Огненное сердце - Наталья Евгеньевна Маркелова

склонилась к ручью, и вдруг земля у неё под ногами дрогнула и обвалилась. Там, где недавно был берег, образовался глубокий провал. Моя подруга успела ухватиться за острый камень на его краю, при этом в кровь обдирая ладони.

Я вцепилась в руки Ливии, но на моих глазах они вновь стали похожи на высохшие птичьи лапки. Впрочем, это не заставило меня их отпустить. Я судорожно сжимала руки сестры изо всех сил, тщетно пытаясь призвать на помощь магию. Вот только Лабиринт мне этого не позволил.

– Лина, всё кончено, – пыталась улыбнуться Ливия, но её губы предательски искривились, – королевой станет только одна из нас. Помни о наших мечтах и о своих клятвах.

– Нет, нет, – зашептала я, – нет, пожалуйста, нет. Пойдём со мной.

Глаза Ливии наполнились слезами.

– Мне так страшно, не отпускай меня, Лина!

Как я ни пыталась, мне не хватало сил удержать сестру, а она своими изуродованными руками не могла в этом помочь.

Я смотрела, как падает моя первая и единственная подруга, и очень хотела зажмуриться, но не имела на это права. Я смотрела на Ливию и кричала вместе с ней. Падая всё глубже и глубже, пока не лишилась сознания.

А потом я очнулась рядом со Вторыми воротами. Опустошённая, лишённая памяти, почти безумная, но живая. Одна.

Воспоминания оборвались. Я пришла в себя во Дворце Королевы. Теперь я могла понять Вьен: она просто так и не покинула Лабиринт. Да и кто его покидает?

– Пришла в себя? Что же тебе снилось? – в комнату вошла Вьен.

– Лабиринт, – честно призналась я. – А вам, Королева, он снится?

– Да. Очень часто. И это ещё одна причина, почему я не хочу умирать. Говорят, что все прошедшие Лабиринт после смерти возвращаются в него.

– Что ж, вполне справедливо, – кивнула я.

– Нет! – взвизгнула Вьен. – Как ты можешь такое говорить?!

– Видимо, много призраков ждёт вас в Лабиринте, раз вы его так боитесь, – криво улыбнулась я, и вдруг какое-то забытое воспоминание шевельнулось в моей душе.

– Не меньше чем тебя, Лина, – оскалилась Вьен.

– Вот только, в отличие от вас, я буду рада встретиться с ними.

– Только не говори, что твоя совесть чиста.

– Нет, как и у любого, кто не смог спасти доверившихся ему, но мои руки чисты. Это немало.

– А так и не скажешь, – усмехнулась Вьен. – Разве не из-за тебя погиб Тим, разве не ты виновата в смерти Лара?

Я рванулась и зарычала. И самое забавное – Вьен поверила, что я поддалась на её подначку. Теперь, когда я знала, что произошло в Лабиринте, меня сложно было задеть. Тим был жив, и я собиралась его спасти. Что же касается Лара, то, как бы сказала Дэмон, это был его выбор. Сейчас я в полной мере понимала эти слова. Каждый из нас делает такой выбор, и это нечестно, что кого-то другого будет мучить из-за него совесть. Это был поворот Лара в Лабиринте, не мой. Лабиринт для каждого свой, и ты отвечаешь только за свои в нём поступки.

– Умница, девочка, – долетел до меня голос безумной Королевы, которая решительным шагом покидала мою темницу – похоже, она увидела всё, что хотела, – встретимся в полночь, смотри не растеряй боевой дух.

Значит, мне осталось жить до полуночи, – что ж, у меня ещё есть чем удивить Вьен напоследок. А главное, у меня ещё есть время, чтобы впустить в сердце самое важное воспоминание. Я сжала камень, спрятанный в ладони, и он обжёг мне руку. Запахло палёным, но я только сильнее стиснула его, не желая выпускать ни за что на свете.

– Пора всё вспомнить, – произнесла я чуть слышно. Боль, которую причинял мне камень, была такой сильной, что, не в силах с ней справиться, я потеряла сознание. Но, даже проваливаясь в глубокую-глубокую яму, я не ослабила хватки.

Вокруг была темнота. Что было до этого? Кто я и где? Кажется, минуту назад я бежала через старый парк у Замка Тихой воды. Тим меня обидел. Он был просто невозможен. Почему-то его расстроила эта забавная история с поваром и служанкой. На мой же взгляд, они смотрелись очень мило. К тому же я всегда подозревала, что их чувства взаимны. Просто они боялись признаться в этом друг другу. Настроение Тима почему-то испортилось, когда повар радостно пригласил нас на свою свадьбу. «Всем, кто будет гулять у меня на свадьбе, будет послана такая же любовь, как у нас с Бетой, – радовался толстячок, – все будут счастливы». – «А я поймаю букет невесты!» – запрыгала я, хлопая в ладоши. «Конечно, Лина, и вскоре ты сама станешь чудесной невестой на собственной свадьбе». Нашего повара просто распирало от счастья, для него было бы большой честью принимать принцессу Замка Тихой воды на своей свадьбе, – это и примета хорошая. А вот Тим тускнел прямо на глазах. «Эй, Тим, – схватила я друга за руку, – пойдём на свадьбу вместе». – «Свадьбы – это глупость, – скривился мой друг, – и ты, Лина, тоже глупая». С моего языка готова была сорваться едкая колкость, но взгляд Тима, в котором так много плескалось скрытой боли, остановил меня. Я замерла, глядя в его глаза, слёзы неожиданно подступили к горлу, сердце больно сжалось в груди. Не понимая, что со мной происходит, я сорвалась с места и бросилась прочь сломя голову, не разбирая дороги. Я бежала через наш парк к лесу, чтобы поскорее скрыться среди деревьев и направиться к Болотам, где смогла бы вдоволь выплакаться и где меня, кроме Тима, никто бы не стал искать. Но ведь именно Тим и обидел меня. Назвал меня глупой. Но пугало не это, а то чувство, что продолжало терзать моё сердце. Что со мной? Что случилось? Неожиданно земля ушла из-под ног. Вскрикнув, я упала куда-то вниз, ударилась, так что дух вон, и потеряла сознание. Когда я пришла в себя, всё тело ныло, а при попытке встать я почувствовала такую жуткую боль в ноге, что закричала, срывая голос. Вокруг была абсолютная темнота. «Неужели наступила ночь?» – подумала было я, но тут же поняла, что просто провалилась в глубокую яму, скрытую ветками или кустами. Следующая мысль испугала меня уже не на шутку, потому что звучала как приговор: «Меня здесь никто никогда не найдёт».

– Верно, девочка, нас тоже не нашли, – услышала я голос рядом с собой и взвизгнула от страха.

– Кто вы?

– Мы жители Замка Тихой воды, – раздался шёпот с другой стороны.

– Я знаю всех, кто живёт в нашем замке.

– В нашем замке, – послышалось шипение со всех сторон, – в нашем замке.

– Так кто