Апрель, который всё побеждает - Алла Логаева

Спроси у меня, есть ли у него друзья, – я не отвечу. Денис, с кем ты дружишь, сына? А вдруг у тебя тоже нет друзей? Вдруг… Нет, нет, не может быть – нет, только не это! Боже, должны же быть у него друзья, должны… Он не должен быть таким одиноким, как я… В семнадцать-то лет! Боже, не должен… Ему всего лишь семнадцать! Пощади… Господи, сделай так, чтобы был у моего сына хотя бы один друг…

Я ничего о своём Дениске не знаю… Как я могла дойти до этого?! Зойка с Викой наперебой рассказывают о своих детях, а что я могу, Дениска, рассказать о тебе и о твоей жизни? Ты, может, уже целовался… Нет, ты застенчивый… Или нет? Ведь бывает, что дома ребёнок – тихоня, а в кругу друзей – орёл. Какие крылья у моего орлёнка? Где он летает? С кем? Я не знаю…

Какую музыку слушает моя теплыночка? Я не знаю…

Какие книги читает моя теплыночка? Я не знаю…

Какие фильмы для души ты, Денёчек, смотришь? Я не знаю…

Какие девушки тебе, Денёчек, нравятся? Я не знаю…

Что же мне сделать, чтобы вернуть те дни, ту лёгкость, когда мы вместе пили чай? Если бы повернуть время вспять… Если бы… Я бы сумела стать совсем другой! Ну что я за дура, опять лезу туда, в прошлое, где толку нет…

Не вернусь я в это дурацкое прошлое! Слышишь, прошлое, не вернусь!

Теплыночка, я позвоню тебе.

Только что я тебе скажу? Дожила: мне нечего сказать своему сыну и мне не о чем спросить своего сына! Другие матери звонят без продыха своим детям, а я… Нет, лучше напишу… Что я напишу? „Как дела? Когда придёшь?“ Сто лет не интересовалась и проснулась. Кровь из носу, но мне нужно что-то сказать сейчас сыну. Глупость, банальность, чепуху – хоть что, но сейчас, именно сейчас и ни минутой позже…»

Она остановилась, стала дрожащей рукой шарить в сумке. Телефон не шёл в руки. Где он?! Бордовый телефон, маленький, с чёрными вдавленными кнопками, купленный очень давно, на рождественской распродаже, нырнул в надёжное место так, что найти его не удавалось. Она решительно сорвала лёгкую сумку с плеча и одним рывком перевернула её. Прохожие удивлённо отпрянули, но Любовь была сосредоточена на своих поисках.

Скудный мир серой сумки разлетелся по зелёной улице. Мелкими пташками понеслись в разные стороны посеревшие квитанции, вспорхнули мятые одноразовые платочки, разметались обрывки каких-то бумаг. Надувшись, пузатой медузой уполз под скамейку оранжевый пакет. Обрадовавшись солнечному свету, укатилась прочь похороненная в сумочных недрах помада. Звонкими гонцами поскакали вокруг вырвавшиеся на свободу мелкие монеты. Виновник катастрофы, словно зная, что сейчас он – намеченная цель, что хозяйка так просто не сдастся, решил не прятаться больше и смирно улёгся у самых ног, предусмотрительно приземлившись на мягкий кошелёк.

Она подняла только телефон, поднесла его к холодным губам, закрыла глаза, – прохожим показалось, что она его поцеловала, но поцелуя не было.

Она молилась, это была очень короткая молитва, длинных она не знала, да и молилась она всего во второй раз в жизни, и оба раза за этот час.

Она отняла телефон от губ, быстро набрала сообщение, отправила его и совсем без сил села прямо на мокрый, ещё не просохший после вечернего дождя тротуар.

Самая короткая речь

Денис после бессонной ночи едва переставлял ноги.

«Куда подевалась моя уверенность? Так страшно… Ладно! Что бы ни произошло… Пусть всё разрешится. Пусть… Станет легче!»

Эта надежда придавала сил. С ней Денис жил все последние дни. Но сейчас она не бодрила. Совсем.

Возле школы никого не было. И слава богу. Лицо уже не выглядело так страшно, как после драки. Но не в этом дело. Не хотелось ни с кем разговаривать. Денис посмотрел на часы, потряс рукой и снова посмотрел. На часах – 10:20.

«Я тащился сюда сорок минут?!»

В холле его встретил большой стенд. На нём в ровных кругах лица трёх победителей прошлых конкурсов, а четвёртый круг – свободный, с красивым красным вопросом внутри. Интрига сегодняшнего утра вот-вот решится.

Денис остановился перед ведущей к актовому залу широкой лестницей, посмотрел наверх. Высоко. Чёрной дырой наверху зияла дверь. Он сделал первый шаг.

«Чёрт побери, что здесь творится?!»

Людей – не протолкнуться. Яркий свет. Музыка. Даже телевизионщики прибежали.

«Может, уйти?»

Денис сразу прогнал прочь эту идею. До конца. До победного.

Легко сказать… Денис сделал шаг назад. Оглянулся. Открытые двери дразнили, звали оставить всё позади себя.

– Ефимов, ты как умудрился опоздать?! – услышал он бодрый голос математика. – На тебя это совсем не похоже! – Михаил Афанасьевич похлопал его по плечу. – Всё в порядке?

Вместо ответа Денис кивнул.

– Все участники конкурса сидят впереди. Наш Листанов уже там. Давай займи своё место.

Учитель рукой показал на сцену. Денис не реагировал. Михаил Афанасьевич решительно взял ученика за руку и, протискиваясь между собравшимися, сделал несколько шагов. Публика зашипела, но математик не останавливался.

– Михаил Афанасьевич, дальше я сам, – потребовал Денис.

– Хорошо, – остановился учитель и пропустил вперёд своего ученика.

Денис молча пробивался к сцене. Ему что-то говорили, но он никому не отвечал. Ему хорошо было видно, куда идти. К самым первым рядам. Он увидел широкую спину Влада, подсевшего к ним с Димкой в кафе; ещё несколько знакомых участников внимательно слушали выступавших. Денис искал глазами Листанова.

– Вы Ефимов? Ваше место на этой стороне. Идите за мной.

Денис повернулся на голос. Юноша в чёрной футболке с бейджиком «Организатор Юрий» провёл его к пустующему стулу.

– Ты ничего не пропустил, – ободрил его голос слева.

Денис не ответил. Сосед, поджав губы, сосредоточился на сцене. Денис искал Листанова. Его нигде не было видно. Денис то выгибал шею вперёд, пытаясь разглядеть соседей сбоку, то откидывался на спинку, стремясь рассмотреть лица сидящих в соседнем ряду.

– Чувак, кончай вертеться, – потребовал голос сзади.

Денис подчинился.

– Успокойся! Что тебе это даст?! Посмотришь на него, а дальше что? Просто сиди и не дёргайся, – посоветовал тот же голос.

Денис заставил себя слушать тех, кто выходил на сцену. Один за другим поднимались деканы университета, рассказывали о своих факультетах. Обещали участникам конкурса стипендии, успешные карьеры. Зал не раз прерывал выступления аплодисментами. Денис хлопал на автомате, не глядя.

Вдруг зал взорвался. Денис посмотрел на сцену. На сцене появился Егор Марков. Денис понял: время пришло – время объявления результатов.

Забытый