Школа клоунов - Эдуард Николаевич Успенский

– Ну и что? – спросил Кабачков.

– А очень просто. Мы бросаем дымовую шашку. Из окон валит дым. Мы садимся в машину и под видом пожарных быстренько прилетаем. Выносим из дома вещи, спасаем людей. Когда шашка погаснет, помещение чистое и наше. Мы бежим докладывать товарищу Тараканову.

– Ура! – закричали завхозы.

А клоун Шура из чулана всё это слышал. Ах, если бы эта шашка была здесь, он немедленно сделал бы так, чтобы она исчезла. Но, во-первых, её здесь не было. А во-вторых, ша-исчезательная способность у Шуры испортилась. Потому что уже и шуба, и шлёпанцы, и штаны, и штопор вернулись к завхозам. И между прочим, вернулась меховая шапка на голову Шакирной бабушки. Все посмотрели на это и сказали: «О! Привет от нашего Шуры!»

Как ни странно, в ту же самую секунду о Шуре подумали и завхозы.

– А что нам делать с пленным? – спросил завхоз Дынин. Раз речь зашла о минах, гранатах и шашках, он тоже перешёл на военный жаргон. – Может, отпустить?

– Ни в коем случае! – запротестовал Кабачков. – Он же всё расскажет.

– Значит, я так и буду его кормить всё время? – спросил Дынин.

– Ну, не всё время. А до захвата школы. И не один. Мы будем содержать его по очереди. И передавать из дома в дом, как пастуха в деревне.

Радостные завхозы побежали за дымовой шашкой. И за пожарной машиной.

А Шура, тревожный-тревожный и почти больной, сидел в чулане.

«Что же делать? Что же делать?» – думал он. И даже стал светиться от напряжения. Ох, как ему было трудно.

Но оставим Шуру в покое. Не будем мешать. Пусть он думает и сияет.

В школе шёл урок. Василиса Потаповна говорила:

– Все буквы бывают гласные и согласные. Гласные можно петь. Вот, например, послушайте. – Она запела:

В лесу родилась А-А-А.

В лесу она У-У.

Зимой и летом Ы-Ы-Ы,

Зелёная О-О.

– А согласные не поются. Это такие буквы, как П, М, Ш и Н. Попробуйте их пропеть.

Клоуны затянули. Причем Помидоров солировал:

В лесу родилась П-П-П.

В лесу она Н-Н.

Зимой и летом Р-Р-Р.

Зелёная Ш-Ш.

Ничего-то у них не пелось, а всё время спотыкалось. Как раз Ирина Вадимовна подъехала.

– Поёте? – спросила она.

– Поём.

– А что поёте?

– Разницу между гласными и согласными.

– Сейчас не это надо петь. Надо петь песню протеста. У нас вот-вот помещение отберут.

И они решили, что клоуны срочно разучат песню протеста. И когда придёт Председатель, споют её.

Клоун Шура ещё не решил, как он сможет передать письмо своим. Но начал его сочинять. Он писал в уме:

«Ау! Ау! – Это я их зову. – Уа! Уа! – Это значит, что мне плохо».

Шура так устал от сочинения, что стал кипеть.

Дальше он придумал, как написать слово ШАШКА. Он не умел писать букву К, и у него вышло – ШАШ+А. А фамилия ДЫНИН написалась как ДЫН+Н. Слово ДЫМ получилось легко. Он даже сумел составить такое сложное слово, как ПРОПАЛ. Получилось ПРОПА+.

Оставалось самое сложное – как передать это письмо или эту телеграмму своим?!?!?

Из Шуры уже сыпались электрические искры.

К школе подъехала чёрная «Волга», и из неё вышел сам Председатель райсовета. Он поднялся по лестнице и прошёл в кабинет Ирины Вадимовны.

Ирина Вадимовна показала ему клоунский класс, живой уголок и всё остальное.

Они снова вернулись в кабинет для разговора. Вдруг под окном раздалась музыка и послышался объявительный голос:

«Песня протестная!»

И клоуны запели:

Мы сперва муки возьмём,

Приготовим место,

А потом воды нальём

И получим тесто.

– Что это такое? – спросил Председатель.

– Ученики поют.

– А что они поют?

– Песню протеста. Они протестуют против действий ваших завхозов.

– А при чём здесь вода и мука?

– Ей-богу, не знаю.

А с улицы неслось:

Ну, а если тесто есть,

Значит, будут пышки.

Очень любят пышки есть

Умные мальчишки.

– И умные девчонки! – добавила директриса.

Председатель высунулся в окно и увидел, что клоуны не только поют, но и в самом деле пекут пышки на походной печке. Вместе с тётей Фёклой. Он расхохотался:

– Ничего себе! Это же не песня протеста, а ПЕСНЯ ПРО ТЕСТО. Какие же они бестолковые!

– Они не бестолковые, они наивные, – сказала Ирина Вадимовна. – Добрые и смешные.

Тут в комнату прискакал Полкан, он принёс в зубах пакет с пышками.

– У вас было плохое настроение, – продолжала директриса, – они его улучшили. Когда в городе живут клоуны, всем веселее. И детям, и взрослым. А из-за того, что они неграмотные, с ними случаются беды.

– Почему?

– Они везде суются. Идут туда, где нарисована овчарка. Потому что любят собак. А там написано: ОСТОРОЖНО! ЗЛАЯ СОБАКА! А они не понимают. И потом вылетают из штанов. То они забираются в трансформаторную будку. На двери нарисован череп. И они хотят познакомиться со скелетом. А прочесть слово СМЕРТЕЛЬНО! не умеют. Поэтому и было принято решение о создании школы для клоунов. А завхозы хотят её отобрать. Им, видите ли, веники хранить негде.

– Веники тоже нужны, – сказал Председатель, но не очень уверенно.

И тут произошло странное. Печатная машинка на столе вдруг запрыгала.

– Что такое?! – Председатель незаметно вздрогнул.

– Сама не знаю. Давайте посмотрим.

А машинка вовсю печатала Шурино письмо.

– Она волшебная? – тихо спросил Председатель.

«АУ! АУ! АУ! УА! УА! НАШ ДОМ УА. НАШ ДОМ ПОШАР. ДЫН+Н ДЫМ ШАШ+А. НАШ ДОМ ПРОПА+. ШУРА.»

– Нет. Это клоун Шура передаёт письмо. Ну тот, которого украли. Он умеет печатать на расстоянии.

– Теперь мне понятно, – сказал Председатель. – Не человек, а телеграф.

– А мне ничего не понятно, – сказала Ирина Вадимовна. – Что это за ДЫМ и ПОШАР?

– ДЫМ и ПОШАР, я думаю, что дым и пожар. А вот что это за буква +? Я такой не помню, – сказал Председатель. – Мы такой не проходили. Её не было.

– Это не буква. Это такой значок. Клоуны его ставят, когда попадается незнакомый звук. Здесь написано ДЫНИН, а здесь ПРОПАЛ.

– Тогда я всё понял, – обрадовался Председатель. – Завхозы хотят бросить дымовую шашку. Сделать как бы пожар. И под шумок захватить помещение.

– Час от часу не легче! – сказала Ирина Вадимовна. – Что же теперь делать?

– А ничего, пускай захватывают. Я вам помогу. У меня для вас подарок есть.

Дальше было так. Ирина Вадимовна