Девочка хулигана - Тася Лав

но учитывая, что лезть ко мне перестали, то оставили эту идею с больницей. Голоса переместились в кухню. Насколько сильно мне хотелось знать, о чем они могут разговаривать, но я понимаю, что для начала надо принять душ, прежде чем заявляться на чаепитие.

Добрался до комнаты, прихватив чистую домашнюю одежду и закрылся в ванной на пятнадцать минут. Теплые струи и правда облегчили мою жизнь, а зеркало в ванной заметно обрадовало. Лицо практически не пострадало, если не считать пореза на скуле и синяка там же. А вот на теле живого места не осталось, но это пустяки. Ладонь еще разодрана, черт…

Вышел из душа, учуяв запах ягодного чая. Только вот он шел не из кухни, а из гостиной, где я до этого валялся.

— На ночь есть вредно, — я попытался улыбнуться, когда печенька выпала из рук Розы. Они окуппировали журнальный столик и явно ждали меня.

— Можно я осмотрю твои раны? — Она быстренько отодвинула все от себя и подсела ко мне с нашей аптечкой. Я поморщился, но все же принял ее помощь. Смотреть на эти умоляющие глаза не было сил, хотелось прижать ее к себе и успокоить, сказать, что все хорошо. Но тут рядом сидит Игорь и внимательно так смотрит на нас, что хочется выгнать его в свою комнату. Мешает. Хотя да, он спас меня и я должен быть благодарен, но какой-то червячок сопротивляется этому.

— С-спасибо, — проскрежетал сводному. Роза молча перебинтовывала мне руку, сосредоточенная на ране.

— Ты мог и не утруждаться, — он улыбнулся, — я же вижу, что тебе тяжело произносить такое.

— Пошел к черту, — не выдержал напряжения между нами, самое противное, что я не люблю — улыбаться притворно, — какого хрена вообще, Игоре-ш-ш-ша… тебе не впадлу всем балаболить, что мы родственники?

— Но это же чистая правда, — тот натурально удивился.

— Это брехня, прекрати всем говорить неправду. У нас просто родоки расписаны.

— Мы и правда родня, Матвей, — сводный покачал головой, и грустно: — тебе так трудно принять меня, как брата? Хотя бы попытайся.

— Да прекрати! Прекрати это! — Я подорвался с дивана. Как же все это давит на меня. Это мнимое родство, этот гость в моей квартире, которую он называет нашей. Когда он поймет, что я не приму этого недобрата? Он в детстве не наигрался в семью? — Мою жизнь перевернули с ног на голову с твоим появлением. Прости, что говорю это в такой момент, когда ты меня типа спас, и я должен тебе ноги вылизывать от счастья! Но твоя чрезмерная забота просто… ар-р-р-р…

Возможно, это был адреналин в крови, до конца не вышедший. А может, нервы сдали. Я честно не хотел все это вываливать при Розе. Она, к слову, тихо сидела на диване, молча переводя взгляд с меня на Игоря. Она ничего не говорила и не влезала нас разнимать, как попытались бы сделать другие девушки. И в глубине души я был благодарен за это.

— Матвей… — успокаивающе так продолжил Игор, что аж бесит. Будто я истеричка какая-то. — Ты должен знать.

Выдохнул, собираясь с силами.

— Ты мой родной брат.

Глава 32

Роза

Я немного не ожидала попасть в разборки между братьями. Тем более узнать наравне с Матвеем что-то очень важное и личное. Мне кажется, это неправильно, мое присутствие при этом. Поэтому, когда Сокол растерянно плюхнулся обратно на диван, я учапала на кухню доливать всем чай. Просто чтобы дать им побыть вдвоем и обсудить это. Но слышимость на кухне была очень хорошая, поэтому я все же осталась свидетелем их разговора:

— М, круто, что ты решил мне рассказать об этом прямо сейчас, а не во время свадьбы твоей мамочки, — голос Сокола был потерянным и глухим.

Игорь шумно вздохнул.

— Отец запретил. Ты и так на меня хреново отреагировал. А от этой новости у тебя крыша могла поехать.

— Во, чувак, — здесь мне показалось, что к словам Матвей еще добавил большой палец, повышая степень сарказма. — Я за это ему еще выскажу.

— Не стоит. Считай, что я рассказал тебе это по секрету. Просто потому, что не мог тебе дальше врать.

— Ничего лучше придумать не мог?! Может, мне еще начать притворяться, что ты обычный сводный?

Игорь на секунду замялся.

— Я такого не говорил.

— Ты на это намекал, — язвительно заметил Матвей.

Тут его брату пришлось отступить.

— Ладно, как так получилось? Какого хрена я твой родной родственник?

Я не выдержала и вернулась к ребятам с подносом.

— Спасибо, Роз, — кротко улыбнулся Игорь, а Матвей мне благодарно кивнул, намекая взглядом сесть рядом. — А то ты не знаешь, как появляются дети…

— У нас разница всего год, то есть когда ты родился, моя мать забеременела, а женаты на то время они были уже года три. То есть, он изменил с твоей… — Сокол недовольно прищурился, откидываясь на мягкую спинку и раскидывая руки. Я сидела довольно близко, поэтому возникло ощущение, что он меня приобнимает. Покраснела, но не отсела дальше. — Черт. Я сейчас твою мать ненавижу больше тебя.

— Ну, — Игорь явно был в замешательстве. Этот разговор был для него тяжелым. — Я не горжусь ее поступком.

— И что делать будем?

Игорь пожал плечами, виновато улыбаясь.

— Жить с этим. Может теперь ты примешь меня, даже не сразу, но я готов ждать.

— Только давай без гиперопеки, братец, — хохотнул Сокол, и я почувствовала, что напряжение между ними слегка отступило на задний план. Его брат промолчал, только выключил свет и включил какое-то кино на телевизоре, сам поудобнее устраиваясь в кресле рядом с нами. Наверное, нам это было нужно, как-то отвлечься от всего.

Я дозаклеила Матвею все раны, испытав облегчение. Все-таки сегодняшний вечер дал о себе знать, руки до сих пор немного подрагивали от стресса. Даже не думала, что буду так сильно за него переживать, но я чуть с ума не сошла, пока мы с Игорем не дошли до того места.

Правда, то, как на него отреагировали те ребята, было странным не только для меня, Матвей тоже подозрительно поглядывал на него, но задавать вопросы не спешил. Наверное, решил, что на сегодня хватит нового. Ему нужно для начала привыкнуть к тому, что они — родные братья. Я переводила взгляд с одной на другого, отмечая все больше схожестей. Они ведь и раньше были похожи, но я об этом не задумывалась. Просто как-то в голову не приходило.

— Спасибо, цветочек, — прошептал на ухо, и у меня по коже пошли мурашки. Упорно заставила себя