Александр Покрышкин - Олег Юрьевич Симонов

пилот мог тренироваться в управлении самолётом на земле. И сам часами занимается на этом тренажёре, хотя понимает: занятия эти вряд ли когда-нибудь пригодятся ему по-настоящему.

Покрышкину двадцать два года. Вроде бы немного. Но Александр чувствует, что с каждым днём всё дальше отодвигается его заветная мечта. Он смотрит, как другие ребята садятся в аэропланы и поднимаются в небо. Нет, он не завидует им. Но на сердце тяжело. Чем больше его ценят товарищи-пилоты за отличное знание самолёта, тем отчётливее он понимает: никогда ему не стать одним из них.

Возвращение мечты

В жизни каждого человека бывают поворотные моменты, когда с ним происходит что-то важное. В ноябре 1935 года авиатехник Покрышкин получил путёвку в санаторий на Чёрном море, где отдыхали лётчики и авиатехники.

Поздняя осень, сильные ветры, пенные гребни волн... Александр смотрел на разыгравшуюся непогоду и думал о своей судьбе, которая, казалось, была к нему так же сурова, как суров этот рокочущий прибой, с силой ударяющий в прибрежные камни. В это время года почти никто уже не купается. Но Покрышкин, не раздумывая, нырял в холодную воду и плыл, борясь с волнами. А затем шёл на лодочную станцию и, будто вновь вызывая непогоду на бой, отправлялся навстречу волнам в лёгком судёнышке.

Впрочем, вскоре оказалось, что не один Александр любит мериться силой с морем.

— Поплывём вдвоём? — услышал он однажды, когда готовил лодку к спуску. Присмотрелся внимательно: да это же сам Степан Супрун, известный лётчик-испытатель! Его портрет печатался в газетах под репортажами об авиапарадах на Красной площади в Москве.

— Поплывём! — решительно кивнул Покрышкин.

И вот они рассекают буруны: вперёд, навстречу бурному морю! Движения гребцов точны и сильны, Супрун и Покрышкин увлечены работой. Вскоре берег остаётся далеко позади.

Шторм утихает, и можно поговорить. Покрышкин расспрашивает знаменитого авиатора о полётах, о новых аэропланах. Супрун отвечает охотно. Он чувствует в Покрышкине настоящий интерес к лётному делу, видит, что его товарищ по лодке такой же смелый, целеустремлённый, вдумчивый, как он сам.

— На каком самолёте ты летаешь? — весело спрашивает Степан.

Покрышкин опускает вёсла.

— Я авиатехник, — его голос становится угрюмым.

— Не может быть, — вырывается у Степана. — Ты всем похож на лётчика.

Так завязалась их дружба. Снова и снова, изо дня в день, продолжались их походы по бурному морю, совместные занятия спортом и разговоры по душам. По окончании отпуска Александр и Степан расстались настоящими друзьями. Супруну не удалось помочь Покрышкину перевестись из авиатехников в пилоты, но доброе слово Степана оказалось для Александра ещё важнее. Он почувствовал веру в свои силы. И решил бороться за свою мечту до конца.

Вскоре после отпуска Александр узнаёт, что вышел новый приказ, который разрешает лучшим авиатехникам переучиваться на лётчиков. Он спешит в Краснодарский аэроклуб — школу, в которой юноши и девушки учатся летать на самолётах. Все мысли об одном — только бы ему позволили пройти программу подготовки пилотов.

Начальник аэроклуба не хочет принимать его в лётную команду. «Это невозможно, — говорит он, — курсанты-пилоты уже заканчивают учиться. Они занимаются давно. У них скоро выпуск». Но Покрышкин не собирается уступать, он просто не уйдёт из этого кабинета, не добившись разрешения выучиться на пилота.

«Что же, — сдаётся наконец начальник, — если успеешь пройти курс до выпуска... Теперь всё в твоих руках».

В тот же день Александр оформил отпуск на службе и принялся за учёбу. Занимался днём и ночью. За семнадцать суток напряжённой работы Покрышкин прошёл годовой курс лётной подготовки. Он сдал экзамены, выполнил несколько вылетов с инструктором. И вот момент, которого он ждал многие годы. Первый самостоятельный полёт! Внизу проплывают поля, тянутся ленты дорог. А ты один в бескрайнем небе, и аэроплан несёт тебя, покорный твоей воле.

Как стать истребителем?

Вскоре Александр Покрышкин был направлен в Каминскую авиашколу, старейшую в России. С её аэродрома, расположенного поблизости от Севастополя, когда-то взлетали первые русские лётчики, в том числе Пётр Николаевич Нестеров[3].

Александр учится с утра до вечера. Больше всего времени уходит на тренировочные полёты. Он осваивает фигуры высшего пилотажа. Виражи, боевые развороты, бочка, переворот через крыло, иммельман, мёртвая петля, штопор — каждую фигуру Покрышкин старается выполнять как можно лучше.

Курсант Покрышкин, кажется, никогда не бывает доволен собой. Он снова и снова повторяет одни и те же фигуры, исправляет недостатки. Александр убеждён: лётчик должен составлять одно целое с машиной. «Я сросся со своим самолётом, чувствовал его как своё тело», — говорил он позднее. А для того, чтобы этого достичь, нужен огромный труд.

Но зачем лётчику высший пилотаж? Может быть, для красоты? Александр отвечает на этот вопрос иначе: уверенно выполняя фигуры пилотажа, ты можешь занять лучшую позицию в воздушном бою. Пилотажный манёвр заканчивается тем, что лётчик-истребитель ловит самолёт противника в прицел и уничтожает его. Ведь главная задача пилота-истребителя — победить в воздушном бою. На её решение должны быть направлены все силы лётчика.

Но достаточно ли для победы умения управлять самолётом и меткой стрельбы? Оказывается, нет. Однажды в библиотеке Покрышкину попалась статья авиатора Евграфа Крутеня[4], героя Первой мировой войны. Евграф Николаевич писал в ней, что для победы в воздушном сражении лётчику необходимо разработать план боя. Пилот похож на строителя, который сначала на бумаге делает подробный чертёж, а затем, используя кирпичи и доски, возводит по чертежу красивый дом. Так и лётчик-истребитель — он загодя «чертит» план сражения, после чего стремится осуществить его на деле, пользуясь «кирпичиками» — фигурами пилотажа.

«А ведь правда! — подумал Александр, прочитав статью Крутеня. — Пилот должен продумывать свои манёвры заранее. Нужно иметь наготове план сражения, а лучше — несколько, чтобы неожиданные манёвры противника не застали тебя врасплох».

Но и хороший план боя может оказаться недостаточным для победы над врагом. Настоящим победителем в воздушном бою может быть только тот, кто силён духом, кто готов не щадить себя ради других людей, ради своей страны. С волнением читал Александр слова советского лётчика-испытателя Валерия Чкалова[5], они верно выражали то, что думал он сам: «Победителем будет только тот, кто с уверенностью идёт в бой. Я признаю только такого бойца бойцом, который, несмотря на верную смерть, для спасения