылдыки искали его, искали, но нигде не нашли. Тогда разозлились пуще прежнего и в ярости задушили его мать.

Выбрался Мимылдык из своего укрытия, увидел мать и горько заплакал. Потом вымыл ее тело душистым мылом, одел в чистое платье, на шею бусы повесил, на руки браслеты надел, обернул в дорогое одеяло, посадил на тарантас на пуховую перину, сам сел вместо кучера на облучок и поехал вон со двора.

Долго ли, коротко ли ехал он, но вот приехал, наконец, к тому баю. Не успел он въехать во двор, как дочери бая мигом окружили его и стали тормошить.

– Скажи-ка, абый, а кто у тебя там в тарантасе сидит?

– Это моя сестренка, – отвечает Мимылдык, – вот повез ее в город к родственникам. Пусть погостит.

– Открой одеяло, мы хотим посмотреть, красивая ли у тебя сестренка?

– Что вы, нельзя! Не вздумайте ненароком без меня посмотреть. Чего доброго, сглазите, она и умрет. Уж очень глаза дурного боится, – ответил Мимылдык и принялся будто лошадей распрягать. Напоил, накормил, а сам все поглядывает, не затеют ли чего девушки.

Не утерпели плутовки, заглянули тайком под одеяло – и ужаснулись, увидев там тело мертвой женщины, поскорей отошли в сторону. А Мимылдык увидал это и зарыдал в голос:

– О горе мне, горе, сестренку мою единственную погубили, сглазили байские дочери!

В это время на крыльце дома показался и сам бай.

– В чем дело? – спрашивает. – Что стряслось?

– Да вот дочери твои уморили сестру мою, пуще глаз я ее берег…

– Да не убивайся ты так, – говорит ему бай, – за сестру свою можешь выбирать любую из моих дочерей, что по душе придется. Коли ты холост, женись на ней, а нет, так пусть будет тебе сестрой милой, служит при доме, а потом отдашь ее замуж за доброго человека, на свадьбе будешь сидеть на почетном месте.

Выбрал себе Мимылдык из трех девушек самую красивую, женился на ней. После этого схоронил свою мать со всеми почестями, посадил жену рядом с собой на тарантас и повез ее домой.

Прослышали об этом и тукылдыки, явились к Мимылдыку.

– Где ты разыскал этакую красу? – спрашивают. – И как смог жениться на ней?

– Вы задушили мою мать, – говорит Мимылдык, – а я повез ее в одну деревню и обменял на первую красавицу.

Пришли тукылдыки домой, убили свою мать, обернули ее в лохмотья, посадили в чуман и повезли в соседнее село.

– Гей, гей, – закричали они, – кто здесь меняет живых на мертвых? Есть тут у нас одна старуха. Выпускайте скорей своих дочерей!

Как услышали это крестьяне, выскочили с дубинками и ну колотить тукылдыков да приговаривать:

– Экие вы дурни, право слово, да где это слыхано, чтобы живых на мертвых меняли?!

Едва удалось тукылдыкам ноги унести. Еле живые выехали они за околицу, сбросили тело своей матери в какую-то яму, злые-презлые вернулись к себе домой и стали размышлять. «Надо во что бы то ни стало поймать и утопить этого Мимылдыка», – решили они. И вот они снова ворвались в его дом, заломили руки за спину и связали. Потом запихнули в мешок из рогожи и понесли к реке. «Если его так сбросить, он все равно придумает какую-нибудь хитрость и выберется, – рассуждают они. – Лучше жердями затолкать его на глубину».

Отправились они домой за жердями. Пока готовили жерди, устали, сели чай пить.

А в это время один пастух пригнал к реке на водопой свое стадо, коров и овец. Смотрит, мешок стоит на берегу. Подошел, потрогал – а там человек сидит.

– Эй, скажи, что ты там делаешь? – спрашивает.

– Да вот залез погреться, – отвечает Мимылдык. – Знаешь, как тут тепло. Хочешь, и ты залезай, только сначала выпусти меня отсюда, а то вдвоем не уместимся.

– Только ты не обмани меня, – просит пастух. Очень уж хочется и ему погреться.

Выпустил он Мимылдыка из мешка, руки ему развязал, а сам поскорей вместо него забрался. Мимылдык завязал мешок и спрятался.

Вскоре и тукылдыки явились. У каждого в руке длиннущая жердь. Повалили они мешок набок и покатили с берега. Столкнули в реку и стали топить его, подталкивая жердями. Вода еще некоторое время бурлила и пенилась, а потом совсем успокоилась.

Обрадовались тукылдыки, что наконец-то избавились от Мимылдыка, и довольные пошли к себе домой.

Вот стали они добро Мимылдыка делить.

– Дом будет мой! – кричит один.