Татарские народные сказки - Автор Неизвестен -- Народные сказки

Пораскинул старик умом так и этак да и решил уступить корову тому человеку за стоимость овцы. Принес деньги домой и говорит жене:

– Эх, старуха, мы свою скотину за корову принимали, а она, оказывается, не корова вовсе, а овца.

– Да почему ты так говоришь? – удивляется старуха. – Выходит, обманули тебя.

Обидно стало деду.

Ладно, взял он сколько-то из тех денег, что за корову выручил, и снова пошел в город на базар. Зашел в три чайханы, с хозяевами обо всем условился: «Приведу я троих гостей, ты их напоишь, накормишь досыта». А деньги за угощение вперед уплатил.

Ходил он по базару, пока не набрел на тех жуликов. Поздоровался и говорит:

– Вы хорошо заплатили мне за овцу, пойдемте-ка в чайхану, хочу угостить вас.

– Ну что ж, – отвечают жулики, – коли тебе того хочется, и мы не прочь.

Старик напоил, накормил гостей, а после снял с головы старую шапку и шмякнул ею об стол. С тем и пошли вон.

Походили они по базару, а старик уж в другую чайхану ведет. У него и здесь все заранее с чайханщиком условлено было и деньги уплачены. Радуются жулики, пьют, едят, пока досыта не наелись. А после старик опять шапкой о стол ударил, крикнул: «Расчет!» – и, попрощавшись с хозяином, пошел прочь. Удивляются жулики: как это он без денег обходится да еще и других угощает?

Походили они по базару, и опять зовет их старик в чайхану. Наевшись, напившись, они встали. Старик опять, как и раньше, ударил шапкой о стол, крикнул слово «расчет» и, попрощавшись, вышел.

Не утерпел тут один из жуликов:

– Послушай-ка, агай, как это ты умудряешься целый день угощать нас, не уплатив ни копейки? Нет ли в этом чуда какого?

– Есть, – отвечает старик. – Все дело в моей шапке. Стоит ударить ею, как деньги появляются на том месте сами собой.

– Продай нам свою шапку, – просит жулик.

– Я бы продал, – говорит старик, – да денег у вас не хватит.

Большую цену заломил старик за шапку. А у тех денег-то много. Недолго думая, отвалили они за шапку целую кучу.

Вернулся старик к старухе и говорит:

– К нам жулики пожалуют, так ты впусти их в дом, только по одному, не всех разом.

Скоро жулики сообразили, что старик обманул их, разыскали его, пришли к нему домой и спрашивают старуху:

– Дома ли старик-то?

– Так-то он дома, только по одному заходите.

Те рады, что нашли старика, на все согласны. Входят они по одному, а старик головы им срубает, а туловища к стене прислоняет.

Настал вечер. Стучится к ним николаевский солдат:

– Позвольте ночь переночевать.

– Входи, – говорит старик, – только в подполе у меня человек стоит. Снеси его на кладбище, не то шайтаны уснуть тебе не дадут.

Солдат здоровый собой. Спустился в подпол, вынес одного жулика да отнес на кладбище. А старик уж другого жулика на то же место ставит. Говорит он солдату:

– Ты еще по дороге шагал, а этот уж воротился, снеси его назад, попробуй в другом месте бросить.

Солдат и второго жулика понес.

– Готово! – рапортует солдат. Глядь, а тот все на старом месте стоит.

Говорит ему старик:

– Снеси-ка, брат, еще разок. На этот раз за ограду не заноси, а прислони его тут же, у входа, уж теперь, небось, не вернется.

Делать нечего, послушался солдат старика. Повстречался ему поп из соседней деревни, спрашивает:

– Ты чего это тащишь, служивый?

– Тише, батюшка, – говорит солдат, – не шуми ты. Это шайтан, я его на погост тащу.

Услышал это поп да с перепугу припустил во весь дух, только его и видели.

Прислонил солдат свою ношу к ограде и назад пошел.

Накормил старик служивого, напоил, спать уложил, а наутро простился.

Крепостной и помещик

Сказывают, будто в старые времена людей судили не как теперь. Стоило человеку чуть-чуть ошибиться, как его тут же хватали и в суд тащили. Велика ли, мала ли его вина, никого не интересовало. В любом разе в шапку две бумажки бросали, на одной значилось «казнить», на другой – «помиловать». Какую человек вытянет, так тому и быть.

Вот один помещик доставил в суд своего крепостного.

– Этот человек, – говорит он, – мужиков моих мутит, против меня подбивает.

Подговорил он судей, а те в шапку обе бумажки со словом «казнить» положили.

Друзья шепнули крестьянину: «На обеих бумажках слово «казнить» написано». Выслушал их мужичок будто между прочим, вида не подает.

– Почтенные! – говорит он судьям. – Пусть помещик выполнит мою последнюю волю: возьмет у вас грамоту, чтобы в ней все по закону было, отпустит крепостных на волю, а мне велит раздать им свои земли. С такой грамотой в кармане спокойней будет умереть.

«Все равно уж не жилец, – решили судьи, – пусть себе потешится».

И дали ему грамоту.

Положил тот крестьянин грамоту в карман, достал из шапки бумажку и проглотил ее. Помещик и судьи оторопели, увидав такое. Пришлось им развернуть вторую бумажку. А на ней, известное дело, «казнить» написано. Совсем растерялись судьи, не знают, что делать, как быть. Говорят мужику:

– Ты вынул бумагу со словом «помиловать».

И освободили его.

Так мужичок и сам жив остался, и крестьян землей наградил.

Горе

Давным-давно жили два брата. Насколько один был богат, настолько другой был беден. Богатый брат в город переехал, хоромы себе отстроил, в купцы записался. А у бедного ни кола ни двора. До того беден, что куска хлеба нет. Сидят его дети вокруг стола и плачут. Вконец измучился бедный брат, пошел к реке рыбу ловить. Не попалось ему ни одной рыбки. Вернулся он домой и сказал жене:

– Не пойти ли мне, жена, к брату?

– Ладно, ступай, – ответила жена.

Пошел бедняк в город пешком, отыскал брата. Рассказал ему о своем житье-бытье и взмолился:

– Помоги, братец, горю моему, дай хоть что-нибудь. Дома ни крошки хлеба, жена с детьми сидят голодные.

Сказал богатый бедному брату:

– Поработай у меня неделю, тогда посмотрим.

Согласился младший, остался у богача и стал выполнять всю черную работу: подметал двор, носил воду, колол дрова. Целую неделю батрачил он у старшего брата. А тот дал ему на прощание буханку хлеба. Обрадовался бедняк, поблагодарил брата, уйти собрался.

Окликнул его брат у порога:

– Подожди-ка!

Остановился бедняк, ждет, что ему брат скажет.

– Завтра у меня день рождения, приходи с женой в гости.

Усмехнулся младший брат и ответил старшему: