Мистическое испытание - Виктория Этцель

Мой боевой настрой передался Мохито, и он ринулся вперёд. Я едва успела схватить его за ошейник: ещё немного, и он бы кинулся не на того демона. В знак протеста хаски громко гавкнул. Я быстро захлопнула за собой дверь. Маленький чёрный комочек подпрыгнул от страха и в панике заметался по кровати, потом посмотрел на меня ярко-жёлтыми глазами Казимира и подмигнул.

– Получай, демон! – крикнула я и швырнула в него солонку с камешками. Она разбилась в нескольких сантиметрах от головы Казимира, окутав его облаком белой пыли.

3827

– А-а-а-а! – истошно завопил он.

Если бы я не знала, что всё это одно большое шоу, то и сама бы поверила, что он испытывает нестерпимую боль.

– Это соль! Я весь горю! – простонал Казимир и, скорчившись, застыл на постели.

В тот же миг окно с треском распахнулось, и из сада в комнату запрыгнуло какое-то странное маленькое существо. Трикстер попался на приманку. Он двигался так быстро, что я смогла разглядеть только чёрную шерсть и длинный хвост. С победным писком он набросился на Казимира, чтобы украсть его карму. Именно на это Казимир и рассчитывал. Похоже, трикстеры были весьма предсказуемы.

– Ливия, давай! – закричал Казимир.

Он вырвался из лап оторопевшего противника и прыгнул на потолок. Убедившись, что он в безопасности, я отпустила Мохито. Пёс кинулся на демона и, подмяв его под себя, лишил колдовской силы. В нетерпении я ждала, что предпримет Казимир. Закрыв глаза, он беззвучно произнёс несколько магических слов, и по всему его телу пробежал переливающийся зеленоватый отблеск.

8452

Глава 16

Холодное расставание

13 октября

– Ну как, сработало? – спросила я, затаив дыхание.

Я подбежала к Мохито и, схватив его за ошейник, попыталась оттащить от поверженного трикстера, но не успела: дверь с шумом распахнулась и на пороге появился отец. Он стоял, уперев руки в бока, а его лицо раскраснелось от ярости. Таким я его раньше не видела.

– Что здесь… Ливия! Что ты творишь? Что тут наверху делает соседская собака? – Он вдруг запнулся, и его лицо из красного стало мертвенно-бледным. – Немедленно выгони этого пса! Ты же знаешь, Антония панически боится собак!

Не на шутку испугавшись, я втянула голову в плечи: отец никогда ещё так на меня не ругался. Даже Мохито поджал хвост и спрыгнул с постели. Он ткнулся мордой мне в руку, ища поддержки, и только тогда я поняла, что случилось. Я быстро взглянула на смятое покрывало, но трикстера уже след простыл. Казимира тоже нигде не было видно, как будто он растворился в воздухе.

– Ливия! Ты вообще меня слушаешь? Как и зачем ты притащила сюда этого пса? – отец требовал объяснений.

– Когда я вышла из ванной комнаты, он стоял в коридоре. Входная дверь была открыта. Вероятно, он просто забежал в дом, – ответила я, пожав плечами. – Откуда мне было знать, что это соседская собака? Я взяла его к себе наверх, чтобы он никому не мешал.

Я так легко и непринуждённо лгала, что сама этому ужаснулась. Отец подозрительно нахмурился, не в силах понять, вру я или нет. В последнее время он редко со мной общался, и теперь лишь мама могла безошибочно определить, когда я лукавлю.

– Жди здесь и никуда не выходи. Собаку не выпускай, – наконец произнёс он уставшим голосом и вышел из комнаты.

Когда дверь за ним захлопнулась, я облегчённо выдохнула.

– Казимир! – тихо позвала я, но никто так и не ответил. Возможно, он бросился в погоню за трикстером, чтобы насовсем отпугнуть его от нас. Интересно, удалось ли Казимиру забрать его очки кармы? Обессиленная, я упала на кровать. Охота за трикстером оказалась интересным, но уж очень утомительным занятием. Мохито, надо отдать ему должное, показал себя молодцом. Теперь он с наслаждением растянулся рядом, и я почёсывала ему живот, ожидая, когда вернётся отец. Он появился где-то через полчаса и строгим голосом приказал, чтобы я отвела собаку обратно к соседям.

– Поторопись, Антония сейчас как раз на кухне. Она не должна видеть этого пса. Ей плохо уже от одной мысли, что он находится в доме.

Мы с Мохито быстро спустились на первый этаж. Там было пусто и тихо, все гости уже разошлись. Судя по всему, отцу пришлось прервать вечернику раньше времени. Величественные напольные часы в коридоре показывали час ночи. В этот раз я не забыла накинуть пальто перед тем, как вместе с Мохито выйти в холодную октябрьскую ночь. Расставаться было тяжело. Я долго гладила его мягкую тёплую шесть, а он на прощанье облизал моё лицо. К счастью, соседи так и не заметили, что я, как выразился Казимир, «одолжила» их собаку. Кстати, куда же он всё-таки запропастился? Я ещё раз осмотрелась вокруг, но разве можно чёрной ночью отыскать чёрного лягушонка?

– Ливия! – Отец с суровым видом стоял на пороге входной двери и поджидал меня. – Почему так долго?

Он был очень зол.

– Я просто хотела попрощаться с собакой, – примирительно ответила я.

– Когда я прошу что-то сделать, ты должна делать это быстро, чётко и не отвлекаться на всякую ерунду! – рявкнул отец.

С меня было довольно. Я спасла его и Антонию от беды, а он вёл себя так, будто я нарочно сорвала ему вечеринку.

– Меня не было каких-то пять минут, – процедила я сквозь зубы.

– Не пять, а пятнадцать, – поправил отец.

– Так ты даже подсчитал?

– Иначе нельзя. Твоя мать тебя распустила. Последнее время ты стала слишком дерзкой. Я не одобряю такое поведение!

Я открыла рот, не веря своим ушам.

– А я не одобряю твоё поведение! – крикнула я в ответ, сжав кулаки. – Хочешь перевести меня в элитную школу, чтобы впечатлить своих богатеньких дружков, а на моё мнение тебе плевать! С меня хватит!

Отец опешил. Я ещё ни разу не видела его таким растерянным, но он быстро взял себя в руки.

– Нет, это с меня хватит, Ливия! Я сейчас же отвезу тебя домой к матери!

Его слова были не лучше пощёчины. Неужели он вот так запросто меня выдворит?

– Почему вы так кричите? – В коридоре появилась Антония. Она накинула банный халат поверх вечернего платья, смыла макияж и теперь выглядела бледной и больной.

– Извини, дорогая. Ты плохо себя чувствуешь? – спросил отец таким слащавым голосом, что меня чуть не стошнило.

Антония театрально схватилась за голову.

– Опять мигрень. Сегодня так много всего произошло. – Она укоризненно взглянула на меня.

Да, слишком много, чтобы я могла надеяться хоть когда-нибудь с ней поладить. Наверное, теперь