Вуконг. Сердце обезьяны - Сандра Райзер

– ПчхуГУ! Лао… цзы.

– Что?

– ПчхуГУ!.. цзы.

Наверное, она просто вздыхала во сне. Тем не менее мне это помогло. Я вспомнил совет мудреца Лао-цзы, чьи сочинения я читал в храме: «Уделяй своим заботам полчаса каждый день. И используй это время, чтобы вздремнуть». Я так и сделал.

12

Кошмарный план

Вокруг меня шуршали тихие разговоры, бормотание и шёпот младших и старших, которые почтительно ждали. Я подумал, что Учитель припозднился на послеобеденный урок. Странно. Почему у меня сразу возникло такое плохое предчувствие? Задумавшись, я хотел почесать затылок и заметил, что лежу на спине. Ух! Неужели я снова заснул в классе? Мне показалось, что прямо мне на грудь запрыгнул страх – он был не огромным, а скорее средней тяжести. Он казался мне прямо осязаемый, как будто у него был мягкий мех и тело обезьяны. Я приоткрыл веки и посмотрел в карие глаза Лян. Моя младшая сестрёнка вертелась наполовину на мне, наполовину на моей моховой подстилке.

– Ух-ух! Ты привёз нам что-нибудь из своего долгого путешествия?

– Гм…

Я ещё не совсем пришёл в себя. Часть мыслей медленно возвращалась из сна. Храм Учителя. Я что-нибудь привёз оттуда? Какую-нибудь вещь? Нет. Но вот кого-то – да.

– Шуши.

Я оглянулся в поисках совы, но она исчезла. Лян склонила голову набок.

– А что ещё?

Другие братья и сёстры тоже скакали вокруг моего спального места. Позади них стояли дядя Бен и бабушка Лао, а за ними собрались остальные члены семьи. Все выжидающе смотрели на меня. Одни надеялись на что-то весёлое или вкусное, другие – на хорошие новости. Вот тут-то мне и пришло кое-что в голову! Я притянул маленькую Лян к себе и погладил её по шерсти.

– Да. Я привёз вам ещё кое-что.

– Что? Что?

– Имя.

Лян высвободилась из моих объятий и скептически посмотрела мне в глаза.

– Имя?

Один из моих братьев расстроился:

– У меня уже есть.

– Наше общее семейное имя, – объяснил я. – Мой Учитель называл меня Сунь Вуконг. Теперь нас всех зовут Сунь.

Бабушка Лао усмехнулась:

– Только у людей есть фамилии. Чтобы они понимали, как они связаны друг с другом. Мы и так это знаем!

Мой дядя выпрямился на задних лапах и выпятил грудь:

– Бен Сунь. Теперь меня зовут Бен Сунь. Звучит хорошо.

– Люди здесь ставят имя своей семьи перед своим. Сначала идёт фамилия, затем твоё личное имя. Значит, тебя зовут Сунь Бен.

– Сунь Лян! – воскликнула моя младшая сестра.

Теперь каждый хотел выяснить, как звучит его имя совместно с семейным.

Я постарался отключиться от шума голосов так же, как заглушил шум водопада. Как будто это была тайная встреча только для меня и дяди Бена, я сказал:

– Вы должны научиться сражаться.

Это моё неожиданное заявление вывело дядю Бена из равновесия. Он не устоял на ногах и плюхнулся на попу.

– Сражаться? Но?..

Он был сбит с толку. Настолько сильно, что не смог задать ни одного внятного вопроса. Я успокаивающе положил руку ему на плечо.

– То, что случилось с Королём демонов, больше не должно повториться. Вы должны быть в состоянии защитить себя, когда меня не будет.

Лян подслушивала, или, по крайней мере, она уловила конец моего объяснения. Она сделала большие глаза. Её испуганный взгляд замер на мне.

– Ты снова уходишь?

– Я должен. Я пойду искать сад Королевы-матери Запада. Согласно легенде, там растут персики, которые делают людей бессмертными.

– Нужно съесть всего один персик, чтобы стать бессмертным? – удивился дядя Бен.

– Этот особенный персик. Да.

Лян сморщила курносый нос.

– И почему тогда бессмертных так мало? Если это так просто.

– Достать эти персики… невозможно. – Я не договорил того, что думал, а просто сказал: – Не так-то легко.

Прежде чем они засыплют меня дальнейшими вопросами, на которые я не мог ответить, я сжал рукоять демонической сабли, лежащей рядом со мной. Затем я поднялся со своего ложа изо мха и, схватившись за лиану, по высокой дуге выбрался наружу через водяную завесу.

На открытом воздухе я увеличился до размеров, подходящих для использования тяжёлого клинка. Я выбрал ветку и ударил по ней. Хрясь! Цак! Хрясь! Цак!

– Уф, уфф! Ух-ух!

Моя семья с удивлением следила за тем, что я делаю.

– Принесите мне больше веток, таких, как эта!

Я поднял обрубленную ветвь, чтобы все могли её видеть, а затем указал вниз по течению ручья, где густой девственный лес переходил в бамбуковую рощу.

– И мне нужна пара крепких бамбуковых трубок толщиной примерно с большие пальцы двоюродной бабушки Ма.

– Зачем? – спросила Лян, в то время как остальные уже карабкались на верхушки деревьев или прыгали в подлесок. Началась охота за подходящими ветками и трубками, хотя никто ещё толком не знал, для чего они нужны.

– Для чего они тебе нужны? – спросил дядя Бен.

Наморщив лоб, он следил, как я снимаю кору с ветки и режу дерево саблей, пока оно не принимает форму меча.

– Я научу вас сражаться, как люди.

Дядя Бен продолжал озабоченно хмуриться. Зато остальные члены семьи аплодировали ещё громче. Они охотно помогали мне делать палки, на которых я учил их драться, копья и тренировочные мечи. И с ещё бо́льшим энтузиазмом они играли со всем этим.

В течение следующих нескольких дней удары деревянных мечей и бамбуковых палок эхом разносились по лесу от рассвета до заката. Мне очень нравилось учить свою семью тем вещам, которым я научился в Скальном храме, и я был немного горд тем, что теперь сам являюсь учителем. Я тренировался с демонической саблей и поэтому днем обычно принимал облик человека, чтобы иметь возможность работать с тяжёлым оружием.

Стоял я как-то в стороне ото всех на опушке леса и наблюдал за весёлой вознёй на лугу, и тут какой-то отблеск привлёк моё внимание к сабле в моей руке. В отшлифованном металле отражалось заходящее солнце, сияя ярко, как огонь. Внезапно в глубине пылающего лезвия появились два зловещих глаза с белыми выпуклыми глазными яблоками: Яма!

Повелитель Царства мёртвых послал в мою голову громоподобный смех.

– Ты слишком упрощаешь мне задачу, обезьянка! Если так пойдёт и дальше, ты отправишь мне всю свою семью на растерзание одновременно!

– Что? Я никого тебе не отправлю!

– А как ты думаешь, к чему приведёт эта весёлая драка? Шум, который издают твои обезьяны, привлечёт людей: подозрительных и агрессивных людей, которые решат, что