Берег Софи - Ева Немеш

Вик, ты здесь? Почему не отвечаешь?

я типа болел

чё там за фигня с пожаром?

После того как я написала, что Вика больше не администратор, Андрей спросил, кто я и имею ли отношение к «Десте». Я назвала своё имя, но оно ему ничего не говорило. Я не стала признаваться, что я – та ненормальная, которая сначала уронила Софи, а потом пряталась в каморке, тем более что я Андрея совсем не интересовала. Гораздо больше его волновала Софи: погибла, выжила, если да, то где сейчас? Мне стало ужасно стыдно из-за того, что я, зная, чем всё закончилось, никому ничего не рассказала. Я тут же выложила в паблик снимки и видео выпуска Софи в море и написала короткий пост: «С ней всё в порядке». Андрей опередил все лайки и комментарии – в личке мгновенно появилось:

встретимся?

ты в каком районе?

Пригласить его домой я не решилась. Как принимают гостей, я не знаю: ни я ни к кому не ходила, ни ко мне никто ни разу не пришёл. Что значит встретиться? Это как? И где? На лавочке? В кафе? Что значит вопрос про район: что он сам приедет или что-то другое? Если бы на глаза не попался конверт с сертификатом, на котором была написана знакомая улица, даже не знаю, как бы поступила. Напечатав адрес, я добавила:

Давай здесь.

Андрей тут же ответил:

Ок

бейдж только прицепи, чтоб я тебя узнал ☺

Я не понимала, шутил Андрей или нет, но свой значок прикрепила. Наверное, со стороны это выглядело странно, но мне эта идея понравилась – пусть все видят, что «Деста» ещё жива. Андрей узнал меня и без подсказки – махнул издалека. Подойдя поближе, он смущённо улыбнулся:

– Привет! Прости, я имена плохо запоминаю. Мы мусор вместе собирали, помнишь?

Я кивнула. Ну да, лучше напомнить о том, как в меня бросили арбузную корку, чем то, как я бросила переноску.

После нелепой паузы Андрей показал на контрабас в витрине:

– Ни фига! Видела, сколько стоит?

Я молча кивнула и, набравшись храбрости, спросила: если бы ему предложили в подарок любой инструмент, что бы он выбрал? Андрей не задумываясь выпалил:

– Конечно, барабаны!..

Внимательно рассмотрев сертификат, а потом нас, продавец спросил, куда везти. Андрей сразу сказал, что к нему нельзя – сестра не разрешит. Тогда нам предложили подумать и прийти завтра, но вдруг мы почти одновременно сказали:

– Может, на Станцию?

Продавец некоторое время выяснял, входит ли пригород в бесплатную доставку и сборку, а когда выяснилось, что всё нормально, спросил, будет ли кто-то сопровождать груз. Мы, переглянувшись, кивнули, и уже через несколько минут я, Андрей и несколько огромных коробок отправились на Станцию.

В фургоне было душно и темно. Дорога казалась бесконечной: может, из-за того, что мы молчали, может, из-за тесноты. Разговаривать было неудобно из-за грохота. В темноте Андрей был похож на огромного взлохмаченного кота с горящими глазами. Я, наверное, тоже кого-то напоминала, но мне впервые в жизни было совершенно всё равно, как я выгляжу. На поворотах коробка больно впивалась в ребро, Андрей пытался её отодвинуть, но смешно заваливался на меня вместе с ней, и мне было совсем не противно. Ещё месяц назад я даже представить не могла, как ко мне кто-то прикоснётся, а сейчас – ничего, даже весело. Всего месяц? Кажется, прятки в тесной каморке были в прошлой жизни.

Пока водитель распаковывал коробки, мы бродили по Станции, вернее по тому, что от неё осталось. Я, как главный свидетель, торопливо выкладывала подробности пожара: о том, как дотла сгорел шатёр, об истерике Белки, о том, как пожарные погрузили Софи на брезент и отнесли на катер, о том, как мы всю дорогу поливали её водой, и о том, как вытолкнули в море. Сама не заметив, как это произошло, я призналась в увлечении дельфиньим языком и, увидев, что Андрея это заинтересовало, предложила ему послушать звуки, которые мы записали на катере. Мне и самой было интересно, что там получилось, но разобраться со скопированной на телефон записью было некогда – сначала пожар, потом скандал с мамой из-за сертификата, потом развал «Десты». Когда я запустила трек, послышалось шипение и щёлканье, потом они прекратились и кто-то (точно не дельфин) откуда-то с глубины или как будто из подвала сказал:

«…Алё! Меня слышно? Ага. Здрасьте. Ну что. Можно сказать, что всё чики-пуки! Короче, сегодня всё закончится. Человечек готов, инструкцию получил. Отработает аккуратно. Немножко сарай подпалит, этого для скандала хватит. Я сейчас в море, так что с алиби всё в порядке. Не, думаю, не переборщит. Но если что, там пожарная часть Терминала рядом. Так сказать, подстрахуют. Но вы не волнуйтесь. Ничего серьёзного не случится. Только дым и шум. Ну и белочку орешками немножко закидаем. Канал готов, сегодня вечером запустим. Всё вместе должно сработать, так договор ему точно не продлят. Короче, они проиграли… Не, я в рубке один. Профессорша на корме, акул слушает. С ней девчонка со Станции. Так что всё норм. Топосъёмка? Да, ещё утром отправил. Проект тоже утвердили. Архитекторы постарались: домики, беседки – всё уместилось. Так что готовьтесь. Через пару месяцев всё наше. Ну да, ваше. К сезону откроетесь. И там это… Короче, можно я себе лабораторию возьму? Я её к себе вывез на всякий случай – мало ли что. Шумиха поднимется, и никто про неё не вспомнит. А вещь ценная. Так я оставлю? Типа премия. Или – ха-ха-ха – вашим йогам на анализы оставить? Понял. Спасибо. Ага. Нет, продавать сразу не буду. Я ж не идиот. И ещё можно спросить? Вика, ну ваша дочка, она теперь с вами будет работать? Что-то она в чате ничего давно не писала. Уехала, что ли? Понял: не моё дело, куда не надо, не лезу. Тогда всё. До связи! Ссылку на канал скину вечером. Понял. Всё понял: про Вику забыть, ссылку вам не отправлять».

Кроме этого разговора и шумов в рубке, никаких подводных звуков не записалось: гидрофоном я пользовалась впервые – наверное, выбрала неправильный режим. Проверить Алиса ничего не успела, потому что, разглядев дым в районе Станции, мы тут же развернулись и на максимальной скорости вернулись обратно.

– Это же он? Баша этот ненормальный? Я всё правильно понял? Да? Вот же урод! – закричал Андрей. – А говорил с кем? С Викиным отцом? Я правильно понял? Вот же гады! Надеюсь, Вика ни при чём. Она вроде