Александр Покрышкин - Олег Юрьевич Симонов

Савин и Табаченко недоумённо поднимают брови.

— Раньше мы только защищались. У нас не хватало самолётов. Не было радиосвязи, мощного вооружения. А сейчас всё иначе. Страна выпускает много новых самолётов. Вы знаете эти машины: Ла-5, Як-9. Они ничем не хуже немецких. На них переучиваются пилоты из других полков. Нашему полку предстоит воевать на «аэрокобрах», которые поставляют нам союзники. У нас есть всё, чтобы как следует бить врага. Теперь самое главное — подготовиться к будущим боям, понять, какие приёмы, какая тактика помогут нам выиграть воздушные сражения у хвалёных фашистских асов. Давайте думать и обсуждать!

Покрышкин набрасывает на листе бумаги схему воздушного сражения, стрелками отмечает направление движения советских и вражеских самолётов. Показывает чертёж своим товарищам, задаёт им вопросы: как выходить из-под огня в этом бою? какой манёвр лучше применить, чтобы зайти в хвост противнику? как ведомому правильнее прикрыть своего ведущего? У Покрышкина множество примеров из своей жизни. На них самые сложные тактические приёмы становятся понятными.

Друзья Александра готовы спорить с ним, предлагать что-то своё. В покрышкинской землянке появляются на свет новые замыслы, новые правила ведения боя. Эти замыслы должны приблизить победу.

Ещё в начале войны Покрышкин понял: в воздушном поединке побеждает тот, кто умело использует высоту и скорость. Да, кто владеет высотой, тот хозяин воздуха. Почему бы тогда не изменить устаревший способ патрулирования? Цель патрулирования состоит в том, чтобы заранее обнаружить появление противника над заданным районом.

По прежним инструкциям, самолёты, неся патрулирование, должны выстроиться в круг и двигаться друг за другом на малой скорости, экономя горючее. Покрышкин не согласен с этим: если скорость истребителя мала, его легко сбить. Он предложил другой способ патрулирования и назвал его «маятник». Самолёты набирают большую высоту на границе района. Приближаясь к его центру, они постепенно снижаются, не теряя скорости, а потом опять набирают высоту. Затем разворачиваются и — новое снижение к центру. Движение самолёта похоже на движение маятника. Если внезапно появляется враг, истребитель уже готов к бою: благодаря высоте и скорости он быстро занимает выгодное положение и атакует противника.

Или другой пример — детально разработанный Покрышкиным приём ведения боя «соколиный удар». Как сокол падает на свою жертву с большой высоты и молниеносно бьёт её крепким клювом, так действует и пилот-истребитель: набор высоты перед атакой, разворот, пикирование на цель, и сама атака, быстрая, мощная. При «соколином ударе» скорость очень велика, время атаки мало. Нужна снайперская точность и выдержка, чтобы, подойдя к вражеской цели, в упор расстрелять её за считаные мгновения. Позднее, в боях за Кубань, Покрышкин попросил инженеров полка вывести огонь всего бортового оружия «кобры» — пушки, пулемётов — на одну гашетку. Нажимая на неё в конце «соколиного удара», он обрушивал на врага всю лавину огня.

...Быстро летит время в рыбацком посёлке на берегу Каспия. Много часов проведено в обсуждениях и спорах. Много полётов выполнено пилотами-гвардейцами на новой технике. Освоены «аэрокобры», отточены в учебных боях новые приёмы воздушных сражений. Теперь желание одно — поскорей на войну, громить ненавистного врага.

Жаркое небо Кубани

Весной 1943 года получен долгожданный приказ: отправить 16-й гвардейский полк на фронт. Под крылом «аэрокобры» знакомые степи, плодородные пашни, кубанские чернозёмы. Дорогие сердцу места... Здесь, в краснодарском аэроклубе, Александр впервые сел когда-то в кабину учебного аэроплана. Здесь стал пилотом. А теперь нужно очистить эту благодатную землю от фашистов.

Наземная станция подала срочный радиосигнал:

— Приказываю идти на Краснодар. Прикройте город! Возможно появление фашистских бомбардировщиков.

— Есть! — отвечает командир эскадрильи Александр Покрышкин.

Шесть «аэрокобр» взлетели для патрулирования. На одной из них номер 13 — это истребитель Покрышкина. Впереди по курсу Александр Иванович заметил восьмёрку мессершмиттов.

— Я — Покрышкин, атакую! Речкалов, прикрой!

«Аэрокобра» под номером 13 прошла над мессерами. Затем вираж, стремительное пикирование и «соколиный удар». Приблизившись вплотную к вражескому истребителю, Покрышкин выполнил мощный залп из всего оружия. Мессершмитт загорелся и устремился к земле. Готов! Другие попытались уйти вверх, но там их поджидала пара Григория Речкалова. Огонь! Вспыхнул ещё один мессер. Остальные в панике рванули на запад.

Продолжив полёт к линии фронта, гвардейская эскадрилья встретилась с новой группой вражеских самолётов. В воздухе закрутилась стремительная карусель на виражах. И вновь на прицеле Покрышкина мессершмитт. Огонь! Фашист убит, мессер пикирует и врезается в землю...

Закончив патрулирование, группа вернулась на свой аэродром. Итог боевого вылета — девять сбитых врагов. На земле, в штабе дивизии, не верят: «Сбили девять и не потеряли ни одного?» Покрышкин пожимает плечами, молчит. А про себя думает: «Не на счёт воюем, а для Победы».

Он уже направился к двери, как раздался телефонный звонок.

— Стойте, Покрышкин, — голос офицера штаба звучит виновато. — Командующий армией наблюдал за боем эскадрильи. Он лично подтверждает ваше донесение о сбитых самолётах и просит передать благодарность пилотам-гвардейцам.

Кипят бои в кубанском небе, жестокие бои. Лучшие немецкие эскадры день за днём идут к линии фронта. Мессершмитты изо всех сил стремятся захватить господство в воздухе. У них всегда это получалось. Но не теперь. Сейчас власть в небе переходит к русским пилотам. В начале войны гитлеровские асы свысока смотрели на советских лётчиков. Хвалились, что умеют воевать лучше русских. Теперь им не до похвальбы. «Нам повезло, что остались живы сегодня», — со вздохом говорит немецкий пилот своему товарищу после очередной схватки в кубанском небе. И гитлеровцы понимают, от кого из советских асов исходит наибольшая угроза.

— Внимание! Внимание! Покрышкин в воздухе! — срывая голос, кричит оператор фашистской радиостанции. — Немецкие лётчики, избегайте боя с этим русским истребителем, если хотите остаться в живых.

На Александра пытаются устроить охоту, но он неуловим. Он всегда появляется неожиданно, а удар его точен и беспощаден.

Вот поступает новый приказ — группе Вадима Фадеева из восьми истребителей вылететь к станице Крымской для прикрытия наземных войск, группе Покрышкина — сменить её через сорок минут. Вадим и Александр идут к своим самолётам. Покрышкин тихо говорит Фадееву:

— Правильнее было бы отправить наши группы вместе. Сегодня ожидается много фашистских бомбардировщиков. Их надо громить кулаком, а не растопыренными пальцами.

Двухметровый богатырь Вадим Фадеев, лучший друг Александра, усмехается в бороду и отвечает рокочущим басом:

— Оно бы лучше, конечно.

— Я взлечу раньше, чем