Лазоревый замок - Люси Мод Монтгомери

– Готова? – спросил Барни, останавливая Леди Джейн с новыми жуткими звуками.

– Да, – Вэланси села в автомобиль. Барни надел голубую рубашку и комбинезон. Но на этот раз чистый комбинезон. Он курил свою злодейскую трубку и был без шляпы. Зато под потрёпанными штанинами виднелись строгие туфли. И он побрился. Они с грохотом влетели в Дирвуд и пронеслись через него, выехав на длинную, лесистую дорогу в Порт.

– Не передумала? – спросил Барни.

– Нет. А ты?

– Нет.

Вот и весь разговор за пятнадцать миль. Явь никогда не походила на сновидение больше, чем сегодня. Вэланси не понимала, чувствует ли она себя счастливой. Или испуганной. Или просто глупой.

Вскоре появились огни Порт-Лоуренса. Вэланси казалось, будто её окружают горящие, голодные глаза сотен крадущихся пантер. Барни коротко спросил, где живёт преподобный Тауэрс, и Вэланси так же коротко ответила. Они остановились перед ветхой маленькой лачугой на далеко не лучшей улице. Вошли в маленькую обшарпанную гостиную. Барни продемонстрировал разрешение. Так он всё-таки достал его. И кольцо. Всё по-настоящему. Она, Вэланси Стирлинг, в шаге от замужества.

Они стояли напротив преподобного Тауэрса. Вэланси слышала, как они с Барни что-то говорят. Слышала, как говорит кто-то ещё. Сама она вспоминала, как мечтала выйти замуж – в раннем девичестве, когда это не казалось невозможным. Белая фата из шёлка, тюля и ярких цветов. Никаких подружек невесты. Только девочка, несущая цветы, с венком в волосах и корзинкой, полной роз и ландышей. И благородного вида жених, одетый по последней моде какого бы то ни было времени. Вэланси подняла глаза и увидела себя рядом с Барни в маленьком, наклонённом, кривом зеркале. Она в странном, не свадебном зелёном наряде; Барни в рубашке и комбинезоне. Но это был Барни. Вот и всё, что имело значение. Никакой вуали… цветов… гостей… подарков… свадебного торта… только Барни. И он будет с ней до конца жизни.

– Миссис Снейт, я желаю вам огромного счастья, – проговорил преподобный Тауэрс.

Он не выглядел удивлённым их внешним видом – даже комбинезоном Барни. Он повидал множество странных пар на «отшибе». И не знал, что Вэланси одна из «дирвудских Стирлингов» – не знал даже, что дирвудские Стирлинги существуют. Как и не знал, что Барни – беглый преступник. Он в самом деле был удивительно несведущим стариком. Вследствие чего он легко и торжественно обвенчал их, дал своё благословение и долго молился той ночью, после того как они уехали. Совесть нисколько его не мучила.

– Какой чудесный способ жениться! – говорил Барни, заводя Леди Джейн. – Никакой суматохи и всяких глупостей. Не думал, что это настолько легко.

– Бога ради, – неожиданно сказала Вэланси, – давай забудем, что мы поженились, и будем вести себя так, как будто ничего не произошло. Я не вынесу ещё одной такой дороги, как по пути сюда.

Барни застонал, и Леди Джейн с адскими звуками подпрыгнула в воздух.

– А я думал, что облегчаю тебе жизнь, – признался он. – Мне казалось, что ты не хочешь разговаривать.

– Я – нет. Но я хотела, чтобы говорил ты. Я не прошу ухаживать за мной, просто веди себя как обычный человек. Расскажи про твой остров. На что он похож?

– Самое весёлое место на свете. Тебе понравится. Я полюбил его, как только увидел. Тогда он принадлежал старому Тому Макмюррею. Он построил там хижину, жил в ней зимой и сдавал приезжим из Торонто летом. Я купил эту хижину и благодаря простой сделке стал землевладельцем с собственным домом и островом. Есть что-то удивительно приятное в том, чтобы считаться хозяином целого острова. Разве необитаемый остров не чудесная идея? Я мечтал о нём с тех пор, как прочитал «Робинзона Крузо». Неправдоподобно хорошо. И какая красота! Бо́льшая часть пейзажа принадлежит правительству, но они не берут денег за просмотр, а луна принадлежит всем. Моя лачуга вряд ли покажется тебе опрятной. Думаю, ты захочешь там убраться.

– Да, – честно призналась Вэланси. – Мне придётся там убраться. Это не то же самое, что хотеть. Но беспорядок убивает меня. Да, мне придётся убраться в твоей хижине.

– Я был к этому готов, – глухо простонал Барни.

– Но, – смягчилась Вэланси, – я не буду настаивать на том, чтобы ты вытирал ноги при входе.

– Нет, ты просто будешь подметать за мной с мученическим видом, – отозвался Барни. – В любом случае, никогда не убирайся в пристройке. Тебе нельзя туда заходить. Я запру дверь, и ключ будет храниться у меня.

– Чулан Синей Бороды [27], – проговорила Вэланси. – Даже не подумаю. Мне всё равно, сколько у тебя там повешенных жен. До тех пор, пока они действительно мертвы.

– Мертвее мёртвого. В доме делай что угодно. Там не так много места – только одна большая гостиная и маленькая спальня. Зато построена лачуга на славу. Старик Том знал своё дело. Балки сделаны из кедра, а стропила – из ели. Окна гостиной выходят на восток и запад. Восхитительно иметь комнату, откуда видно и восходы, и закаты. У меня два кота. Банджо и Удача. Чудесные зверушки. Банджо – большой очаровательный серый дьяволёнок. Полосатый, разумеется. Мне плевать на любого кота, у которого нет полосок. И я никогда не встречал кота, который ругался бы так же элегантно и дельно, как Банджо. Единственный его недостаток – он жутко храпит во сне. Удача – прекрасная кошечка. Всегда смотрит так внимательно, будто хочет что-то сказать. Может, когда-нибудь ей это удастся. Раз в тысячу лет кошке даётся дар речи. Мои коты – настоящие философы: никогда не плачут над пролитым молоком.

На вершине сосны живут две старые вороны и ведут себя вполне добрососедски. Я называю их Так и Сяк. И у меня есть застенчивая ручная сова. Леандр. Я подобрал его ещё маленьким, теперь он вырос, живёт на большой земле и посмеивается про себя по ночам. Боишься летучих мышей?

– Нет, они мне нравятся.

– Мне тоже. Милые, странные, загадочные создания. Появляются из ниоткуда и исчезают в никуда. Вжух! Банджо они тоже нравятся. Он их ест. У меня есть каноэ и винтовая лодка. На ней я плавал сегодня в Порт за разрешением. Она потише, чем Леди Джейн.

– Я думала, ты не поехал… решила, что ты всё-таки передумал, – призналась Вэланси.

Барни рассмеялся – смехом, который ей не нравился – непродолжительным, горьким, циничным.

– Я никогда не меняю своих решений, – коротко ответил он.

Они возвращались через Дирвуд. Потом по