Рита и волшебное яйцо - Жанна Бочманова

– Откуда ты взялся? И почему мне помогаешь?

– Сама меня высидела, а теперь спрашивает! – Змея, вернее, змей покачал в воздухе хвостом.

– Ой! – Она прижала руки к щекам. – Значит, это ты из яйца вылупился? А где ты был все время? Почему не показывался?

– Ты не просила. Вот сейчас попросила, я пришел.

– И ты все можешь? И маму можешь вернуть?

– Нет, я в основном по хозяйству. Корову подоить, пирогов напечь…

– Так это мне и нужно! – обрадовалась Рита. – И молоко, и пироги. Еще сметану сбить.

– Это просто. – Леммюз мелькнул в воздухе и завис над коровой.

Она увидела, как сам собой поднялся бидон, как откинулась его крышка. Когда Рита подошла, емкость была заполнена парным молоком, пенившимся по краям.

– Красота. – Рита плотно закупорила бидон. – Спасибо, как тебя там?

– Леммюз. – Змей качался перед ее лицом.

– Хм, буду звать тебя Люми. Поехали домой. Там дел невпроворот.

– Позови, как понадоблюсь. – Змей сверкнул в воздухе и пропал.

Глава 11. Рита борется с тестом и получает неожиданный результат

Заглянув в бидон, стоявший на лавке, Агриппина удовлетворенно всплеснула руками.

– Ай, ловка! Что ж, дело за малым, сметану сбить. Управишься, позови. Мешать тебе не стану, вижу, намерение твое сильно.

Баба-яга скрылась в соседней комнате, где (Рита краем глаза подсмотрела) высилась кровать под балдахином и с пирамидкой подушек, крытых ажурной салфеткой.

– Да-а-а уж, – мурлыкнула Патти, неожиданно вынырнув откуда-то из угла. – Хорошо эта Агриппина устроилась. Сама спать, а мы тут надрывайся.

– А что делать, Патти? – Рита развела руками. – Мне маму спасать нужно.

Кошка потерлась о ее ноги.

– Ну ты давай начинай. А я пойду понаблюда-а-аю.

– Я думала, ты мне поможешь.

Патти фыркнула.

– Не-а, у меня же лапки. – И она тихонько проскользнула в приоткрытую дверь, за которой скрылась Агриппина.

– Люми, – тихо позвала Рита. – Мне бы тут это, помочь надо.

– Да здесь я, – прошипело существо у нее над ухом. – Вон там, в голбце, достань сепаратор. – Он указал хвостом на дверцу за печкой.

В небольшой кладовке, которую Люми назвал голбцом, стояли кувшины, горшки и непонятный предмет: сверху чаша, с одного бока желобочек, а с другого изогнутая ручка.

Рита лила молоко в сепаратор и думала, что в сказках все иначе. Там влез корове в ушко, глядь – вся работа выполнена. Или вот фея палочкой взмахнула – и готово.

– Налила? – Люми завис над сепаратором, и ручка прибора вдруг завертелась со страшной силой, как пропеллер.

Через несколько минут Рита держала в руках целую кринку густой желтоватой сметаны. Патти терлась о ее ноги и мурлыкала.

– Ага, – укорила Рита, – как работать, так никого нет, а как сметанку пробовать, так сразу прибежала. – Но все равно положила кошке в блюдце сметаны. – Люми, будешь? – Она протянула змею кринку.

– А каши нет?

Против воли Рита хохотнула. Такой змей, с такими волшебными способностями, а просит каши. Она достала горшок и поставила перед Люми. Тот залез в него целиком, из горшка раздалось чавканье.

Из горницы вышла заспанная Агриппина.

– Что, уже? – Она рассматривала сметану и даже попробовала на вкус. – Да ты мастерица.

Рита побоялась признаться, что она тут вовсе ни при чем, и лишь пожала плечами.

– Теперь тесто замесить надобно. Да не простое, а с твоим желанием.

– А проводник как же?

– А вот что испечешь, то тебя и поведет. Тут я не в силах помочь. Вот тебе мука, вот дрожжи, вот масло.

Едва она ушла, Патти махнула хвостом и пошла следом. Рите даже обидно стало. Хорошо быть кошкой, никаких обязанностей.

– Эх, вот так и проверяются друзья, – вздохнула она. – Люми, тут снова без тебя никак.

Змей вылетел из горшка, который заметно опустел.

– Тесто? Это просто. Это вообще самое простое.

Рита послушно выполняла указания Люми, и вскоре опара в кадушке поднялась, попыхивая. Вообще-то она знала, что тесто так быстро не делается, но вот же оно, почти готовое.

– Вот бы ты еще и проводника испечь помог, – попросила Рита.

– Нет, это не в моих силах. – Люми покачал хвостом. – Простые пироги, калачи, каравай могу. Проводник дело такое – личное. Я тебе с печкой помогу, чтобы не пригорело.

– И на том спасибо, – вздохнула она. Вот же загадка с этим проводником. Как его печь? Каким сделать?

Тесто меж тем уже начало выпирать из кадушки и даже сползать по стенкам. Рита перенесла его на большой деревянный стол. Насыпала муки, размазала ее по столешнице и опрокинула кадушку. Тесто вывалилось и запыхтело, опадая и поднимаясь. Она дотронулась до него пальцем, и тот прилип к тесту или тесто к нему. Пока Рита пыталась освободить палец, увязла ладонь. Началось сражение. Через несколько минут лицо, руки и даже волосы были в тесте. Она вооружилась скалкой, но тесто все равно не подчинялось. Тогда Рита принялась сочинять:

Замешу в кадушке тесто,

Испекутся пироги,

Киндоворп укажет место,

Где скрываются враги.

И в лесу, и ночью черной

Маму все равно спасу,

Даже если пропаду.

Ворон черный, где ни прячься,

Все равно тебя найду.

И тесто как-то присмирело, может, заслушалось ее стишками с хромающей рифмой. Рита же так увлеклась сочинением, что не заметила, что именно лепили ее руки. А когда опомнилась, на противне лежал большой круглый бледно-молочный шар. И Рита засмеялась. Затем поискала на полке в баночках, нашла изюм и воткнула две ягодки в тесто, а чуть ниже провела ножом полукруглый разрез.

– Да уж! Колобок, – прошептала она. Но что вышло, то вышло.

Рита сунула противень в печь и села на лавку. Ноги гудели, руки ныли. Да, домашняя работа совсем не так легка, как она раньше считала. А мама и работать успевает, и по дому хлопотать. Рита вспомнила, как отлынивала от уборки и мытья посуды.

Люми завертелся у печки.

– Готово! Доставай, а то подгорит.

Колобок лежал на блюде, прикрытый чистым полотенцем. В комнате появилась Агриппина, словно ждавшая этого момента, и всплеснула руками.

– Ай да молодец. Хорошая хозяюшка. – Она оглядела Риту. – Только грязная. И нос в муке, и волосы в тесте. Давай-ка я тебя почищу.

Баба-яга провела руками по ее одежде, и сами собой исчезли грязные пятна, а шорты и футболка стали свежими, будто только что из стирки.

– Ничего себе! С таким умением и стиральной машины не надо.

– Это легкое волшебство, – вздохнула Агриппина. – Если бы и другие проблемы